Гнев Безумного Бога - Раймонд Элиас Фейст

другом мире, в иной плоскости бытия! Вместо этого она кивнула:

— С разрешения Кастданура, я направлю сюда наших сильнейших магов. Пусть поработают с вашими заклинателями над этой проблемой, Томас.

Томас кивнул. Обращаясь к Кастдануру, он сказал:

— Мы готовы.

— Тогда следуйте за мной, — ответил старый эльф и сделал знак двум другим эльфам сопровождать их.

— Не думаю, что нам нужен эскорт, Кастданур, — заметил Томас.

Эльф склонил голову в знак согласия и отпустил провожатых.

Покидая поселение, Миранда огляделась и заметила, как новоприбывшие уже вовсю трудятся над восстановлением заброшенных участков.

— Похоже, новички чувствуют себя как дома.

— Они наши братья и сёстры. Они возвращают то, что было утрачено, а вы избавили нас от напасти, что ослабляла нас. Прежде чем отправиться в своё путешествие, я увижу, как Баранор возрождается.

— Это прекрасно, — сказала Миранда. Затем она осознала, что чего-то не хватает. — Где Каспар и его люди?

— С возвращением сородичей и благодаря доброй службе, которую они нам сослужили, мы сочли возможным отпустить их. Каспар и тот, кого вы зовёте Джимом Дашером, доказали, что они — истинные друзья эльфов.

Он повернулся к Томасу:

— Я вернул Джиму Дашеру талисман, данный ему в Эльвандаре, а Каспару из Оласко вручил другой. Оба всегда будут желанными гостями здесь.

Миранда вздохнула:

— Вот чёрт, мне как раз нужно поговорить с Джимом Дашером.

— К вечернему приливу они уже выйдут в море, — ответил Кастданур.

Томас предложил:

— Мы можем разыскать их, когда закончим здесь.

— Не стоит, — Миранда махнула рукой, пока они поднимались по тропе, огибающей крепость и уходящей высоко в горы. — Я найду Дашера в Ролдеме.

Они быстро шли вверх, и через полчаса Миранда осознала, что сопровождают её два исключительно выносливых путника: эльф и существо с силами Повелителя Драконов. Фактически, Томас, несмотря на тяжёлые доспехи, специально сдерживал шаг, чтобы Кастданур и Миранда поспевали за ним.

Раздражённая собственной усталостью, Миранда применила простенькое заклинание лёгкости — так, чтобы не пыхтеть на подъёме, а будто прогуливаться.

Почти два часа они шли по ничем не примечательной тропе, пока не вышли на обширный луг. Кастданур остановился и сказал:

— Здесь мы вступаем в истинные владения Кворов.

— Я помню это, — сказал Томас.

Миранда уклончиво взглянула на него, и он продолжил:

— Бывают моменты, когда воспоминания Ашен-Шугара являются ко мне без зова — вещи, о которых я не знал, пока что-то не заставит меня вспомнить.

Он замер на мгновение, уперев кулаки в бока, словно впитывая ощущения, определяя чувства. Наконец он произнес:

— Я помню…

* * *

Ашен-Шугар мчался по небесам, и тем, кто был скован рабством, он возвестил:

— Отныне поступайте, как пожелаете, ибо вы — свободный народ!

Те, кого звали эльфами — эдхель, или «народ» на их языке, — склонили головы в знак почтения своему бывшему повелителю. Прочие из Драконьего Воинства поднялись против новых богов, и пока Войны Хаоса бушевали в небесах, этот валкеру, Владыка Орлиных Вершин, взял их судьбу и вложил в их собственные руки.

Другие народы также обрели свободу, а через огромные разрывы в ткани пространства и времени прибывали новые расы.

— Приближается великая битва! — провозгласил Ашен-Шугар, и благодаря магии валкеру все внизу услышали его слова. — Возьмите этот мир и сделайте его своим!

Народы избрали разные пути. Те, кто последовал свету разума, те, кому было даровано хранить знания и мудрость — эльдар — привели своих последователей в лесную долину и начали создавать удивительный дом, сливаясь с лесами, которые однажды станут Эльвандаром. Их последователей и слуг назвали Эльфами Света, эледхель, и из их рядов вышли мудрые правители — первые короли и королевы.

Другие решили подражать жажде власти Драконьего Воинства, тем, кто стремился достичь могущества валкеру. Эти искатели тьмы стали известны как Эльфы Тьмы, моредхель.

Третьи, обезумев от страха перед жизнью без господ, словно домашние псы, выпущенные на волю, сбились в стаи, наводящие такой ужас, что даже волки стали их бояться. Их прозвали Безумными Эльфами, или гламредхель.

Остальные рассеялись, путешествуя по земле и морю, живя среди других народов — людей и гномов, а некоторые даже среди гоблинов и троллей. Они забыли свою истинную природу и стали чужаками. Их назвали Эльфами Из-за Моря — оседхель.

А высоко в Пиках Квора Ашен-Шугар предстал перед существами, настолько глубоко укоренившимися в сердце Мидкемии, что даже валкеру не смели их тревожить. Ибо среди этих вершин, в уединённом убежище, обитала раса, связанная с самой тканью жизни этого мира. Безобидный, мирный народ, чей образ жизни не могли постичь даже могущественнейшие из валкеру или мудрейшие из эледхель. Их предназначение было непостижимо, а природа — столь же загадочна, но даже самые жестокие из Драконьего Воинства ощущали в них какое-то глубинное значение. Это нельзя было объяснить — только почувствовать.

А были ещё стражи — загорелые эльфы, охотники, жившие у подножия Пиков Квора, чьей единственной задачей было хранить это необыкновенное место в покое и неприкосновенности. Валкеру прозвали их Эльфами-Стражами, или тиритхедхель на их языке. Сами же они называли себя аноредхель — Эльфами Солнца.

Им Ашен-Шугар сказал:

— Отныне вы — свободный народ, но ваше предназначение остаётся с вами. Ибо если Кворам будет причинён вред, погибнет и весь мир.

С этими словами он улетел…

* * *

Томас моргнул.

— Я помню, — сказал он.

— Что именно ты помнишь? — спросила Миранда.

Он покачал головой.

— Многое. Нам нужно идти дальше.

Кастданур показал направление, в котором собирался вести их, затем развернулся и зашагал через луг. Достигнув дальнего края, он свернул на узкую тропу. Томас последовал за ним, а Миранда шла последней. Но едва она ступила на тропинку, как замедлила шаг, а затем и вовсе остановилась.

Всё вокруг изменилось.

Сам воздух стал иным — насыщенным, словно заряженным магией. Краски приобрели невероятную яркость, звуки слились в новую, незнакомую гармонию, а в лёгком ветерке, ласкавшем её щёку, как прикосновение влюблённого, угадывались дразнящие ноты экзотических ароматов. Миранда едва сдержала содрогание восторга — казалось, будто всё самое прекрасное в мире случилось разом, в одно это мгновение.

Миранда повидала немало стран — не столько, сколько её муж, но достаточно, чтобы её нелегко было удивить. Однако это место способно было повергнуть в благоговейный трепет даже самого пресыщенного странника. От невероятной красоты у неё навернулись слёзы. Она не могла дать имя тому, что видела: для случайного наблюдателя здесь не было ничего примечательного по сравнению со склоном горы всего в