Поцелуй над пропастью - Айрис Джоансен

— Успокойся, — грубовато ответил он. — Я не лгу. Ты уже говорила это. Говорила, что никакого демона не было. Но демон был, и он убил девочку.

Даннер снова называл Бонни «девочкой». Не потому ли, что теперь, приближаясь к ней, ему становилось все труднее признавать ее личностью, человеком с именем. Ева уже понимала его нежелание ассоциировать «девочку» с Бонни. Отказываясь принимать вину за смерть Бонни, Даннер, разумеется, не желал признавать, что его преследует ее дух. Девочка должна была остаться безымянной.

— Я не… — Она замерла, не договорив. Сердце подскочило к горлу, а взгляд застыл на громадной темной щели слева от тропинки.

Бонни? — Ты нашла меня, мамочка. Я все время твердила тебе, что это неважно, но ты не верила.

— Важно для меня.

— Поэтому ты меня и нашла.

— Где ты? Я тебя не вижу.

— Увидишь. Но не сейчас. Он так страдает, что я не могу приблизиться к тебе.

— Будь он проклят!

— Нет. Не сердись. Разве ты не видишь? Теперь я знаю все. Два уровня сошлись, и я помню, что случилось. Не надо злиться.

— Не понимаю. Он отнял тебя у меня. Вот я и злюсь. И не позволю…

— Она здесь, да? — Даннер впился взглядом в глаза Евы. Кровь отхлынула от его лица, и оно стало серовато-белым, как тесто. — Но я ее не вижу. Ева больше не ощущала присутствия Бонни, и нахлынувшее вдруг одиночество высекло искру гнева.

— Ты ее спрятал. — Она снова посмотрела на зияющую черную расщелину. — Ах ты ублюдок! Ты спрятал ее в ту грязную дыру? Что ты сделал? Завалил ее камнями? — Она шагнула к стене. Щель была темная и узкая. Путь вперед преграждал большой камень, отбрасывавший мрачную тень.

— Отойди. — Даннер отстранил Еву, прошел вперед и, откатив камень в сторону, подтолкнул ее в открывшуюся темноту. — Если она здесь, то потому, что хочет быть здесь. Видишь ее? Я был прав. Я сделал это.

После темноты яркий свет заставил Еву зажмуриться.

Она остановилась, потрясенная.

— Куда же он ее ведет? — процедил сквозь зубы Джо, шаря взглядом по тропинке и темным щелям по обе стороны от нее. — Тут прямо-таки кроличий садок какой-то. Соваться за ним в эти щели чистое безумие. — И никаких следов, — добавил Галло. — На сланце хоть что-то оставалось бы. — Он остановился перед очередной темной расселиной. — Я эту проверю. А ты следующую.

Джо кивнул. Им и не оставалось ничего другого, как только проверять одну за другой все щели, теряя впустую драгоценное время.

— Нет. — Рядом с Джо вдруг оказался Бен. — Не здесь. Дальше, впереди.

— Проверить нужно все, — возразил Галло. — Мы должны исключить все варианты.

— Нет, надо пройти вперед. — Бен схватил Джо за руку и потащил за собой. — Она не здесь.

Джо с сомнением посмотрел на парнишку.

— Идемте же, Джо. Надо торопиться, — умолял Бен.

— Ладно. — Джо повернулся к Галло. — Давай разделимся, так мы охватим большую площадь. Ты проверяй здесь, а я пройду дальше. — Он повернулся и быстро двинулся по тропинке. Галло выругался, но когда Джо обернулся, тот уже скрылся в расщелине.

Бен догнал Джо и пошел впереди.

Следуй за ним. Парнишка, похоже, знает, куда он идет.

Сам же Джо не имел об этом ни малейшего представления.

Ева застыла от изумления. Она не верила своим глазам. Песок и камни сменились зеленым садом с нежной, тщательно ухоженной и казавшейся бархатной травой. Цветущие магнолии, яркие разноцветные азалии, чудесные розовые розы, нежная лантана, золотистые подсолнухи… Ева стояла на краю стены, защищавшей от внешнего мира этот укромный, скрытый от посторонних глаз живописный уголок, превращенный в своего рода заповедный сад.

Заповедный сад. Да, именно это он ей напомнил — ставшую классикой детскую историю о прекрасном волшебном саде, обладавшем способностью исцелять и помогать благодаря заключенной в нем силе любви.

— Что это, Даннер?

— То самое место. — Даннер оглядел сад. — Устроил для нее. Несколько лет потратил. Пришлось завозить грунт, делать посадки. Растения выбирал стойкие к морозу и жаре, неприхотливые. Приезжать сюда часто я не мог, после того как дал ей это. Она меня пугала.

Взгляд Евы пробежал по саду и остановился на извилистой тропинке, уходившей вверх по краю каньона.

— А это что?

— Дорожка на самый верх. Прорубал ее целый год.

— Зачем?

— Не был уверен, что демоны не найдут ее здесь, вот и решил, что надо иметь маршрут на случай эвакуации.

— На случай эвакуации? — задумчиво повторила Ева. — Да вы все предусмотрели, обо всем подумали.

— Смеешься надо мной?

— Нет. Не вижу здесь ничего забавного. Скорее, печальное и трагическое.

Он кивнул и, бросив взгляд в западный угол сада, поспешно отвел глаза.

— Она там.

Бонни.

Небольшой земляной холмик, усаженный роскошными цветами. Простой деревянный крест, обозначающий могилу.

Ева медленно подошла к нему.

«Я здесь, детка».

Никакого особенного ощущения присутствия дочери она не почувствовала. Ева никогда не верила дочери, когда та говорила, что для нее неважно, найдет Ева ее тело или нет. Что в любом случае они всегда будут вместе, что значение имеют только воспоминания и любовь. И сейчас Ева легко представила Бонни, стоящую перед ней с лукавой улыбкой.

«Ладно, ты была права. Но все равно я рада, что пришла сюда».

И, может быть, она почувствовала бы что-то, не будь рядом Даннера.

Даннера, стоящего чуть в сторонке, ждущего…

Он уже готовился к финалу. Ева видела напряжение в приподнятых плечах, в глазах…

— Чудесное место, — тихо сказала она. — Я рада, что вы подарили Бонни этот прекрасный сад. Она любила цветы.

— Она была дочерью Джона. Я должен был позаботиться о ней после того, как ее убил демон. Должен был найти место, откуда демоны не похитили бы ее душу и тело.

— И вы привезли ее сюда.

— Решил, что здесь она будет в безопасности. Я заботился о ней. Устроил красивый сад. Не позволял демонам найти ее. — На его лицо как будто набежало облачко. — Но демоны не унимались. Я узнал, что Кин и Джейкобс обманули меня и строят козни Джону. Их требовалось остановить. Но даже когда этих двоих не стало, демоны продолжали следить за мной. Их много. Они повсюду… таятся, прячутся…

— Но не здесь. Здесь их нет.

— Нет. Здесь девочка в безопасности. Но она не все время здесь. Я видел ее в каньоне. Иногда в лагере. Иногда в городе. Девочка смотрела на меня своими большими глазами, и я знал, что она хочет от меня чего-то, но не знал, чего.

— А спросить боялись, — кивнула Ева, складывая кусочки пазла страшной трагедии, омрачившей жизнь каждого из них. — Думали, что она желает отомстить, потому что вы ее убили.