Внезапная жертва - Джон Сэндфорд

Женщина повернулась к нему. Голос звучал совсем не сонно, и Дэвенпорт понял, что она тоже не спала все это время.

– Сколько еще ждать, прежде чем ты их поймаешь?

– Может, до завтра. Если они не спрятались где-то далеко. Стоит им высунуть нос из своего логова, как мы отследим их и схватим. Завтра или послезавтра.

– А если они сбегут?

– Их фото показывают по всем телеканалам. Они не смогут даже заправить машину, их тут же опознают. Они не посмеют появиться в людных местах.

Немного помолчав, Уэзер спросила:

– Ты думаешь, их возьмут живыми?

– Нет.

– Вы их застрелите?

– Дело не в этом… Если они позвонят нам, скажут, что готовы сдаться и выйдут с поднятыми руками, то мы возьмем их живыми. Но так, скорее всего, не будет. Тот первый парень, Баттерс, в некотором смысле сам пошел на смерть… Бандиты знают, что им конец… Остаться в живых они не рассчитывают. Они уже подписали себе смертный приговор. В этом-то и весь ужас.

– Наверное, в том, каким они стали, виноваты их родители.

– Обычная история, – согласился Лукас. – Я нередко был свидетелем того, как из маленьких психопатов вырастали взрослые психопаты. И всегда в этом были виноваты их родители.

– И никто не вмешался, пока не стало поздно…

Дэвенпорт покачал головой:

– Бесполезно. Никто не проводит с детьми больше времени, чем родители, даже если дети не очень-то им нужны. Обычно окружающие не подозревают, что с детьми что-то не так. А когда узнают, то уже слишком поздно. Пожалуй, стоит набрать армию фашиствующих соцработников, которые раз в месяц будут заходить в каждый дом и подробно расспрашивать каждого ребенка. Впрочем, нет, станет даже хуже. Потому что если кто и виноват, то именно эти самые соцработники.

Вновь молчание. Затем опять заговорила Уэзер:

– Я не верю, что новое насилие способно разрешить эту проблему. Вряд ли убийство этих людей что-то исправит в нашем мире.

– Это потому, что ты врач, – отозвался Лукас.

– Вот как?

– Врачи мыслят категориями болезни и лечения. Проблема состоит в том, что когда один из этих парней заболевает, то больно бывает кому-то другому. И у нас возникает не одна проблема, а сразу две. Во-первых, мы должны защитить невинных. Во-вторых, нужно что-то сделать с этими парнями, вылечить их или придумать иное. Однако прежде всего их нужно остановить.

– Но, похоже, ты занимаешься вовсе не этим, – заключила Уэзер и поспешила добавить: – Во всяком случае, мне иногда так кажется.

– Сам знаю. Иногда мы ведем себя так, будто играем в игру. Это, конечно, тоже способ решения проблемы, но на самом деле это никакая не игра. Это не футбол, хотя телевидение думает именно так.

Они еще немного поговорили на эту тему. А потом Уэзер сказала:

– Мне нужно немного поспать. Утром я хочу пойти на работу.

Лукас снова поцеловал ее и пожелал доброй ночи, а сам лег на спину, глядя в потолок, по которому скользили полоски света. Вскоре он уснул.

Сэнди приоткрывала окно медленно, на дюйм за один раз. Вскоре в комнату потянуло морозным воздухом. Это совсем ни к чему. Раз уж Сэнди решилась, дело надо доводить до конца. Скоро в комнате станет холодно, и если Лашез или Мартин войдут сюда, то все поймут. Тем не менее женщина упрямо продолжала поднимать оконную раму. Высунув наружу голову, она стряхнула с карниза снег. Карниз не казался скользким, но все равно пройти по нему в ботинках Сэнди не сможет. Она опустилась на кровать и разулась: носки сунула в ботинки, а ботинки – в карманы куртки, каблуками вверх. Так они не выпадут.

Женщина посмотрела вниз. «Я разобьюсь», – мелькнула мысль. Стараясь не дышать, Сэнди вышла на карниз. Стопы тотчас пронзило холодом, и она чуть не полетела вниз. Сэнди прижалась к оконному проему и сдвинулась вправо. Карниз оказался достаточно широк, как будто был специально предназначен для того, чтобы пройти по нему к пожарной лестнице. «Наверное, так и задумано», – решила Сэнди.

Стараясь не смотреть вниз, она сделала шаг, затем еще один. Затем отпустила край рамы и, стоя босиком на холодной поверхности и прижимаясь спиной к наружной стене, попыталась сохранить равновесие. Она смотрела прямо перед собой – так меньше кружилась голова. Еще два шага. И еще два.

Вытянув вперед правую руку, Сэнди ухватилась за перила пожарной лестницы. Еще шаг. Боже, как страшно посмотреть вправо… Еще шаг. Она держится за перила и чувствует их холод. Женщина повернула голову, увидела перила и перешагнула через них.

Она остановилась, чтобы посмотреть на окно над пожарной лестницей. Жалюзи опущены, но не до конца, внизу осталась узкая щелка, в которую видна прихожая. В полутьме Мартин был похож на огромный кокон, брошенный на пол в дальнем конце коридора.

Тяжело дыша, Сэнди шагнула на площадку пожарной лестницы. Она была одновременно возбуждена и до смерти испугана. Женщина сделала два шага вниз, ступила на подвижную платформу и слегка покачалась, проверяя, хватит ли ее веса, чтобы та опустилась вниз. Увы, платформа осталась неподвижной. Сэнди попробовала еще раз, приложив чуть больше усилий. Бесполезно. Где-то слева что-то щелкнуло, но платформа так и не сдвинулась с места.

По идее, ей положено быть в исправности, но в темноте невозможно разглядеть, почему платформа не движется. Видимо, что-то где-то заело.

Может, стоит повиснуть на нижней перекладине и спрыгнуть вниз? Но даже если повиснуть на двухступенчатой платформе и вычесть из высоты условные шесть футов роста Сэнди, все равно прыгать придется с двенадцати-тринадцати футов в какой-то темный закоулок. Эдак легко сломать ногу. При этой мысли Сэнди сделалось не по себе.

Внезапно женщина ощутила вибрацию.

Она не знала, что это было, но тотчас опустилась на колени под окном и приникла глазом к щели под нижним краем жалюзи. Мартин встал и, пройдя через весь коридор, остановился возле комнаты Лашеза и заглянул внутрь. Затем вошел в ванную. Сэнди затаила дыхание. Мартин вышел секунды через три-четыре и по коридору направился к ее спальне.

Он остановился перед дверью, и Сэнди поспешила пригнуться, опасаясь, что Мартин почувствует на себе ее взгляд. Немного подождав, она все-таки заставила себя посмотреть снова. Держась за ручку, Мартин все так же неподвижно стоял возле двери. Он явно прислушивался.

Сэнди казалось, будто ее ноги горят огнем. Нужно срочно пошевелить ими, чтобы восстановить кровообращение. Увы, нельзя, Мартин может услышать.

На ее счастье, Билл вскоре отошел от двери, прошел по коридору к окну над пожарной лестницей и вытащил стрелы из мишени. Огляделся по сторонам, положил стрелы на полку и снова улегся на спальный мешок.