"Фантастика - 2024". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) (ЛП) - Атаманов Михаил Александрович

Квинн шагнула внутрь, разглядывая тенистые формы книжных шкафов, большой деревянный стол, большой копировальный аппарат в углу.

— Юнипер? Хлоя? Это я. Выходите.

Прижав Майло к себе, она обследовала более глубокие тени в углах, по бокам ксерокса, за столом. Вытянув руку, она зашагала вперед, нащупывая путь.

В результате она размазала по столу что-то скользкое и мокрое. Она коснулась мягкого, хлюпающего предмета, который вроде бы должен быть тёплым, но уже остыл, став восковым.

Тело.

Квинн отпрянула, отступив назад так резко, что столкнулась с Майло.

Он споткнулся и ударился головой о копировальный аппарат. Стук эхом отозвался в неестественной тишине.

Нахлынувший адреналин заставил Квинн пригнуться и потянуть Майло за собой. Она приложила палец к губам и замерла.

Теперь их могут обнаружить. Один из нападавших наверняка мог услышать. Они ворвутся с оружием и безумными, полными ненависти глазами за лыжными масками и сделают с ней и Майло то же, что сотворили в церкви.

Они ждали, слыша только стук собственного сердца и неровное дыхание.

Ничего.

Никто не пришел за ними. Никто не выстрелил.

Пока нет.

Она поднялась на ноги, дрожа всем телом, и потянула Майло за собой. Оставив тело на столе, они вернулись в коридор и стали искать следующую дверь.

«Беги, кричал ей мозг. Просто беги».

Но есть сестры Бишоп. Потерянные, напуганные и прячущиеся. Она сама когда-то была такой. Она тоже боялась. Не точь-в-точь. Но очень похоже.

Трусилась и боялась в чулане, зажав уши маленькими ручками, чтобы заглушить крики. Она так боялась выйти, что описалась в семь лет. Или в других случаях, просыпаясь в мертвой тишине трейлера, она с абсолютной уверенностью знала, что осталась одна, что мать бросила ее, чтобы веселиться где-то далеко.

Квинн не станет Октавией. Она не бросит их.

Соседняя дверь вела в кабинет пастора. Он тоже пустовал.

Следующая комната служила чем-то вроде кладовки. Десять на десять. Полки с большими пластиковыми контейнерами. Темные куски и формы, которые она не узнала. Квинн нащупала вешалки с одеждой на плечиках.

Сначала ее мозг не мог понять, что это, но потом она сообразила. Сетка, натянутая на проволоку в форме крыльев. Халаты и длинные хлопковые платья. Накрученные на круглую проволоку губки для чистки труб. Детские костюмы. Ангелы и библейские персонажи для рождественских и пасхальных программ.

Она протиснулась сквозь одежду, ожидая, что коснется стены. Вместо этого она нащупала что-то теплое и мягкое.

Оно с криком отпрянуло от нее.

— Тсс! Это я. Это Квинн, — яростно прошептала она. — Ш-ш-ш.

Девочка затихла. Квинн выпустила руку Майло и помогла выбраться из-за стойки с одеждой. Хлоя Бишоп бросилась к ней и зарылась лицом, залитым слезами, в живот Квинн. Ее маленькое тело сильно дрожало.

В соседней вешалке зашуршала ткань, и Юнипер вылезла наружу. Ее трясло, но глаза оставались сухими.

— Мы услышали громкие хлопки и страшные звуки и спрятались.

— Отличная мысль, — прошептала Квинн.

Майло обнял Юнипер.

— С нами ты в безопасности.

— Что происходит? — Голос Юнипер дрожал, как будто она едва держалась, отчаянно пытаясь быть храброй старшей сестрой.

— Плохие парни стреляют в людей, — ответил Майло.

В поисках подтверждения Юнипер и Хлоя посмотрели на Квинн.

Большинство взрослых лгали детям. Они думали, что те не выдержат или что они защищают их, скрывая правду. Квинн ненавидела, когда ей лгали и опекали. Она бы не стала так поступать с сестрами.

Она едва могла различить их фигуры, не говоря уже о том, чтобы прочитать их лица или выражения.

— Пришли плохие парни. Они причиняют людям боль. Убивают их.

— А мама и папа? — спросила Юнипер.

— Они взрослые. Не время беспокоиться о них. Мы должны беспокоиться о себе.

— Что это за запах? — наморщила нос Хлоя.

Квинн почти забыла о том, что она измазала кровью Майло и себя.

— Кровь, — правдиво ответила она. — Мы в порядке, но другие люди — нет.

— Мы убегаем от плохих парней, — прошептал Майло. — Квинн говорит, что нам нужно убираться отсюда.

— Не бросай нас, — проговорила Юнипер со страхом в голосе. — Я так боюсь.

— Не стану, — пообещала Квинн, и она говорила серьезно. — Мы должны вести себя как можно тише, чтобы суметь выбраться отсюда и добраться до безопасного места, хорошо?

Сестры кивнули.

Рядом с ней застыл Майло. Он сжал ее руку.

Квинн посмотрела на него. Он молча указал на что-то за ее спиной.

Квинн вздрогнула, ее сердце забилось сильнее.

Луч фонарика пробежал по стене напротив комнаты для хранения костюмов. Кто-то приближался.

Глава 46

Квинн

День седьмой

Квинн прижалась к стене в узком пространстве за открытой дверью, втянув живот, повернув голову набок, чтобы стать как можно меньше. Она схватила рогатку, прижатую к боку, заряженную пулькой.

Юнипер и Хлоя снова спрятались за стеллажами с одеждой. Майло присел за штабелем из трех пластиковых корзин в дальнем углу. Мысленно Квинн настоятельно советовала детям: «Сидите тихо. Оставайтесь невидимыми».

Свет вспыхнул ярче. Шаги стали громче. Две пары шагов? Или только одна?

Когда сердце гулко стучит в ушах, трудно определить. Она заставила себя не дышать. Рукоятка рогатки прилипла к ладони, кровь успела засохнуть на коже. Чужая кровь. Кровь мертвецов.

Фигура остановилась в открытом дверном проеме. Луч фонарика осветил комнату.

— Эй, маленькие отродья. Давайте, выходите. Где бы вы ни прятались.

Квинн напряглась, запаниковав. Она узнала этот скучающий, сиплый голос.

Билли Картер вошел в комнату. Она скорее почувствовала, чем увидела его, оценивая движения по тому, как менялся и становился все ярче свет фонарика. Он стоял где-то слева от нее. Дверь закрывала обзор, кроме узкого клина прямо перед ней.

Одежда на вешалках. Несколько вешалок все еще шевелились. Слегка подрагивая.

От ужаса по жилам побежали мурашки. Квинн крепче сжала рогатку.

Может быть, он не заметит. Может, он просто выйдет и…

Билли направил фонарик на вешалку с костюмами.

— Вот вы где.

Прежде чем она успела что-либо предпринять, он бросился вперед, оказавшись в поле ее зрения, запустил одну руку в костюмы и выдернул Хлою.

Бросил ее, взвизгнувшую и запищавшую, и метнулся к Юнипер.

В мгновение ока обе девочки были вытащены из своих укрытий. Они скорчились на полу, плача и сопя, хныча от ужаса, обхватив друг друга маленькими ручками.

Билли опустил свою полуавтоматическую винтовку на перевязь, чтобы схватить девочек, но теперь она снова находилась у него в руках — готовая стрелять, творить ужасные вещи.

Квинн не помнила, как он положил фонарик, но он лежал на ковре рядом со сложенными пластиковыми контейнерами в углу, а комната озарилась жуткой смесью резкого света и глубоких теней.

Легкие Квинн сжались. Она должна что-то сделать. Что такое рогатка против винтовки? Ничего. Но она точно не собиралась стоять в стороне и смотреть, как он причиняет боль маленьким детям.

Ей нужно несколько секунд, чтобы успокоить бешено бьющееся сердце, подумать.

«Не высовывайся, — мысленно прошептала она Майло. — Не высовывайся, Мелкий. Несмотря ни на что».

Он не послушал.

Майло выскочил из-за пластиковых контейнеров, его руки сжались в маленькие кулачки, а храброе маленькое личико побелело.

— Не трогай их! Я не позволю тебе их обидеть!

Квинн не готова действовать. У нее еще не было плана. Но сейчас это не имело значения. Она должна их защитить.

Казалось, что все происходит в замедленной съемке.

Билли повернулся к Майло.

Квинн оттолкнулась локтем от двери и подняла рогатку, стальной шар диаметром три восьмых дюйма, заправленный в резиновую перевязь, был наготове. Она оттянула ее назад, прицелилась в затылок Билли Картера и выстрелила.