Эти заманчивые сокровища дракона - Михаил Исхизов

 - Много их? - спросил Гвоздь.

 - Видел пятерых. А сколько всего не знаю.

 - Седлать лошадей, - негромко приказал Гвоздь. - Мы с Нообстом сходим, посмотрим... Носорог, остаешься здесь. Всем собраться, быть готовыми к выступлению.

 Нообст и Гвоздь осторожно приблизились к густому кустарнику из-за которого можно было увидеть едва тлеющий костер и борющихся со сном варваров.

 - Пятеро. Те же самые, - сообщил Нообст. - И телеги. А лошадей почему-то не видно.

 - Пасутся где-то, - предположил Гвоздь.

 - Такого не может быть, - не согласился Нообст. - Место ровное, все видно, лошади далеко уйти не могли.

 - Может быть, это не варвары, - задумался Гвоздь. - Как же, варвары и без лошадей?

 - Варвары, - заверил его Нообст. - Мне с ними приходилось дело иметь. По одежде видно, что варвары. Видишь, все в кожаных штанах. И телеги их: длинные и широкие. Варвары с такими телегами в набеги ходят, добычу на них возят. Наверно Орда в набег ускакала, а эти безлошадные, их оставили телеги стеречь.

 - На телегах добыча?

 - Конечно. Загружены плотно. Поселение ограбили. Или караван.

 - А их всего пятеро... - Гвоздь внимательно оглядел сидевших у костра варваров. - Как думаешь?

 - Должно получиться, - решил Нообст. - Только надо по быстрому и убираться отсюда, пока Орда не вернулась.

 Из темноты вышел гоблин в синем халате с широкими рукавами и, нисколько не опасаясь, неторопливо двинулся к костру.

 Варвары сначала не поверили своим глазам, подумали, что померещилось. Не мог никто, если богиня Шазурр, Ужасная и Кровавая, не лишила его разума, вот так, запросто придти к ним. Да еще халат на нем новый, дорогой, серебряными позументами обшит. А ведь не померещилось. Гоблин вплотную подошел к костру, и только тогда остановился.

 Можно было тут же и зарубить дурака. Раз гоблину умереть захотелось, почему бы ему не помочь. Вытряхнуть его из халата, снять сапоги, чтобы вещи не испортить, а потом и зарубить. Только кто же станет после такой скуки сразу рубить?

 - Хороший у вас костер, - сказал Хитрый Гвоздь.

 Он незаметно для варваров осмотрелся. Так и есть, всего пятеро. Четверо молодых и старик. Крепкий еще старик. Старого и надо первым вывести из строя. Три телеги, груженные доверху, неплохая добыча. Варвары по мелочам не грабят, берут самое дорогое. И золотишко здесь должно быть и серебро. Неплохое начало. А лошадей не видно.

 Худраг молчал. Ждал, не вякнет ли кто-нибудь из молодежи, тогда его и поучить надо будет. Но молодые варвары тоже молчали. Лишняя оплеуха никому не нужна.

 - Посидеть что ли с вами, - Гвоздь присел у костра. Спокойно присел, как будто и не к варварам пришел, как будто не на нем был красивый халат с серебряными позументами.

 Худраг подождал еще немного. Молодые молчали. Можно было и за это дать хорошего пинка. Чего они молчат, когда чужак пришел. Но лень было подниматься.

 - Снимай, - Худраг сплюнул и ткнул издали пальцем в красивый халат Гвоздя.

 - Грабить меня собираетесь? - поинтересовался тот.

 - Ага, - подтвердил Худраг.

 - И сапоги, наверно, снимать придется? - уточнил свое незавидное положение Гвоздь.

 Варвары поняли: гоблин смирился с тем, что его ограбят. Но, видно, не сообразил еще, что живым его с этой поляны не выпустят.

 Худраг и говорить не стал, просто кивнул.

 - А потом убивать станете? - все-таки догадался гоблин.

 Худраг пожал плечами. Тут и отвечать нечего. Понятно, что если попался кто-то варварам, его убить надо. Что же с ним еще делать?

 - Чего это вы такие злые? - поинтересовался Гвоздь. Ни халата, ни сапог он пока не снимал. И вообще вел себя так, будто не собирался это делать.

 - Варвары мы! - не удержался Бррзк.

 Дождался все-таки Худраг: вякнул щенок. А кто его просил вякать?! Старший молчит, а он вякает. За такое непременно надо врезать, так чтобы запомнил. И врезал палкой по плечу. Хорошо врезал. Но Бррзак удержался, не застонал. Задается молокосос, притворяется, будто не больно ему. Но ничего, Худраг и не таких обламывал.

 - Вот оно как, - протянул Гвоздь. - Варвары, значит, - то, как Худраг перетянул Бррзка палкой, гость, вроде бы, и не заметил. - А чего это вы без лошадей?

 Такого вопроса задавать не следовало. Не надо было напоминать Хранителю о позоре варваров. Худраг дернул ногой, будто на нее лошадь копытом наступила.

 - Ну! - рявкнул он на своих воинов.

 Хитрый Гвоздь хотел спросить старика чего тот "нукает", но не успел. Хукко и Букко подскочили к нему, подхватили с двух сторон, подняли и поставили перед Хранителем.

 - Ну!! - снова рявкнул Худраг. Теперь уже на Гвоздя. И плюнул ему под ноги.

 Гвоздь, судя по всему, должен был после этого грозного рыка, и, особенно, после плевка, быстренько снять халат, сапоги, упасть на колени и молить старика о пощаде. Но ничего такого он не сделал.

 - Чего вы держите у себя эту старую полоумную обезьяну, ее ведь кормить надо? - спросил он у Букко. - Продайте ее в какой-нибудь балаган, там обезьяны нужны.

 Варвары застыли. Худраг и верно походил на старую уродливую обезьяну, но такое никогда не осмеливались говорить, даже старые, проделавшие не один набег варвары. Молодым воинам было приятно услышать, что Хранителя обозвали полоуумной обезьяной. Если бы Крроб не побоялся жестокой расправы, он бы непременно засмеялся. А так, только хрюкнул, и посмотрел в сторону. Остальные тоже сделали вид, будто не расслышали слов гоблина.

 Худраг был ошеломлен неслыханным оскорблением. Глаза у него стали круглыми, а из горла вырвался клекот, напоминавший кудахтанье рассвирепевшей курицы. Его уже не интересовали ни красивый халат, ни сапоги. Нахальный и подлый гоблин обозвал его полуумной обезьяной и Великая Шазурр, Ужасная, Кровожадная и прекрасная в гневе своем не поразила его. Это могло означать только одно: Шазурр милостиво разрешила самому Худрагу предать глупца мучительной смерти.

 - Все в сторону! - заорал он, ухватил секиру и вскочил на ноги. - Все в сторону! - Хранителю показалось, что молодые воины, хотят отомстить за оскорбление своего Хранителя Традиций, что они готовы наброситься на гоблина и разорвать его на части, и помешают ему излить свой гнев на пришельца. - Я сам его зарублю!

 Молодые варвары послушно шарахнулись, освобождая место. Захотелось Худрагу зарубить гоблина, так пусть рубит.

 - Топор обезьянам давать не надо, - с укоризной промолвил Гвоздь. - Она кого-нибудь поцарапать может.

 Он уклонился от блестящего лезвия секиры, и та со свистом разрезала воздух. Тут же Гвоздь сделал быстрый шаг вперед и двумя кулаками одновременно ударил Худрага в лицо. Один из кулаков расплющил гному нос и выбил державшиеся еще на верхней челюсти два последних зуба, другой угодил точно в правый висок. Это был коронный удар Хитрого Гвоздя, отработанный и испытанный много раз в славном городке Геликсе. Худраг потерял сознание, выронил секиру и упал. Лицо его залила кровь из разбитого носа. Изо рта тоже потянулась струйка крови.