Жизнь не сможет навредить мне - Дэвид Гоггинс

позвольте своему разуму и телу расслабиться. Выключите телефон. Держите компьютер выключенным. День отдыха означает, что вы должны быть расслаблены, проводить время с друзьями или семьей, хорошо питаться и пить, чтобы вы могли восстановить силы и вернуться к работе. Это не тот день, когда стоит погружаться в технологии или сидеть за рабочим столом в форме вопросительного знака.

Суть круглосуточной миссии заключается в том, чтобы поддерживать чемпионский темп не сезон или год, а всю жизнь! Для этого необходимо качественно отдыхать и восстанавливаться. Потому что финишной черты не существует. Всегда есть чему учиться, и у вас всегда будут слабые места, которые нужно укреплять, если вы хотите стать таким же твердым, как губы дятла. Достаточно твердым, чтобы пройти бесчисленное количество миль и финишировать сильным!

***

В 2008 году я снова был в Коне на чемпионате мира Ironman. Я был на пике видимости для "морских котиков", и мы с коммандером Китом Дэвидсом, одним из лучших спортсменов, которых я когда-либо видел в командах "морских котиков", должны были участвовать в гонке. Телеканал NBC Sports отслеживал каждый наш шаг и превратил нашу гонку в гонку, чтобы дикторы могли переключать внимание между хронометражем основных соперников.

Наше появление было прямо из голливудского питчинга. Пока большинство спортсменов углублялись в свои предгоночные ритуалы и готовились к самому длинному дню в своей спортивной жизни, мы пронеслись над головой на самолете C-130, прыгнули с высоты 1500 футов и спрыгнули с парашютом в воду, где нас подхватил Zodiac и доставил на берег всего за четыре минуты до выстрела. Этого времени едва хватило на то, чтобы выпить энергетический гель, глотнуть воды и переодеться в костюмы для триатлона Navy SEAL.

Вы уже знаете, что я медленно плаваю в воде, а Давидс уничтожил меня на заплыве длиной 2,4 мили. Я так же силен, как и он, на велосипеде, но в тот день у меня затекла поясница, и на полпути мне пришлось остановиться и размяться. К тому времени, как я вошел в зону перехода после 112-мильной поездки на велосипеде, Дэвидс выигрывал у меня тридцать минут, и в начале марафона я не очень-то старался отыграть это отставание. Мое тело взбунтовалось, и первые мили мне пришлось пройти пешком, но я продолжал бороться, а на десятой миле нашел ритм и начал выжимать время. Где-то впереди меня Давидс взорвался, и я приблизился к нему. На протяжении нескольких миль я видел, как он пробирается вдаль, мучаясь в этих лавовых полях, где жар отбрасывается на асфальт. Я знал, что он хочет победить меня, потому что он был гордым человеком. Он был офицером, отличным оператором и прекрасным спортсменом. Я тоже хотел победить его. Так устроены морские котики, и я мог бы обойти его, но по мере приближения я приказал себе смириться. Я настиг его, когда до финиша оставалось чуть больше двух миль. Он смотрел на меня со смесью уважения и уморительного отчаяния.

"Гоггинс, - сказал он с улыбкой. Мы вместе прыгнули в воду, вместе начали гонку и вместе собирались ее закончить. Мы бежали бок о бок последние две мили, пересекли финишную черту и обнялись. Это было потрясающее телевидение.

На финише соревнований Kona Ironman с Китом Дэвидсом

***

В моей жизни все шло хорошо. Моя карьера сияла и блестела, я сделал себе имя в спортивном мире и планировал вернуться на поле боя, как и положено морскому котику. Но иногда, даже когда вы все делаете правильно, в жизни возникают и множатся бури. Хаос может обрушиться без предупреждения, и когда (а не если) это произойдет, вы уже ничего не сможете сделать, чтобы остановить его.

Если вам повезет, проблемы или травмы будут относительно незначительными, а когда они возникнут, вам придется приспосабливаться и продолжать заниматься своим делом. Если же вы получили травму или возникли другие сложности, которые мешают вам работать над своим главным увлечением, перенаправьте свою энергию в другое русло. Занятия, которыми мы занимаемся, обычно становятся нашими сильными сторонами, потому что нам нравится делать то, что у нас отлично получается. Мало кому нравится работать над своими слабыми сторонами, поэтому, если вы потрясающий бегун с травмой колена, которая не позволит вам бегать в течение двенадцати недель, это отличное время, чтобы заняться йогой, повышая гибкость и общую силу, что сделает вас лучшим и менее травмоопасным спортсменом. Если вы гитарист со сломанной рукой, сядьте за клавиши и используйте свою единственную хорошую руку, чтобы стать более разносторонним музыкантом. Суть в том, чтобы не позволять неудачам разрушать нашу сосредоточенность, а препятствиям - диктовать наше мышление. Всегда будьте готовы к перестройке, перекалибровке и продолжению работы, чтобы стать лучше, так или иначе.

Единственная причина, по которой я тренируюсь так, как тренируюсь, - это не подготовка к ультрагонкам и не победа в них. У меня вообще нет спортивного мотива. Я хочу подготовить свой разум к жизни. Жизнь всегда будет самым изнурительным видом спорта на выносливость, и когда вы упорно тренируетесь, испытываете дискомфорт и ожесточаете свой разум, вы становитесь более универсальным соперником, обученным находить путь вперед, несмотря ни на что. Потому что будут моменты, когда жизнь обрушится на вас, как кувалда. Иногда жизнь бьет вас в самое сердце.

В 2009 году заканчивался мой двухлетний срок работы в отделе рекрутинга, и, хотя мне нравилось вдохновлять новое поколение, я с нетерпением ждал возможности вернуться к работе в полевых условиях. Но прежде чем покинуть свой пост, я запланировал еще одно большое событие. Я собирался проехать на велосипеде от пляжа в Сан-Диего до Аннаполиса, штат Мэриленд, в легендарной гонке на выносливость Race Across America. Гонка проходила в июне, поэтому с января по май я проводил на велосипеде все свое свободное время. Я просыпался в 4 утра и проезжал 110 миль до работы, а затем проезжал двадцать-тридцать миль до дома в конце долгого рабочего дня. По выходным я проезжал как минимум одну 200-мильную дистанцию, а в среднем за неделю наматывал более 700 миль. Гонка займет около двух недель, спать придется очень мало, и я хотел быть готовым к величайшему спортивному испытанию всей моей жизни.

Мой журнал тренировок RAAM

А в начале мая все рухнуло. Подобно неисправному прибору, мое сердце остановилось почти в одночасье. В течение многих лет мой пульс в состоянии покоя находился на уровне тридцати. Внезапно он стал семидесятым и