Песнь нефилимы (СИ) - Тартикон Мансатар

После помпезного открытия турнира, умопомрачительного представления и последующих трех дней массовой попойки, основное действие наконец началось. По крайней мере так думал Сероглазый. Практика же показала обратное. Несмотря на регистрацию, необходимо было доказать свое право на участие. В целом оно не отличалось от испытания на пятый ранг. С одним лишь отличием — все происходило перед глазами стотысячного Устария. Что само по себе добавляло легкого мандража.

Одетый в одну набедренную повязку, Сероглазый решительно шагнул на песок громадной арены, буквально вызвав грохот аплодисментов в перемешку с улюлюканьем и воплями. Сразу отбросив это фактор в сторону, как ненужный хлам, он осмотрелся — противоположный край был довольно далеко. На вскидку — около пятиста шагов. В центре идеально ровной арены располагался громадный диск на котором было около сотни разноцветных делений всех цветов радуги. "Биджи." — тут же догадался Сероглазый. Подойдя к диску, он без раздумий приложил лапу к кристаллу выбора. Диск пришел в движение. Устарий замер, жадно следя за вращением стрелки. Наконец она остановилась на синем поле.

— Кирдан! Пожиратель мозгов! — Над ареной пронесся громогласный голос толстого тафартия Салака Прама — распорядителя турнира. Зрители взорвались новой волной шума. Диск пропал. На его месте появился большой деревянный стенд с оружием. Правила позволяли выбрать любые три предмета. Тафартий тем временем принялся описывать соперника Сероглазого, не скупясь на вычурные и пафосные фразы, во всех красках описывая, насколько мучительная смерть ожидает претендента, если он не справится.

Сероглазый сначала шагнул к стенду, присматриваясь к низкоуровнему металлическому хламу. Но, в последний момент, будто кто-то ему шепнул в ухо подсказку, он презрительно махнул лапой и, повернувшись в сторону трибуны, где находился распорядитель, громко прокричал:

— Мне не нужны эти зубочистки! Оставьте их следующим участникам! Все, что мне нужно уже при мне!

В подтверждения своих слов, Сероглазый оскалил клыки и демонстративно выпустив длинные изогнутые когти, зарычал на всю мощь своей глотки.

Арена на миг затихла. А затем уши Сероглазого познали насколько громко могут одновременно орать сто тысяч разумных существ.

Дождавшись, когда гомон утихнет настолько, что можно будет говорить, тафартий подошел к краю своего треугольного ложа, которое было немного выдвинуто вперед над остальными именно для таких случаев:

— Ну что ж! Смелый выбор, молодой отшельник! Сейчас мы узнаем глупец ты или храбрец! ДА НАЧНЕТСЯ БОЙ!!! — Надрывая легкие, проорал тафартий, а его слова подхватил звучный удар в громадный бронзовый г онг.

На ареной тут же вспыхнул прозрачный защитный купол — безопасность зрителей была превыше всего. Одни из четырех врат открылись и из темноты входа на арену выбежало существо размером с большую лошадь. Разметав по сторонам песок десятками длинных щупалец, растущих прямо из длинной морды, тварь остановилась и быстро оглянулась по сторонам. Заметив в центре единственную цель, кирдан взревел раненым козлом и бросился вперед, желая сразу же расправиться с беззащитным противником.

Сероглазый напрягся — этот кирдан был гораздо больше стандартного размера: "Тебя специально что-ли откормили к турниру?" — машинально ухмыльнулся Отшельник. "Если попасться в его щупальца — будет беда. Яд из сотен присосок моментально парализует мое тело меньше чем за три удара сердца." — отрывки из гримуара Гратанга тут же пронеслись в голове урднотца, заставляя отбросить бахвальство в сторону и сосредоточится на предстоящем поединке.

Несмотря на очевидную опасность, доставить проблемы кирдан мог лишь бойцу, не осведомленному о его уязвимых местах. Отшельник же прекрасно понимал с кем имеет дело, именно поэтому рискнул отказать от оружия. Но, более всего он преследовал другие цели: ему нужно было завоевать расположение публики и утереть носы арнакам, которые слишком уж задирали головы от ощущения собственного превосходства. К сожалению, не без доли истины. Будучи не только мантарами, но еще и профессиональными бойцами, они затачивали свои навыки исключительно под поединки на арене Устария. Некоторые роды арнаков существовали тысячи эр и уровень подготовки их представителей не вызывал никаких сомнений. Последние три кубка Пяти Стихий и вовсе забирал один и тот же участник — арнак Зоркахан из расы лиграсов, представитель одного из старейших Великих Домов — Лиловых Лигров. Этот арнактар считался сильнейшим в Калиарде и из эры в эру выпускал высокопрофессиональных бойцов.

Тем временем кирдан приблизился на достаточное расстояние, чтобы можно было начать собственную атаку. Не зря же наставник Шестикрылый говорит, что лучшая защита — это нападение. Сероглазый быстро сложил пальцами мудру Крик Селиры и набрав в легкие побольше воздуха, издал еле-слышимый для обычного уха крик. Звуковая волна пронеслась над ареной и буквально взорвала аналог барабанных перепонок кирдана. Моментально лишившись чувствительно органа с помощью которого тварь охотилась и ориентировалась в пространстве, визжа и вопя от боли, она заметалась по арене, стараясь найти противника на ощупь.

Сероглазый отскочил назад, подольше от чересчур длинных щупалец, и сложил следующую мудру — Когти Предков. Его когти тут же увеличились в размерах, превратившись в десять внушительных костяных кинжалов. Зрители ахнули. Теперь дело оставалось за малым — один за одним отрубить все щупальца и вспороть твари брюхо.

Коротко вдохнув, Сероглазый бросился вперед. Длинные щупальца хаотично мелькали, поднимая облака песка. Но для опытного манатара, прошедшего обучение в Бакар-Инта, это больше походило на очередную тренировку. Хоть и достаточно опасную. Уклон, шаг в сторону, удар — первое щупальце отлетело в сторону.

Отшельник кружился вихрем, ловко уклоняясь от гибких отростков с каждым ударом уменьшая их количество. Публика Устария то замирала, стараясь уловить каждый новый выпад, то снова оживала, после очередного успешного рубящего удара. Не прошло и полных двадцати ударов сердца, а кирдан уже лишился своего основного оружия.

Не останавливая движения, Сероглазый проскользнул под брюхом израненной твари, разрубая по суставам ее передние конечности на несколько неравномерных частей. Кирдан с хрипом завалился мордой в песок и впервые из его окровавленной пасти вырвался жалобный писк.

Не обращая на это внимания, Отшельник прокрутился вдоль упавшего туловища и одним точным взмахом когтей лишил чудовище задних лап. Теперь перед ним лежал бьющийся в предсмертных судорогах кусок мяса. Бой занял меньше одной минуты.

Агония никогда не приносила Сероглазому удовольствия. Не важно насколько омерзительно выглядела поверженная тварь. Но, он нутром чувствовал, что публика жаждет крови и зрелищ. И чем больше — тем лучше!

Сделав несколько шаг назад, Отшельник взял короткий разбег. Оттолкнувшись от головы кирдана он высоко подпрыгнул и сделав в воздухе замысловатый кульбит, опустился на поверженного соперника с мощным парным ударом. Когти Предков разрезали плоть кирдана, как теплый нож режет масло. Отрубленная голова откатилась в сторону.

Не долго думая, Сероглазый вонзил когти в башку чудовища и высоко поднял вверх на вытянутой лапе, сопровождая движение победным рыком.

Ударил гонг, оповещая о окончании поединка.

— Провалится мне под землю! Вот это бой! Вы тоже это видели? ДА?! — Уже во всю вещал тафартий со своей трибуны, стараясь перекричать грохот Устария. — Это зрелище поистине достойно песка Арены! Победу одержал участник из расы урднотцев, представитель Ордена Отшельников! Приласкайте его уши своим одобрением! — Вытаращив от натуги глаза, проорал распорядитель игр.

Следующие два боя на первом круге турнира прошли так же без особых усилий. В первом поединке он быстро победил человека. Данный бой проходил с ограничением по оружию, биджам и сиддхам. Использовать можно было лишь свое тело. И у Сероглазого было очевидное преимущество. Но, уже во втором поединке он чуть не распрощался с жизнью. Из ограничений арены были только биджи и как только прозвучал удар гонга, противник Отшельника сложил несколько сложных мудр. Из песка появилось сразу четыре его копии. Так что Сероглазому пришлось отбиваться одновременно от пятерых соперников. При этом на каждый бой первого круга турнира отводилось всего десять минут. А каждую минуту поле арены уменьшалось на добрый десяток шагов.