Три родинки на левой щеке. Часть III. Перешеек (СИ) - Таня Рысевич

минутку не отвлёкся. Не задал Дону ни одного вопроса. Казалось, он был полностью поглощен плетением венка.

Вскоре венок был закончен и занял место на голове девушки. Надо признать, с её тёмными волосами он смотрелся восхитительно. Янера кивнула Корону и ушла. Корон смотрел ей вслед.

— Корон, что происходит? — не выдержал Дон.

— В смысле? — не понял Корон.

— Ты не задал ни одного вопроса, пока вы плели этот дурацкий венок!

— Леди Янера попросила меня о чём-то, — ответил мальчик. — Это важнее моего праздного любопытства.

— Почему?

— Потому что она не должна чувствовать себя чужой в этой компании. Ты разве не видишь, какая она потерянная в последнее время? Что-то с ней произошло там, в лагере. А Ренар и Маиран молчат об этом.

— По-моему, она стала помягче и пообщительнее, — заметил Дон, — и уже не пытается убить каждого, кто с ней заговорит.

— Тем более мы не должны её разочаровывать.

— Это у вас какой-то заговор, да? — Дон замечал подобное осторожное отношение и со стороны остальных, особенно, пожалуй, Ренара и Маирана.

— Насколько я знаю, нет, — покачал головой Корон, — просто для всех это очевидно.

«Для всех, кроме меня», — ворчливо подумал про себя Дон.

Глава 30

Конья горка

Арн первым взобрался на очередной холм и остановился, будто бы отдыхая после подъёма. На самом деле он, конечно же, осматривался, но, вопреки обыкновению, Искра чувствовала в его позе какое-то напряжение. Она ускорилась, быстро преодолела оставшееся расстояние и остановилась рядом с эльфом, тяжело дыша. Впереди простирался уже до тошноты привычный пейзаж. Те же холмы, скалы, бухты и щели, что и вчера. И позавчера. И неделю назад. Хотя нет. Где-то вдали, почти у горизонта, виднелись две высокие скалы, одна из которых формой напоминала вскинутую конскую голову. Рядом с Искрой остановился Маиран.

— Что ты видишь? — спросил Арн, непонятно к кому обращаясь.

— Скалу, похожую на лошадь, — ответила Искра.

— Я вижу идеальное место для засады, — пробормотал Маиран.

Арн кивнул.

Икра присмотрелась внимательнее. Тракт уходил в расщелину между двумя скалами. От «конской головы» вправо уходила длинная гряда скал. Перелезть через такую и впрямь непросто.

— Это Конья Горка, — раздался позади голос Дона. — Раньше у второй скалы тоже было навершие в виде лошади. Это строители Тракта сделали. Но та, вторая, голова отвалилась.

— Может, сбегаешь вперёд? — предложил Арну Маиран.

Эльф склонил голову, обдумывая это предложение, но потом покачал головой.

— Нет. По крайней мере, не сейчас. Не хочу надолго вас оставлять.

Странно. Раньше он не боялся убежать куда-нибудь на полдня, а сейчас так осторожничает. Искре и самой было неспокойно. Эта красивая скала, встававшая на фоне голубого неба, почему-то совсем не вызывала добрых чувств.

* * *

— Что это они там шушукаются? — спросила Лина у Искры. Она уже не первый раз за сегодня замечала, как группа людей собирается в сторонке и что-то негромко обсуждает. Почти всегда эти группы собирались вокруг Маирана. — Опять у кого-то день рождения? — в шутку предположила она.

Вчера то, что у Янеры день рождения, всплыло как-то случайно, когда Наяна небрежно, вскользь, поздравила девушку. Надо признать, праздничный венок смотрелся на ней отлично. Ренар так на неё смотрел… Лина не смогла сдержать улыбку. Янера Ренару определённо нравилась, во всех многогранных смыслах этого слова. После того, как Янера сначала чуть не отправила его на тот свет, а потом вернула обратно, это стало уже совсем очевидно. Ответны ли его чувства? Лина не рискнула встревать в отношения двух аристократов. У них всё, как правило, было куда сложнее, чем у простых смертных. Пусть сами разбираются. А со своим любопытством она как-нибудь справится.

— Это не праздничный заговор, — возразила Искра, — это военный совет.

Лина обернулась. Судя по выражению лица, Искра не шутила.

— А что случилось? — на всякий случай понизив голос, спросила она.

— Арн с Маираном разглядели впереди идеальное место для засады, — сказала Искра, — теперь думают о том, как его миновать.

Сердце затрепыхалось и попыталось провалиться в пятки. Вот ведь. Всё так хорошо было… Лина припомнила проскакавших недавно по Тракту всадников. Не иначе как их козни.

— Я тоже волнуюсь, — призналась Искра.

Лина посмотрела на Хранительницу. Ты выглядела спокойной. Может быть, немного хмурой и задумчивой, но никак не встревоженной.

— Арн разберётся, — как можно увереннее сказала Лина, — его трудно застать врасплох.

— Вран смог, — коротко и веско бросила Искра и отвернулась, будто считала этот разговор законченным.

Лине стало неловко, как и всегда, когда речь заходила о Вране. Пусть даже не она подняла эту тему.

На плечо ей легла ладонь, большая и тёплая. Лина потёрлась об эту руку щекой, без труда узнав её.

— Что, неужели всё так плохо? — тихо спросила она.

— Что? — переспросил Маиран, прижимая её к себе. — Вовсе нет. Всё как раз хорошо. Вот если бы мы не заметили этой теснины и не подумали заранее, то всё было бы плохо. А так… — он улыбался. Лина успокоилась. Это была искренняя улыбка.

* * *

Корон ощутил возбуждённую радость Юны и заозирался в поисках своей Спутницы. Псица сидела перед Жингой, вытянув морду и нетерпеливо перебирая лапами. Её хвост поднимал с земли облака пыли. Небось, опять клянчит еду. Корон решительно направился туда, чтобы это прекратить — на его мысленные увещевания Юна никак не отреагировала. Однако, когда он подошёл, оказалось, что еда тут ни при чём.

— Ты ж моя умничка! — Жинга ласково и искренне хвалила Юну, и та млела. — Ты хорошая собака. Самая лучшая на свете собака. Самая умная, самая красивая, самая очаровательная.

Корон тоже растаял. Он был полностью согласен с предсказательницей.

А Жинга, тем временем, протянула вперёд руки и принялась гладить Юну по голове, трепать за уши и чесать по холке. Юна окончательно растворилась в восторге.

— Кто у нас лучше всех водит Велена? — продолжала тем временем Жинга. Юна приподняла ухо, услышав знакомое имя, но, похоже, тут же забыла об этом. — Самая терпеливая, внимательная и ответственная собака! — Юна коротко гавкнула. Жинга усмехнулась, взяла Юну за морду и чмокнула её в нос.

Корон хотел было уйти, чтобы не мешать им, но Юна, наконец, обернулась в его сторону, тут же вскочила и заюлила вокруг него, чуть не сбивая с ног. Она прыгала и её сознание было просто концентрированным счастьем. «Мне сказали, я самая хорошая! Самая умная! Самая прекрасная собака! Ты слышал, да? Вот, я такая! Знай это!».

Корон засмеялся, поймал Юну за передние лапы, заставив её встать на задние. Это было непросто, но он устоял. В порыве чувств Юна тут же принялась облизывать ему лицо. Корон