Рунный след - Инна Живетьева

— Так мы будем обоюдно молчать?

— Есть еще Маша. Чем ее шантажировать будешь?

— Ну, уж сразу и шантажировать! А Машка все равно тогда не соображала, а ты ей ничего не говорила. По ней же видно.

Лера перешагнула через вытянутую в проход ногу, но Антон схватил ее за руку:

— Нет уж, ты ответь! Мне сразу начинать жалеть тебя? А то я ждать не буду!

Девочка рванула руку так, что чуть не сдернула Антона с лавки:

— Я не буду ничего про тебя говорить. Все?

— Все!

В Омк приехали, когда солнце пекло особенно жарко, и короткие тени не спасали. Погода менялась резко — то холодало, то солнце палило так, что губы пересыхали через пять минут после глотка тепловатой воды из фляжки. Вот и сегодня лето наверстывало упущенное за сезон дождей.

На окраине их уже ждал сэт города Вадин. Аля украдкой зевала в ладошку, нетерпеливо ожидая, когда сэт закончит с речью. Хотелось под крышу, в тенечек, и холодного квасу.

Двинулись в город. Впереди Кир с ведуном и Аскаром, рядом сэт Вадин. Везли штандарты, ярко горели на солнце начищенные кольчуги, от обилия плащей — голубых Семиречья и серых Стального — рябило в глазах. Ехали медленно, чтобы успели поглазеть зеваки. Аля пялилась в ответ без особого интереса.

Наследнику отвели покои в гостевом доме сэта Омка. На первом этаже разместились ратники и ребята, на втором — знать. Суетились слуги: таскали ведра с водой, запотевшие кувшины, разбирали сундуки. Вечером княжича ждал прием у сэта Вадина. Утром — торжественное открытие торгов. Ребят не трогали, точнее, вообще не обращали на них внимания. И не поймай Тимс пробегавшего мимо управляющего, остались бы они и без умывания, и без холодного кваса.

В отведенной им комнате ставни с утра не открывали, и было прохладно. Тонкий луч, пробившийся в щель, перечеркнул массивный стол, высветил пятно на ковре. Мельчайшие пылинки плясали в нем, точно серебряные. Аля свернулась калачиком в кресле. Хорошо! Слуг тут достаточно, и не надо самой расседлывать и чистить кобылку. И Алешка доволен, что остановились не в трактире. Девочка видела, как ему неприятно все, что напоминало о навеянном ведуном кошмаре.

Вошел Талем, тоже налил себе квасу:

— Завтра открытие торгов. По-хорошему, в путь бы отправиться послезавтра с утра, но, если вам не терпится, то можно и завтра после полудня.

— Завтра, — решил Славка. Он решил не утруждать себя приличиями и растянулся прямо на ковре. — А сегодня нельзя?

— Нет, не стоит привлекать внимание таким поспешным отъездом, вы же считаетесь свитой княжича. Завтра. А пока по городу погуляйте, только осторожно — разный народ понаехал.

— Талем, мне срочно нужна свежая вестница! — княжич ворвался в комнату, потрясая запиской.

Славка сел, подтянув поближе меч. Ведун обернулся стремительно, так, что чуть не сшиб стоявший на столе кувшин:

— Что случилось?

— Этот купец, Демск, — идиот! — Рик оглянулся на ребят, но в полумраке выражение лиц было не разобрать. Нашел взглядом Влада, спросил сдержанно: — Мне нужно поговорить с Талемом, нам выйти? Но это и вас касается.

Влад равнодушно пожал плечами. Чем ближе к Росвелу, тем спокойнее и молчаливее он становился. Але иногда казалось, что лучше бы он ругался по-прежнему, чем смотрел вот так отстраненно.

— Новый управляющий повысил цену за ребят. Понял, что нужны именно они — и накручивает. А Демск, вместо того чтобы покупать, просит привезти бумаги и вместо выкупа доказать их подданство князю Отину. Я хочу отправить приказ — пусть покупает немедленно, за любую цену. Деньги вам завтра передадут, — сказал уже ребятам. — А то, пока доказывать буду, неизвестно, что еще может случиться.

— М-м-м, Кир, знаешь, я бы хотел поехать с ними.

— Зачем? — Славка и Рик спросили одновременно. Первый — с удивлением, второй — с некоторой обидой.

— А я тут один с этим сэтом общаться буду? — нахмурился Рик.

— Ну и пообщаешься, — улыбнулся Талем. — Все равно тебе от этого не отвертеться, ты — сэт. А как в Росвеле все повернется, неясно. Есть у меня подозрения, что они, — кивок в сторону ребят, — что-то задумали.

— Это вы про руны в саду, да? А как узнали? — удивился Славка.

— То, что про руны, — не знал. Я могу только догадываться. А что там с рунами?

Объяснили, даже показали книгу с закладкой. Ведун с явным интересом прочитал, покачал головой:

— Кир, сам понимаешь — лучше мне поехать.

Княжич кивнул.

Оружейные ряды оказались лабиринтами улочек, сплошь занятых лавками. Верхние этажи отводились под жилье, внизу торговали. На перекрестках попадались трактиры и «веселые дома» — как назвал их Ильм. Отличались они от питейных заведений тем, что на крылечках сидели девицы, где поодиночке, а где и парочками. Дальше от центра города улицы становились уже, добротные лавки сменились наспех собранными одноэтажными халупами, а потом и вовсе пошли небольшие палатки. Тут можно было купить все: любое оружие; разнообразные доспехи — от тяжелых, искусно сплетенных из железных колец кольчуг до легких кожаных, с нашитыми металлическими бляшками; лошадей и конскую упряжь; телеги и кареты; дорожные плащи и сапоги из кожи змеи рухх; сумки, прочные веревки, котелки. Алешка подозревал, что тут же можно нанять убийцу или сторговать яд.

Где-то в центре города, возле солидных лавок, остались княжич со свитой, сэт Вадин и прочая знать. Пока там благословляли торговлю и договаривались о сотрудничестве, на окраине жизнь кипела вовсю. Алешка только головой крутил, чтобы успеть посмотреть все, не потерять друзей и следить за мешочком на поясе — воришек вертелось предостаточно. Шум стоял такой, что друг друга не услышишь, если только не идти рядом. Нахваливали товар, сбивали цену, спорили, перекликались, хвастались, предлагали яблоки, пирожки, пиво, сладкие шары, квас, посмотреть на искусного метателя ножей и сделать ставку в поединке. Ильм и Атен уверенно пробирались вперед, Тимс и Филат держались позади, приглядывая за непривыкшими к такому зрелищу ребятами. Вчерашняя жара грозила повториться, солнце припекало уже с утра, и над торжищем стоял крепкий запах пота, лошадей, нагревшегося от жары пива.

Ильм привстал на цыпочки, что-то высматривая. Потом оглянулся на спутников, замахал рукой в сторону небольшой хибарки, переднюю стену которой заменяла огромная витрина, защищенная от воровства амулетом. Над узкой дверью был приколочен щит с нарисованным дракончиком, держащим в лапах нож.

— Это лавка купца Фарха, у него есть такое! — Атен зацокал языком, торопясь следом за товарищем.

Алешка нырнул в помещение с удовольствием, голова уже шла кругом. Внутри было попрохладнее, потише — амулет заодно гасил и звуки. Высокий худощавый торговец в пестром кафтане, похожий на гладко выбритого старика Хоттабыча, приветливо оглянулся на вошедших. Единственный посетитель стоял посреди лавки и крутил в руках небольшой нож, настолько изящный, что он казался столовым прибором. Мужчина пробовал остроту лезвия пальцем, осторожно, едва касаясь ногтем; поворачивал клинок к свету. Потом взмахнул рукой — и нож исчез. Пошевелил пальцами — снова блеснул в ладони. И пошло: легкое движение кисти — ножа нет, опустил руку — появился. Хозяин довольно жмурился, глядя на упражнения покупателя.