Пришельцы. Выпуск 2 - Николай Бодров

Кирилл осторожно перелил воду в принесенное цинковое ведро и принялся наматывать остаток цепи на ворот и выискивать вбитый в него гвоздь, чтобы прицепить колодезное ведро. Неожиданно за спиной он услышал какой-то всхрапывающий звук и, обернувшись, чуть не запрыгнул на край сруба. Огромное мохнатое чудовище, судя по всему — тот самый хозяйский пес, задумчиво обнюхивало край цинкового ведра, а затем опустило в него свой черный нос и принялось шумно лакать воду.

— Эй, собакин! Или как там тебя?! — возмущенно окликнул пса Кирилл. — Хорош жрать мою воду!

При этих словах полагалось грозно надвинуться на противника, но совершенно не хотелось этого делать.

Пес продолжал спокойно хлебать воду, задумчиво приподняв брови или то, что у человека называется бровями, а у собак, может быть, как-нибудь по-другому.

Кирилл вновь попытался отогнать собаку, но даже очень эмоциональное «Фу!» на пса не подействовало. Оставалось только ждать, когда мохнатое животное утолит жажду. Кирилл прислонился к шершавому срубу и облизнул пересохшие губы. Пить хотелось страшно!

Пес поднял морду и громко фыркнул. С минуту он стоял не двигаясь, потом сунулся к ведру, нехотя лизнул воду. Видимо, решив, что на сегодня хватит, он медленно развернулся и не спеша двинулся прочь. Забравшись в свою будку, он повозился немного, высунул наружу заднюю лапу и хвост. А потом было слышно, как пес громко, с прискуливанием, зевнул и чуть позже вздохнул совсем по-человечески.

— Так! — громко произнес Кирилл. Он схватил ведро, выплеснул всю воду на цветочный газон и решительно зашагал к флигелю. Даже если ведро прокипятят, вымоют с мылом, а затем прохлорируют, он никогда не будет из него пить! С грохотом поставив ведро в шкаф, Кирилл выдернул с верхней полки алюминиевый ковшик, выпрямил кривую ручку и зашагал обратно к колодцу. Теперь он управился с воротом несколько быстрее. Даже попытался уловить момент, когда ведро наполнится водой только наполовину, чтобы легче было поднимать. Мокрое и холодное, оно поднялось из глубины, наполненное на две трети. Кирилл удовлетворенно хмыкнул, выставил его на край сруба и зачерпнул ковшик. Показав собачьей будке язык, Кирилл наконец-то начал пить, не обращая внимания на ломоту в зубах от ледяной воды. Его лицо тут же покрылось испариной.

— Зря вы такую холодную воду пьете, — раздался за его спиной голос.

Кирилл едва не поперхнулся. Он оглянулся и посмотрел на хозяйку.

— Кстати, как вас зовут? — спросила она.

— Кирилл.

— А по отчеству?

— Иванович.

— Ну вот что, Кирилл Иванович. Я понимаю, сейчас очень жарко, но настоятельно рекомендую не пить воду сразу из колодца. Вот возьмите, — она протянула большой эмалированный бидон с крышкой: — Налейте в него воды и поставьте на солнце, она не будет такой холодной. А так горло простудите. Вот вам еще полотенце: я забыла сразу принести.

Кирилл взял бидон, повесил полотенце себе на плечо и поблагодарил.

— Не за что, — коротко сказала Александра Владимировна и пошла было к дому, но остановилась: — У вас там в шкафу ведро стоит, так вы его не трогайте. Я в нем воду таскаю для мытья полов и для Шарика.

«Замечательно! — усмехнулся про себя Кирилл. — Милый, добрый, умный пес Шарик доходчиво мне все объяснил».

Вернувшись во флигель, он перелил часть воды в рукомойник, скинул рубашку, умылся (а мыло-то с собой тоже не захватил), вытерся пахнущим свежестью полотенцем, разулся и улегся на кровать, предварительно раскатав матрац. Надо бы постель расстелить, подумал Кирилл, но решил полежать минут пять-десять просто так. Единственно, на что хватило сил, это подложить под голову подушку без наволочки. Он даже не заметил, как крепко уснул.

Открыв глаза, Кирилл некоторое время разглядывал потолочные доски, выкрашенные белой краской. Во флигеле царил легкий полумрак, и было жарко. Потянувшись, Кирилл сел на кровати; коротко скрипнула панцирная сетка. Он немного посидел, опустив голову, потом взглянул на часы: время подбиралось к шести часам вечера. Во сколько там ужин у Александры Владимировны? В восемь? Нет, в восемь утра — завтрак, а ужин в семь, точнее, в девятнадцать ноль-ноль. А пить-то все равно хочется. И горло першит. Как бы точно не простудиться. Кирилл кашлянул несколько раз, больше для проформы.

Поднявшись с кровати, он подошел к столу, где рядом с пишущей машинкой стоял бидон. Воды в бидоне почти не осталось: она вся ушла на умывание. Придется вновь прогуляться до колодца. Нехотя плеснув в лицо пару пригоршней воды из рукомойника, Кирилл вытерся полотенцем, надел рубашку, сунул босые ноги в кроссовки, подхватил бидон и вышел за дверь.

В саду было заметно прохладнее, чем во флигеле. И пахло здесь не разогретым деревом, а цветами и морем. Высокие вишни пытались скрыть собой солнце, но его лучи простреливали насквозь не слишком густые кроны. Еле слышно шумела листва, иногда с громким жужжанием пролетало какое-нибудь насекомое. Кирилл, размахивая бидоном, быстро шел по мощенной плитками дорожке. Он так увлекся разглядыванием окрестностей, что едва не налетел на шестилетнего мальчишку. Тот сидел на корточках у края дорожки и внимательно разглядывал что-то в цветах. Он был в темно-зеленых штанах-комбинезоне, такого же цвета рубашке с коротким рукавом и широкополой панаме. На ногах — сандалии, тоже зеленого цвета.

— Привет, разведчик! — Кирилл остановился.

Мальчишка неспешно поднял голову и забавно прищурился. Лицом он был похож на веселого рысенка.

— Привет! — сказал он так четко, как говорят дети, недавно научившиеся говорить букву «эр», но желающие показать, что это дело плевое.

— Что разведываешь?

— Да вот, — малыш кивнул на желто-оранжевый огонек одуванчика. — За ним наблюдаю.

Кирилл присел рядом. Он увидел, как в лохматой чашечке цветка копался лохматый шмель.

— Не боишься? — Кирилл глазами указал на шмеля. — Они ведь кусаются.

— Это если ему мешать, — со знанием дела ответил маленький разведчик. — А я только смотрю.

— И что интересного увидел?

Мальчишка пожал плечами:

— Я просто думаю: если пчелы собирают нектар, то потом они делают мед. А шмели делают мед?

— Нет, они, скорее всего, нектар просто съедают.

— А откуда ты знаешь? Может, они его просто хорошо прячут? Вот ты знаешь, где живут шмели?

Где живут шмели, Кирилл не знал.

Шмель, изрядно вымазавшись в желтой пыльце, сорвался с цветка и сердито загудел в сторону озера.

— Если за ним быстро побежать, мы бы узнали, где он живет, — сказал мальчишка и поднялся на ноги. Он смотрел снизу вверх, щуря большие серые глаза. Несколько маленьких веснушек проглядывали на переносице вздернутого носа.