Тёмные сёстры (СИ) - Лана Рисова

Мне пришлось несколько остудить ее пыл, справедливо полагая, что на отработку подобных действий требуются циклы практики. Но я поспешил обнадежить взгрустнувшую девчонку тем, что мы начнем тренировки при ближайшей же возможности. Человечка смущенно улыбнулась и присоединилась к Риилле, а на ее место сел Сертай, к моей досаде, загораживая от меня гибкую фигурку удаляющейся девушки.

– Надо поговорить, – довольно резко начал брат.

– Говори, – разрешил я, откидываясь назад и наблюдая, как его хмурое настроение превращается в еще более мрачное.

– Не здесь, – он поднялся, кивком головы указывая на входную часть шерла.

Мысленно заскрипев, я последовал за ним.

– Я знаю, что зря тебе об этом говорю, но больше некому, а по-другому нельзя, – Тай сжал губы так, что они превратились в одну тонкую нитку.

Мои глаза сузились, однозначно, мне не нравился его тон. Ближайший хьюрш всхрапнул и попятился от меня, и брат машинально ухватил его за повод, успокаивающе похлопывая по чешуйчатому боку.

– Ты, конечно, будешь меня отговаривать, – он упрямо выпятил вперед подбородок, посмотрев мне в глаза, – но мне не нужно твое одобрение.

– Раз не нужно, зачем устроил все это?

Тут он запнулся, и покосился на скакуна, не выдержав моего пристального взгляда, я молчал, ожидая продолжения.

– Я очень долго думал, и принял решение.

Он выпустил, наконец, повод из руки и потянулся к поясному карману, доставая оттуда маленькую черную коробку. Внутри меня все заледенело. Только не это!

Он аккуратно приподнял крышечку:

– Я хочу предложить чиам Лиссанайе, – в глаза он мне по-прежнему не смотрел.

Мои ногти разрывали ладони, и только поэтому я еще удерживался на месте, вместо того, чтобы сорваться и убить его прямо там, где он стоит, несмотря на то, что в наших жилах течет одна кровь.

– Однако, как же долго ты думал, – мои слова извивающимися лентами с шипением вырывались изо рта, – что же не сразу, как только ее увидел?

– Я понимаю, что некоторые ухаживают по несколько лет, прежде чем решиться на подобное, – он вскинул голову, – но это только, если есть какие-то сомнения. У меня их нет.

– Как же Риилла? – поинтересовался я, все еще пытаясь овладеть собой, – тебе наплевать, что скажет отец, и твой ненаглядный Ши? Не проще было бы отложить это до Такрачиса?

Сертай испуганно моргнул, но его лицо стало еще упрямее.

– Это одна из причин, по которой я не хочу тянуть. Они не позволят мне сделать этого, – прошептал он, его глаза почти налились слезами. Конечно, не позволят, шакхар тебя разорви! Думаешь, я позволю?!

– Риилла – она другая, понимаешь. Совсем, – глаза Тая подозрительно блеснули, – а подобной Лиссэ, я никогда не встречал!

– Это не повод для чиама, – буркнул я, но полукровка будто оглох.

– Ты слышал Тиана? Если я не сделаю этого сейчас, то в Такрачисе мне это точно не удасться!

Я моргнул. Вся злость слетела с меня, как облако из спор при хлопке о старый шакр. Мальчишка! Сестры, какая тупость! Неужели я был таким же в его возрасте? Нет, тогда я уже был хассуром и не забивал подобной ерундой свою голову. Что мне с ним делать?! Когда она откажет. А если нет? Вдруг примет чиам? Будь она темной, я предположил бы, что все это, начиная от моего спасения, и заканчивая ее знакомством с недоучкой, прекрасно продуманная многоходовая игра, одной из целей которой могли быть эти необдуманные действия Сертая. Кое-кому отлично удаются подобные комбинации, взять, к примеру, мою мать, или Ши. Правда, на кону в подобных Играх обычно стоит множество жизней.

– Кир, – он все же заметил, как рассыпалось окружающее меня напряжение, и по идиотской привычке бросился мне на шею.

– Кир, Кир, – яростно говорил он, пока я пытался оторвать его от себя, – я не могу дольше тянуть.

Тут он сорвался с места и одним прыжком достиг гостевой части шерла, я рванул было за ним, но в этот момент мне под ноги попался локарн, и мы оба оказались на полу. Когда я выпутался из его неуклюжих конечностей и поднялся, ругаясь, на сжавщегося от страха Маху, пытающегося бормотать сдавленные извинения, мой шустрый братец уже уводил недоумевающую Лиссэ в сторону грота. Эльфийка провожала их взглядом полным ужаса и немой обреченности.

Я набрал полные легкие воздуха и долго не выдыхал, пытаясь заместить распирающую меня ярость на безобидный газ. В шерле было очень тихо, поэтому мой шумный выдох прозвучал как рев водопада. Даже близнецы затаились, не перекидываясь обычными шуточками, делая вид, что заняты исключительно приведением в порядок своего оружия. Я же постарался отложить гитачи подальше от себя, чтобы вне зависимости от того, с какой новостью выйдет из грота Сертай, не убить его на месте.

Да о чем же можно так долго разговаривать?! Я уже в который раз вскакивал с места, порываясь вывести обоих из грота, но только менял месторасположение, нервно пробегая в другой угол и замирая там на какое-то время.

Эльфийка сидела на том месте, где ее оставила Лиссэ, в той же самой позе: руки сложены на коленях, глаза безучастно смотрят в одну точку. Из грота послышался радостный смех, и девушка в ужасе уставилась на лучившегося от радости Сертая, показавшегося в темном проеме. Время для меня умерло, пока я рассматривал замершего брата. Долго же ему пришлось уговаривать ее! Я медленно поднялся, соображая, где в последний раз оставил гитачи, еще толком не понимая, что собираюсь делать.

Но Тай к моему огромному удивлению, лишь скользнув по мне взглядом, нашел застывшую фигурку эльфийки и с улыбкой бросился к ней, падая на колени на шкуру рядом. Взяв ее за руки, он что-то быстро забормотал, отчаянно мотая головой, потом склонил голову, словно ожидая ответ, и получив слабый кивок, вскинулся и, вытащив чиам из-за пояса, защелкнул его на ее пальцах, бережно соединив с браслетом на запястье. По щекам Риилы текли слезы, но она слабо улыбалась, словно не веря в происходящее. Тай, заметив это, обнял ее, шепча на ухо что-то успокаивающе-ласковое, неловко гладя ее по спине.

Я нахмурился, не понимая, что человечка могла сотворить с моим братом. Ли'Ириэнт в углу, улыбаясь до ушей, о чем-то переговаривались с Тианом, бросая на парочку, насмешливые взгляды. Целитель утвердительно кивал в ответ. А плетунья все не показывалась. Наплевав на приличия, я пошел за ней сам. Девушка сидела возле купели и рукой выводила замысловатые узоры на гладкой поверхности воды. Обогнув источник по кругу, я уселся на камень напротив нее.

– Твой брат страшный упрямец, ты знаешь? – проговорила она, не отрываясь от своего занятия.

Я только хмыкнул, соглашаясь.