Пустые калории. Почему мы едим то, что не является едой, и при этом не можем остановиться - Крис Ван Туллекен

Приехав в Бразилию, я решил узнать побольше об одном слухе о потрясающей маркетинговой стратегии, якобы объявленной Nestlé в 2010 году. Мне удалось найти старый пресс-релиз, описывающий инициативу4.

Nestlé Até Você a Bordo («Nestlé приглашает вас на борт») был огромным плавучим супермаркетом, в котором работали одиннадцать человек. Он отплывал из Белена, города, в котором я работал, и отправлялся на сотни миль вверх по течению, обслуживая 800 000 человек в отдаленных уголках Амазонии. Пресс-релиз утверждал: «Nestlé стремится создать новый канал торговли, который обеспечивает доступ к питанию, здоровью и благополучию далеким поселениям северного региона».

В день, когда вышел тот пресс-релиз, на сайте Nestlé объявили: «Наша главная цель – каждый день и везде улучшать качество жизни потребителей, предлагая им выбор из вкусных и здоровых напитков и поощряя здоровый образ жизни».

Белен, основанный в 1616 году, – второй по величине город на севере Бразилии, последняя часть территории, которую португальцы отняли у французов. Он стоит у залива чуть в стороне от огромной дельты Амазонки – и построили его там случайно. Он должен был располагаться на главном течении Амазонки, чтобы проверять торговые экспедиции. Но местная легенда гласит, что река в этом месте уже так огромна, что город построили не там. Он стоит на небольшой реке – естественно, «небольшой» только относительно: с обоих берегов река Пара выглядит как огромное коричневое море.

В Белене располагается Вер-у-песу, один из крупнейших в мире рынков под открытым небом[125]. Карлус Монтейру порекомендовал мне ознакомиться с этим последним форпостом традиционной бразильской диеты. Рынок стоит у кромки воды – целый квадратный километр лотков, накрытых шатрами из рвущегося брезента. Здесь продаются жирные фиолетовые ягоды асаи, фрукты купуасу, маленькие фрукты пупунья, сушеные креветки, соленая рыба, корни маниока, орехи в скорлупе – все это плоды Амазонии. На той стороне воды видна зеленая граница – легко подумать, что это дикая природа.

В выходной день я отправился вместе с местным решалой на поиски плавучего супермаркета Nestlé на лодочной верфи на южном берегу города. Мы прошли по грунтовой дороге между двумя крупными складами, вышли на скрипучий деревянный пирс на сваях и увидели ее – «Терра-Гранди». То была скорее баржа, чем лодка: два этажа на корме, мостик, возвышающийся над «супермаркетом», белым зданием с гофрированной крышей. Все остальное место занимала недавно перекрашенная палуба.

Похоже, можно было подняться на борт. А почему нет? Мы пробрались вброд мимо бревен, сломанных пристаней и полузатопленных лодок и подтолкнули маленькую брошенную гребную шлюпку в сторону «Терра-Гранди». Почти сразу же завыли сирены и яростно залаяли собаки. Смеясь от ужаса, мы запрыгнули обратно в лодку и ретировались к пристани. Маленькое приключение, но пугающее. Почему на судне сигнализация, зачем его окружают собаки? Я до сих пор не знаю ответа.

На следующий день я отправился на теплоходе вверх по течению, к тем местам, куда десять с лишним лет назад плавучий супермаркет впервые доставил свои товары. Мы отплыли из Белена утром под палящим солнцем; река выглядела охряной, деревья на берегу светились зеленым. За пару часов мы пересекли залив, обошли несколько поросших деревьями островков и вошли в главный рукав Пары.

Нас тут же окружили океанские контейнеровозы и танкеры. Это одни из крупнейших судов своего класса в мире, они настолько огромны, что их трудно описать в относительных терминах, не разделяя их на отдельные части. Мостики у них размером с кафедральный собор, восьмиэтажные, с башенками и шпилями, утыканными антеннами и радиомачтами. Корпус корабля напоминает ржавый небоскреб без окон, который упал на бок. Двадцать или даже больше этих кораблей загружались с огромных конвейеров, идущих с зернового терминала Понта-да-Монтанья в городке Баркарена, одного из главных портов, через которые экспортируется амазонская соя.

Это важнейшее место для УПП всего мира. В феврале 2022 года Archer-Daniels-Midland, американская транснациональная корпорация, занимающаяся переработкой пищи и коммерческой торговлей, доставила из Баркарены самую огромную партию соевых бобов за всю историю: 84 802 тонны на одном корабле5. Это пятьдесят олимпийских бассейнов, наполненных соевыми бобами6; их все загрузили в «МВ Харвест Фрост», длина которого 237 метров, а ширина – 40, и отправили в нидерландский порт Роттердам.

Бразилия – крупнейший в мире экспортер сои, которая в основном идет на корм животных в Китае, Европе и США. Большинство британских кур питаются бразильской соей. Благодаря огромным масштабам разведения сои она дешева. И, соответственно, это отличный ингредиент для производства УПП. По некоторым оценкам, более 60 % всей переработанной пищи в Великобритании содержит сою7, от зерновых хлопьев для завтрака и зерновых батончиков до печенья, сырных намазок, кондитерских изделий, кексов, пудингов, мясных соусов, лапши, выпечки, супов, приправ и т. д. Цельный соевый боб, впрочем, вы увидите только в составе эдамамэ (стручки сои, которые собрали до того, как они полностью созреют, а потом целиком сварили). Эдамамэ содержит сравнительно много сахара и свободных аминокислот, которые придают им сладковатый вкус умами.

Если вы едите не эдамамэ и не тофу, то любая соя, которую вы употребляете в пищу, проходит многоэтапную физическую и химическую ультрапереработку: бобы давят, разделяют на составные части и рафинируют, так что на этикетках вы можете встретить ее под множеством названий – соевая мука, гидролизованный растительный белок, изолят соевого белка, белковый концентрат, текстурированный растительный белок, растительное масло (простое, полностью или частично гидрогенизированное), фитостерины или «эмульгатор лецитин». По одному этому разнообразию названий понятно, насколько соя ценна для производителей.

Бо́льшую часть сои привозят в Баркарену с ферм, расположенных в сотнях километров южнее, в штате Мату-Гросу8. Скорее всего, вы видели фотографии уничтоженных лесов Мату-Гросу, даже если не узнали название: с одной стороны кадра – девственный тропический лес, потом – линия, проведенная словно по линейке, за которой начинаются соевые поля. Витор Винуэса, директор Archer-Daniels-Midland по южноамериканской логистике, с энтузиазмом заявил по поводу рекордного груза сои: «Мы определенно повторим это снова и не раз».

Пока мы пересекали Пару, набежали грозовые тучи и приблизились настолько, что река и небо, казалось, слились вместе. Мрак нависал над дальним берегом, а к тому времени, когда мы добрались до Муаны, ливень шел такой, что в воздухе уже было больше жидкости, чем газа. Водой пропиталось буквально все.