Любимый обманщик - Аннет Клоу

Декабрь 1880 года. Поздравляю вас с Рождеством!»

Мелисса уронила на колени несколько тонких листов бумаги, исписанных неровным, уже ставшим знакомым ей почерком. Несколько минут она сидела неподвижно. Письмо, шурша по подолу платья, сползло на пол. Подняв его с пола, женщина принялась перечитывать снова. Фитиль в лампе сильно коптил, она подкрутила его и продолжила чтение. Она не знала, как отреагировать на содержание письма! Какой стыд! Деньги вовсе не принадлежат доктору! Но почему он положил их на ее имя?! Зачем сделал это, поставив ее в неловкое положение перед Кристианом?! Где она теперь разыщет их владельца, чтобы вернуть сполна?!

Утреннее солнце окрасило стены кабинета в нежно-розовый цвет. День обещал быть теплым и ясным. Но темно было на душе у Мелиссы. Она сидела за столом и горько плакала, не в силах понять, почему так сложились ее отношения с Кристианом? Почему? Ведь на самом деле он, действительно, самый замечательный человек на всем белом свете! Она понимала, что по-прежнему ее сердце принадлежит только ему! Но как теперь быть? Неужели ему так трудно было во всем признаться ей?! Рассказать все честно, без утайки!

Конечно же, она бы, не раздумывая, отдала его деньги. Но он предпочел идти другим путем, начал плести эту сеть, в которую она угодила. Зачем ему понадобилось унижать ее ложью, интригами? Неужели он не понимает, что сделал ей очень больно? Неужели он такой бесчувственный?

Она горько всхлипнула и шмыгнула носом, точно обиженный ребенок.

Было слышно, как на кухне шумно возится Филипп. Вот он со стуком поставил перед плитой корзину с дровами. Громыхая кочергой, выгреб в жестяной лоток золу из поддувала. Громко мяукнула кошка. Видимо, в хозяйственном раже, Филипп придавил ей хвост или лапу. Но она продолжала крутиться возле него, и через минуту-другую, разозленный надоедливостью Лавли, он громко шикнул на нее.

В плите занялись дружным пламенем сосновые дрова. Даже в кабинет проник их смолистый аромат. Зашумел закипающий кофейник. Заскворчал на сковороде бекон. Филипп готовил для себя привычную утреннюю порцию омлета или яичницы.

Послышались осторожные шаги. Это Филипп подошел к двери кабинета, робко заглянул в приоткрытую дверь.

— Вы не спите, мэм?!

Мелисса не откликнулась, не подняла головы. Она не знала, что теперь делать. Кристиан подло поступил с ней, но она все равно продолжала его любить. И понимала, что ей будет очень трудно смириться с потерей.

— Доброе утро, мэм! — еще раз окликнул Фил, входя. — Мне кажется, вы вовсе не ложились, мэм! Вы так и просидели всю ночь? И в помещении пахнет масляной копотью.

— Ты прав, я совсем не спала сегодня, Фил! Найди себе стул и присядь! Мне нужно с тобой посоветоваться, Фил!

— А может, мы посоветуемся на кухне, миссис Коуплендл? — голос мужчины стал умоляющим. — Там и кофе готов, и омлет! Вы посмотрите на себя, мэм! Щеки ввалились, вокруг глаз — синяки! Так нельзя, детка! — Он с нежностью и жалостью смотрел на хозяйку.

— Пойдем, Фил! — Мелисса поднялась и отправилась на кухню, положив письмо Бенджамина в карман. Старик семенил следом.

Там он, словно заправская хозяйка, долил теплой воды в умывальник, накрыл на стол, порезал хлеб, наполнил чашки горячим кофе. Заодно напоил и кошку молоком. Усевшись за столом, дождался, пока Мелисса устроится напротив, поинтересовался:

— Не понимаю, что могло произойти за ночь, что вы так встревожились, мэм?!

— Понимаешь, Фил! — Мелисса быстро отпила немного кофе, поставила чашку на блюдце и горячо заговорила: — Я нашла письма мистера Бентона Бенджамину. И из них выяснила, что деньги ни мне, ни доктору не принадлежат и не принадлежали никогда.

К моменту разговора она совершенно успокоилась. И Фил как-то облегченно вздохнул. Но то, о чем сообщила ему Мелисса, вывело его из состояния временного успокоения.

— Как? — Филипп был поражен свалившейся новостью не меньше, чем чуть ранее Мелисса. — Не может быть! — Он откусил от ломтика хлеба и стал задумчиво жевать.

— Я тебе, Фил, сообщаю сущую правду! — Мелисса почувствовала голод и с аппетитом принялась за омлет. Филипп терпеливо ждал, что она сообщит дальше.

— Ну, и что с того? — старик недоумевал. — Он же словом не обмолвился об этом! Значит, пусть все остается, как есть! — спокойно заключил слуга.

— Нет, Филипп, нет, дорогой! Так нельзя! Он и приезжал, чтобы забрать свои деньги. А уехал ни с чем! И где его теперь можно найти, я не знаю! Не подумай только, что я собираюсь с ним встречаться и, не дай Бог, выяснять отношения!

— Хотелось бы верить, мэм! Простите! — Фил с сожалением посмотрел на Мелиссу, но она только открыто улыбнулась, чему он искренне порадовался.

— Ты знаешь, Фил, я почему-то боюсь открывать письмо Бенджамина, адресованное мистеру Бентону! И не знаю, что делать. Как мне поступить? Все же я должна узнать его содержание!

— Значит, вы, мэм, нашли письмо мистера Коуплендла Крису? — Фил озадаченно почесал в затылке черенком вилки. — И что же делать?

— Может быть, мне посоветоваться с мистером Джозефом Баллардом? Как ты считаешь? — Мелисса пытливо вглядывалась в лицо Фила.

— Наверное, будет правильно сначала прочитать письмо, а потом уж разговаривать с мистером адвокатом! — не согласился ней Филипп.

— Почему? — не поняла Мелисса.

— Вы будете знать, о чем вести речь! А вдруг письмо содержит что-то неожиданное. Я бы на вашем месте прочитал, а потом принимал решение. — Старик стоял на своем.

— Когда закончишь завтрак, Филипп, приходи в кабинет, — предложила Мелисса, запивая омлет остатками кофе, — мы вместе прочтем письмо.

— Хорошо, мэм! — согласился старик.

Мелисса вернулась в кабинет и аккуратно отрезала краешек конверта ножницами. Вынула листок, исписанный ровным почерком Бенджамина. Письмо оказалось не слишком длинным, всего на почтовый лист.

«Дорогой Кристиан! — писал доктор. — Столько лет прошло с тех пор, как ты покинул Туин-Фолс. И вот я получил еще одно твое послание, в котором ты отправил мне банковский чек. Я очень благодарен тебе за это. Но тысячу раз прошу меня простить, что распоряжаюсь твоими деньгами не так, как, возможно, тебе хотелось бы. К этому меня вынуждают совершенно особые обстоятельства. Ты мужественный человек, Кристиан. И если бы я не знал тебя и твоего благородного сердца, то никогда бы не поступил так.

Я чувствую близкое дыхание смерти. Опасность исходит от человека по имени Чарльз Гриффин. Когда он появился здесь и резво пошел по служебной лестнице, мне долго казалось, что я откуда-то знаю его. И сегодня ночью, сидя в своем кабинете, я вдруг вспомнил, кто это. Имя у него не настоящее. У этого человека множество имен, так же, как и лиц. Он появляется лишь для того, чтобы взорвать хрупкое согласие, возникшее в том или ином уголке страны. Он провокатор, тайный расист и ненавистник эмансипации.