Падение ангела - Лана Шэр

туда, куда для других доступа нет и после я смогу лучше составить план. Нужен козырь. Желательно парочку. А пока будем осторожны, — делая акцент на последнем слове, Марк явно предупреждает меня о том, что время необдуманных поступков закончилось.

— Это всё? — понимаю, что из всего ответа Марка толковой информации получить так и не удалось. И это чрезвычайно злит.

Впрочем, я понимаю, что вряд ли бы он вернулся с полным отчётом о перемещениях Хлои или причастности этого типа к её пропаже, но всё же это так чертовски мало, что хочется рычать.

— Пока да.

Часть дня мы проводим в отеле, после чего, уже сходя с ума от нахождения в замкнутом пространстве, я предложила Марку прогуляться, чтобы развеяться и проветрить голову. Он поддержал эту идею без особого энтузиазма, но всё же спорить не стал.

Но конечно же на его условиях.

Он предложил мне выбрать место, которое мне будет интересно посмотреть, и доехать туда на машине. В неизвестном городе гулять пешком при всех нынешних обстоятельствах ему показалось небезопасным.

Закатив глаза от этой чрезмерной осторожности, я выбрала городской музей искусства с небольшим парком на его территории. Хотелось внести иллюзию спокойствия и умиротворения, чтобы хотя бы на мгновение переключиться от съедающей заживо тревоги.

К моему удивлению, Марк много знал об искусстве и провёл для меня целую экскурсию по музею, оказавшись в нём впервые. Рассказывал о художниках и их судьбах, о скрытом значении некоторых картин, а также показал приём с зеркалом, чем поверг меня в абсолютный восторг.

— Чонтвари, изображая старого рыбака, хотел показать что в каждом человеке есть как абсолютно добро, так и абсолютно зло, а человеческая душа — это поле битвы между светом и тьмой, — прикладывая к лицу мужчины, изображенного на полотне, специально лежащее рядом небольшое зеркало, Марк продемонстрировал, как меняется восприятие картины с помощью этого маленького предмета.

Я ахнула, разглядывая обе «стороны личности», которые видны были только с помощью зеркала.

Зеркало делило части лица пополам, где одна была божественным образом, с голубым лазурным морем за спиной изображённого доброжелательного старика, а другая сторона была полной противоположностью — дьявольским обличьем с бурлящим за спиной старика разрушительным штормом.

— Невероятно, — произношу, слегка хмурясь от того, что просто в голове не укладывалось как же нужно было постараться, чтобы это осуществить, — Откуда ты столько знаешь обо всём этом? — обвожу рукой зал, в котором мы оказались спустя почти час прогулки по территории музея.

— До того, как моя жизнь пошла в другую сторону, — без тени улыбки начал Марк, — Я много изучал искусство. И в моей библиотеке ты, вероятно, видела несколько книг. Иногда, когда оставалось время, я продолжал читать о том, что мне особенно интересно, чтобы…

— Не потерять себя? — почувствовав укол грусти, спросила я, сгорая от желания положить руку на плечо мужчины, но почему-то сдержалась.

— Да, — задумавшись, ответил Марк и между нами возникла пауза.

Но не такая неловкая, которая бывает при не клеящемся диалоге. Скорее тяжёлая пауза сожалений о том, как могла сложиться жизнь и том, какой она стала в реальности.

Я перевела взгляд на Марка и увидела как потемнели его глаза. В следующее мгновение он обхватил мой подбородок большим и указательным пальцем, притянул к себе и запечатлел на губах нежный, но глубокий поцелуй.

Он не был похож на те поцелуи, которые были свойственны нам большую часть времени. Жёстким, требовательным, взрывным. Нет. В этот раз в прикосновении Марка было болезненное желание насытиться и соединиться со мной. И от этого чувства внутри стало зарождаться тепло, перерастающее в настоящий вулкан.

Сердце стало грохотать как табун скачущих по полю лошадей, отдавая в тело пульсацией везде, где только возможно. Я не смогла сдержать тихого стона и Марк прижался ко мне бёдрами, упираясь своей твёрдостью в моё размякшее от его ласк тело.

— Ещё один твой сладкий стон и мы нарушим все правила приличия, малышка, — прошептал мужчина, обхватив меня за затылок и прижимаясь губами уже более жёстко, пробуждая во мне новую волну наслаждения.

— Ну уж нет, скандала в музее я не перенесу, — со мешком отстраняюсь, видя перед собой опьянённые желанием глаза мужчины.

И в этот момент от опрометчивого поступка нас спасает телефонный звонок, раздавшийся в кармане джинсов Марка. Не отводя от меня голодных тёмных глаз, мужчина отвечает, поглаживая большим пальцем мои влажные и припухшие после поцелуя губы.

Вижу как на долю секунды его лицо омрачается, но только на мгновение. Всего момент и он уже полностью владеет собой. Отключаясь, он облизывает губы, медленно блуждая взглядом по моему лицу, от чего у меня едва не подкашиваются ноги, после чего говорит низким хриплым голосом:

— Ты когда-нибудь бывала в казино?

Глава 24

Забираю обратно каждое сказанное мной слово с момента, когда начала говорить о том, что этот город просто пестрит разноцветными вывесками, неоном и мигающими лампочками. Настоящее новогоднее шоу устроили в чёртовом казино, вызывая приступ головокружения множеством игровых автоматов, звонкими мелодиями отбивающих разные комбинации в сопровождении с восторженными вскриками или расстроенными вздохами удачливых и не очень игроков.

Перед моими глазами был настоящий космический корабль, пестрящий всевозможными аппаратами, экранами и прочими сваетящимися штуковинами, о назначении которых неопытному гостю оставалось только догадываться.

При этом, несмотря на обилие света и разноцветных мигающих картинок, атмосфера роскоши и дороговизны чувствовалось даже в воздухе.

Это не было рядовое казино (по словам Марка), куда мог попасть «всякий сброд». Нет. Элитное место для самых люксовых и богатых транжир, которые привыкли играть со своей удачей как в последний раз.

На полу простирались бордовые ковры с замысловатыми узорами, а потолки были настолько высокими, что казалось, будто и вовсе уходят в небо. И удивительно было то, что все эти пёстрые огоньки не давали слишком много света, позволяя приглушенному свету тёплых ламп создавать интимную, загадочную и таинственную атмосферу. Идеально для того, чтобы не отвлекаться на окружающее пространство и отдаться пороку.

Да, игромания — одна из страшнейших зависимостей и на примере семьи Марка можно увидеть один из возможных сценариев, если отдаться этому и оставить за пределами казино рассудок и здравый смысл.

Этими мыслями с мужчиной, уверенно держащимся рядом со мной, я делиться не стала, но будто кожей почувствовала, что он напряжён. Возможно наши мысли совпали и пошли по одному направлению, а может быть он по привычке дикого зверя оглядывает всех вокруг на предмет угрозы. Но как бы ни пытался он внушить мне ощущение