Охота на Мясника - Алов Константин

При других обстоятельствах это могло бы представлять немалую опасность. Но сейчас, когда со многих ракет были сняты боевые части, а сами ракеты имели нулевые полетные задания, то есть были нацелены в никуда, майор Еремин, как и его коллеги, относились к своей работе как к почетному ничегонеделанию. Временами у него создавалось ощущение что о существовании резервного пульта управления просто забыли.

Еремин сменил на посту капитана Морозова. Они ограничились лишь общими фразами. Друзьями они не были. Морозов был молодой, напористый без году неделя как переведенный из Забайкальского военного округа хам. Поговаривали, что причина его успехов — удачная женитьба. И если Еремин расценивал свое назначение как конец карьеры, то для капитана Морозова оно выглядело скорее трамплином.

С некоторых пор Морозов стал замечать, что в их часть зачастил, а потом и прочно в ней окопался, генерал Павлов. С командиром части у генерала сложились самые тесные отношения. Тот даже предоставил генералу кабинет бывшего замполита.

Генерал сразу занялся реконструкцией хоздвора. В частности перестроил старую баню в роскошную сауну, куда стали регулярно наведываться как командир гарнизона, так и высокие начальники на дорогих машинах.

Неожиданно генерал воспылал дружбой и к дежурившим на пульте офицерам. В частности, несколько раз подъезжал к Еремину с предложением зайти попариться. Еремин на предложение дружбы не купился и париться отказался. А Морозов вдруг стал завзятым любителем банной процедуры.

Все это майору Еремину сильно не нравилось, но его мнения никто не спрашивал.

Сегодня Морозов понравился майору еще меньше. Капитан выглядел каким-то пришибленным и торопился уйти. Майора насторожил сладковатый запах перегара, ощутимо заметный в сжатой атмосфере "стакана".

— У тебя что, кто-то был? — спросил майор.

— Нет, с чего ты взял? — капитан перепугался еще больше.

— Утром синие "жигули" через проходную выезжали. Значит кто-то из компьютерщиков ночью приезжал. А куда они могут приезжать? Сюда или в сауну. Потому и спрашиваю.

— Нет, здесь никого не было, — неубедительно соврал капитан и поспешно отвалил.

Заступив на дежурство, майор Еремин проверил книгу записей, прошелся по приборам и убедился, что вверенная ему аппаратура функционирует. После этого на повестке дня осталась одна задача — скоротать сутки. Еремин придвинул поближе клавиатуру компьютера.

Ввиду особой секретности компьютерная система пульта управления не имела выхода в Интернет. Но недавно аппаратуру модернизировали и подключили к сети Юнител. Это должно было свести на нет риск самопроизвольного запуска ракет в момент наступления двухтысячного года.

Майор полазил по Юнителу, посмотрел какие-то мультики, попил чаю из термоса. Неожиданно он заметил, что компьютер второго номера дежурного расчета не выключен.

Еремин выругался. В тесном помещении вставать и лезть между приборами в дальний угол "стакана" было сущим наказанием. Пробравшись на место, Еремин хотел было выключить прибор, но решил поглядеть, чем занимались ночью Морозов и его гость.

Майор зажег темный экран. Перед ним была какая-то сложная разветвленная структура.

Еремин посмотрел в нижнюю строчку, чтобы определиться. Он находился в сети Юнител. Затем шло название "апекс". После этого значилось "Фейерверк". Майор знал, что с центрального компьютера, за пультом которого он сейчас сидел, можно входить в любые закрытые сайты.

"Подтвердите правомерность доступа", — потребовала красная табличка в центре экрана.

Майор просто нажал на "Enter" и она пропала. Он получил доступ к программе "Фейерверк". Когда он начал читать, ему стало страшно.

2

Местные опера подтвердили Крюкову факты, изложенные участковым инспектором Жорой Кривоносовым.

— Задолбал нас твой бессмертный гарнизон, — с жаром высказал ему один из сыщиков, внешне скорее похожий на быка-рэкетира. — То бомжей-строителей селили. Из рабов — с Украины, с Молдавии, с Белоруссии.

Убийства по пьяни — под каждый праздник как по соцобязательству. Потом заложников в ружпарке держали. А сейчас набрали в батальон охраны каких-то темных контрактников. По-моему сплошные наркоманы и отморозки.

Повязали недавно двоих — под кайфом были, в местной забегаловке мебель ломали. У обоих татуировки одинаковые на левом плече…

— Череп с крылышками? "Ошбон"? — подсказал Крюков.

— Откуда знаешь?

— Довелось стыкнуться. И зачем они здесь, как думаешь?

— И гадать нечего — наркоту они там хранят в своем гарнизоне.

— А почему молчите? — удивился Крюков — С армией связываться? Ну их на хрен. Мы после того рейда за заложниками достаточно говна нахлебались. Причем, знаешь, что интересно? — интригующе произнес похожий на бандита опер. — На секретном военном объекте время от времени негры крутятся.

— Американцы, что ли?

— Не, из Нигерии. Вот бы им туда человечка внедрить.

— Почему не внедрить? Можно, — хитро прищурился Крюков. — Поможешь?

— Нет базара. Спросишь Волоху Долгополова. Это я, — представился крепыш-опер. — Есть там у меня один мужик — доверенное лицо. Он тебе поможет.

Крюков с Долгополовым ударили по рукам и на этом расстались.

Чем дольше майор Еремин вчитывался в содержание программы "Фейерверк", тем страшнее ему становилось. Несомненно, программа появилась в результате недавней модернизации и подключения к Юнителу. Вопрос состоял в другом. По чьему приказу это было сделано?

А что, если это действительно задание командования?

Какого командования? Дать задание на пуск и подрыв баллистических ракет стратегического назначения мог только сам президент страны, а он, при всех своих недостатках, не был сумасшедшим. Здесь же явно поработал маньяк. Компьютер выдал и новые полетные задания — ракеты были перенацелены на крупнейшие города мира — Нью-Йорк, Лондон, Северную Корею и Москву!

Еремин закрыл глаза. Постарался выстроить общую схему и от нее идти к частностям. Это он умел делать, так как обладал даром аналитика. Из противоречивых вариантов он выбирал наиболее вероятные, какими бы странными они не казались.

Установку Юнитела принимала комиссия специалистов из штаба и прозевать такое они не могли. Получалось, что по заказу генерала Павлова кто-то из компьютерщиков доработал схему в свободное время. Точнее во время дежурства капитана Морозова.

С ним он и решил переговорить в первую очередь.

Генерал Павлов был зол. Не тем он занимался все последнее время.

Политика, дебаты дурацкие. А ведь с сопливого школьного возраста знал присказку про жизнь, которую надо прожить так, чтобы… и так далее.

Из Думы он проехал прямо в Боженово и забурился в сауну. С собой привез девок, но ни они, ни выпивка настроения не поднимали.

Выйдя из парилки он обрушился в бассейн с ледяной водой и лежал там неподвижно, пока не заломило кости. Он выскочил оттуда и направился в комнату отдыха. Там в окружении Полковник Шут, посиневший с перепоя, и по причине нездоровья еще не заходивший в парилку, развалился на широченном массажном столе в обществе сразу двух телок. Он с усмешкой посмотрел на генерала:

— Ты что, Петя, такой хмурый ходишь последнее время?

— Хреново мне, Вася, — проворчал генерал. — А почему хреново — даже тебе сказать не могу.

Дверь в коридор приоткрылась и в нее заглянул водитель генеральской машины:

— Петр Дмитрич, — позвал он шефа. — Там вас парень один спрашивает.

Компьютерщик, которого Антоном зовут.

— Он что, подождать не может? — окрысился генерал.

— Нет, говорит — очень срочно.

— Хорошо, скажи, сейчас подойду, — нехотя согласился генерал и принялся одеваться.