Не бойся. Я рядом (СИ) - Абакус Наталья

Было немного дискомфортно оттого, что я ощущала себя… скажем так, несколько нечистой.

— Блин, — а еще мы уснули полностью голые. Если ночью меня это нисколечко не смущало, то теперь… казалось, что это несколько… пошловатым.

Натянув одеяло повыше к шее, я шумно вздохнула. А после почувствовала, как рядом со мной зашевелился Дима.

— М-м-м… — он также не обрадовался ярко светящему солнцу. — Доброе утро.

Дальнейшие его действия немного смутили меня.

Почувствовав его руку на своем теле, я поняла, что он притягивает меня к себе поближе.

Он устроился лицом прямо на моей обнажившейся груди, не позволяя тем самым мне ни прикрыться, ни пошевелиться.

— Замечательное пробуждение, — через некоторое время услышала я его бормотание.

Улыбнувшись, принялась гладить его по волосам.

Мне, несмотря на скованность, тоже пришлось по душе это утро.

Но тут… мы услышали кое-что нехорошее.

— Эти до сих пор дрыхнут?

— Ну кончено, трахались там полночи, а теперь… в час встать не могут!!!

Бабах!

Дверь на мансарду отлетела в сторону.

— Эй!!! — резко приподнявшись, Дима набросил на меня одеяло. — Пошли вон!

— Да конечно!!! — бросил в него мячом, который валялся на полу возле кольца, Антон. — Вставать пора!

— Давай-давай! А то я писать снова хочу! Ха-ха-ха! — для меня было шоком, что Ваня взял да и… сел на нашу кровать, еще и с моей стороны.

— М-м-м… — до ужаса покраснев, я стала осматривать одеяло, убеждая себя в том, что единственное, что из-под него видно, — это моя голова.

Вы что там — голые? Ха-ха-ха! — смекнул между тем Димин друг. — Как думаешь? Если мы стащим с них одеяло… — повернулся Иван к Антону.

— Не-е-ет! — мой крик был несколько истеричен. — Не надо этого делать!

— Ты охренел? — возмутился Романов. — Съебались отсюда оба!!!

— Опа! Смотри, что я нашел? — к моему ужасу…

— Та-а-ак! Сука! Ха-ха-ха! — рассмеялся Дима. — Отдай!

Но вместо этого его трусы, все это время валяющиеся на полу, заботливо подцепленные Антоном краем тапка, оказались приподняты вверх.

— Хоп!!! — в нем явно таились задатки футболиста.

— Эй!!! — я, к своему ужасу, выпустила из рук одеяло.

— Блять!!! — это был рык со стороны Романова.

Забрав свои трусы у меня с волос быстрее, чем до них добралась моя рука, он, к счастью, также успел подхватить одеяло и вновь укутать меня в него.

— Сука, я вас выебу сейчас…

— Ха-ха-ха! Давай-давай! Сначала только труселя натяни! Ха-ха-ха! — дождавшись, пока Франк наденет нижнее белье, оба его товарища ринулись в сторону лестницы.

— Придурки!!! — не выдержав, Дима бросил им в спину моего зайца. — Суки!!!

Хоть эта ситуация казалась мне дикой и до ужаса неприличной, что-то мне подсказывало… что в этом доме, среди этих людей, такое пробуждение является нормой.

— Ты как? — вернув зайца на место, спросил Романов.

— Я уже… смирилась, — протянула в ответ.

— Ха-ха-ха! Ладно… прости их. Я им голову потом откручу.

— Не надо! А то… потом вновь пострадает твоя машина.

Дима оценил мою шутку и, видимо, на всякий случай решил меня послушаться.

В конце концов, приведя себя в форму, помывшись, переодевшись в новую одежду, расчесав волосы, я спустилась к уже собравшимся на завтрак ребятам.

— Сегодня надо собрать главную елку, — скомандовала после трапезы Наталья.

— О-о-о… что за скукота? — застонал Романов. — А можно мы разделимся и…

— Да уж, тебе вообще-то, честно говоря, опасно доверять елочные игрушки. Иначе мы рискуем остаться без них.

В общем, так получилось, что некоторые из нас после завтрака взялись за украшения, кто-то выдумал себе другие важные дела, а мы: Дима, я, Ольга и Рома отправились гулять.

На улице стояла чудесная зимняя погода. Все так же светило яркое-яркое солнышко. Не было ветра, и стоял легкий минус, который совсем не ощущался, зато позволял белоснежному снежку не таять, а задорно хрустеть.

Весело переговариваясь, мы принялись бродить по улицам поселка.

Держась за Димину руку, я вновь испытывала это чувство. Чувство того, что я… счастливый человек. И мне так хотелось делиться своим счастьем, что я едва сдерживала себя. Просто периодически смотрела на о чем-то спорящего с друзьями Дмитрия и все крепче и крепче сжимала его ладонь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ты чего? — в конце концов, заметил он это, остановился и потянул меня на себя.

Повиснув на его шее, я ничего не ответила.

— Ой, ну все, — протянула Ольга. — Можно как-то сдерживаться, а? Все-таки мы уже довольно старая пара, и нам завидно!

Засмеявшись, я поинтересовалась:

— А что мешает вам обниматься?

Оля закатила глаза:

— Вот побудешь с ним год-два-три и узнаешь!

— Не факт, — возразил Дима.

— Факт! Все равно рано или поздно настолько привыкаешь друг к другу, что уже тереться всеми местами не особо хочется, — при этом она обняла своего молодого человека. — Но впрочем, иногда можно себе это позволить!

— Ха-ха-ха! — мы дружно все рассмеялись.

А потом продолжили свою прогулку. Через некоторое время мы забрели на детскую площадку, к глубокому удивлению, — пустую.

Смеясь над тем, как по ней начали бегать Дима и Рома, мы с Ольгой предпочитали сохранять спокойствие, лишь изредка призывая парней вести себя более аккуратно.

Со стороны выглядело это так, будто бы мы пришли сюда выгуливать своих детей.

— Ау! — а потом в меня прилетел первый снежок.

Франк попал мне в руку.

Завязалось сражение. Оно было быстрым и довольно кровожадным. В итоге мы с Олей оказались захвачены в плен.

— Ну, Дим! — взмолилась я, не желая мокнуть еще сильнее. — Перестань!

— Вот-вот! Пойдемте лучше домой! — согласилась со мной Ольга, вычищая свои длинные волосы от снега.

Продолжая спасаться от своего молодого человека, я спешила за Ольгой с Ромой, к этому времени уже пришедших к миру.

— Ай! — мне вновь досталось снежком, в этот раз прямо по голове. — Я тебе сейчас покажу!

Пытаясь отомстить Франку, мы чересчур сильно увлеклись сражением, потеряв из виду друзей.

— Давай пойдем к дому! — взмолилась я. — Кушать хочется!

— Ха-ха-ха! Какая ты прожорливая, — рассмеялся он. — О-о-о! Смотри! Что я вижу… сейчас утолю твой голод…

— М-м-м? — не поняла я его.

Франк подошел к небольшой будке, непонятно для чего стоящей возле дороги и…

— На! — протянул он мне… сосульку. — Ешь!

Сам же Дима принялся облизывать ту, что осталась у него в руке.

Зажимая между пальцев медленно таящее зимнее украшение, я смотрела на своего молодого человека.

— Ты чего? — прищурился Романов. — Сосульки не ела?

Кажется, это был не вопрос, а просто… как будто бы фраза, сказанная невзначай.

— Не-е-ет, — между тем протянула я.

— Чего? — и этим ввела его в шок. — Серьезно??? — приподнял он брови.

— Ну как-то… — замялась, — не приходилось…

— Ха-ха-ха! У тебя вообще детство было? — поинтересовался Дима, подхватывая мою руку, которой я держала сосульку. — Пробуй! Это же вкусно!

— Что-о-о? Ха-ха-ха! Это же просто… замерзшая грязная вода! — отмахнулась я.

— С ума сошла? — по-моему, он обиделся. — Какая на хрен… это вкусная тема! Давай! — подступил он ближе и выхватил из моей руки «сладость». — Соси давай!

Только после того как я ошарашено отпрянула от него, он понял, как его фраза звучала со стороны.

— Ха-ха-ха! Я имел в виду… Ха-ха-ха! Ната, иди сюда!

— Ага! — не поддалась ему. — Сам иди! Подальше от меня!

— Какая ты испорченная! О чем ты там подумала? Просто… — поймал он меня. — Попробуй! Я говорю тебе: это вкусно! — облизав уже мою сосульку, поскольку его упала на землю, он вновь предложил ее мне.

Догадавшись, что он все равно не отстанет, я… пристально наблюдая за ним, коснулась языком уже наполовину растаявшей сосульки.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ну? — улыбнулся Дима. — Как тебе?

Широко улыбнувшись, я прикусила нижнюю губу, ничего не ответив.