Эротические рассказы - Подростки - Stulchik

Теперь она переключилась на меня. После нескольких нежных, едва касающихся волосиков на яичках и члене она взяла член двумя пальцами и потянув шкурку, оголила залупу. Потом она смочила свои пальцы у себя во влагалище и опять оголив головку, начала натирать её скользкой рукой. Волны чувств переливались по телу, но кончать в её руку я не хотел и опрокинув её на спину неуклюже лёг между её ног. Ткнувшись куда-то, я даже не сразу сообразил, что уже проник в заветную пещерку. Только тепло и мягкое касание члена со всех сторон дало мне понять, что я «ТАМ». Я вжимался в мило мне тело и опять вытаскивал член почти до конца. Руками я мял Олины груди и скоро она опять застонала и закинув мне ноги на спину начала ими вжимать меня в себя. Я почти прекратил движения и ощущал членом конвульсии её влагалища. Она кончала долго всё сильнее вжимаясь в меня, когда она немного успокоилась, я начал снова сильные движения членом — на всю длину. При каждом толчке она постанывала. Раз, ещё раз и ещё… у меня внизу что-то набухает и вдруг засунув член опять на всю глубину я почувствовал, как он внутри её дернулся и выстрелил внутрь моей красавицы поток семени. Я обессиленный свалился на бок…

Под утро я почувствовал что кто-то толкает меня в бок: «Ложись на своё место, чтоб никто не заметил». Я перелез на своё место и опять крепко уснул. Второй день свадьбы прошёл без происшествий. И хотя я ещё один танец танцевал с Олей, но это было в середине дня, все ещё были трезвые, а вечером я уехал домой.

Первый урок — 2

Категория: Подростки

Автор: Эш Трэй

Название: Первый урок — 2

Утро следующего дня никак не хотело наступать.

Пашка не спал всю ночь и теперь лежал на кровати, не открывая глаза. Произошедшее накануне с трудом укладывались в его юношеской голове.

Когда вчера его и Маринкины родители зашли в комнату, он настолько ошалел, что, кроме… «… мама?», ничего вымолвить не смог. Но, было похоже, что все они ожидали увидеть нечто подобное. Маринка при виде взрослых нисколько не смутилась, она медленно сползла с обмякшего Пашкиного члена и легла с ним рядом, обняв за шею. А Пашка попытался натянуть на себя простыню, что удалось ему не сразу. Было чудовищно стыдно, однако, сил сопротивляться, почти не осталось. Он так и лежал на спине, а рядом, прижавшись к нему, лежала Маринка.

Тетя Алла среагировала быстро. Она вытолкала улыбающихся мужчин и подругу из комнаты, подошла к Маринке, поцеловала ее, потрепала Пашку по голове и вышла, не забыв выключить свет.

Маринка быстро уснула, а Пашка всю ночь боялся пошевелиться и разбудить ее.

И вот теперь он лежал и думал, что будет дальше?

В дверь тихо постучали, и в дверном проеме показалась тетя Алла.

— Дети, пора просыпаться, — пропела она, будто ничего не произошло.

Маринка потянулась и открыла глаза. Пашка сделал вид, что спит. Он не знал, как себя вести, поэтому решил выждать. Будь, что будет. В конце концов, он не виноват в том, что все так получилось.

— Ну же, сони, вставайте, у нас сегодня банный день, а еще позавтракать надо. Ну же! — Маринкина мама подошла кровати и потянула за край простыни.

Пашка инстинктивно ухватился за простыню, чем сразу выдал себя. Тетя Алла засмеялась…

— Даю Вам две минуты на сборы и бегом в гостиную, завтрак стынет.

Она отпустила простыню, подошла к шкафу и, взяв стопку белья, скрылась за дверью.

Маринка перевернулась на живот и посмотрела на Пашку. Она заметила, как его веки предательски дернулись.

— Не придуряйся. Я знаю, что ты не спишь.

Пашка открыл глаза. Маринка потянулась к нему губами, но Пашка отвернулся. Девочка сделала обидчивое лицо.

— Ты что? Я тебе не нравлюсь?

— Мне надо зубы почистить, — ответил Пашка в сторону.

— Дурачок, — сказала Маринка, с силой повернула его лицо к себе и впилась в его рот губами.

Пашка попытался вырваться. Тогда Маринка, резко отпустив его, нырнула под простыню и схватила губами его член. Пашка закрыл глаза.

Маринка сосала не больше полу минуты. Она вдруг соскочила с кровати, и Пашка остался без простыни. Он инстинктивно прикрыл себя руками.

— Ой, какой ты дурачок, — засмеялась Маринка, — Всё, пошли. Одевайся.

Пашка поискал глазами трусы. Маринка, поняв его, выудила их из-под кровати и, улыбаясь, попыталась их на него надеть.

— Я сам. Не надо, — заупрямился Пашка.

— Как хочешь.

Они быстро оделись и выскочили в коридор. Пашка вдруг остановился, но Марина взяла его за руку и повлекла за собой в гостиную, откуда слышался женский смех.

Пашка ожидал увидеть всех, но за столом сидели только его мама и тетя Алла. Это его почти успокоило, но он все равно покраснел от смущения.

Маринка усадила его на стул и села рядом.

— Дети, ешьте, не стесняйтесь, — скомандовала тетя Алла, — А мы пойдем с тетей Галей, приготовим все в бане. Наши приедут только вечером, и у нас будет уйма времени.

Женщины встали и пошли к выходу. Пашка сразу почувствовал себя легче. Он вдруг понял, что ужасно голоден и начал завтракать. Маринка тоже не отставала. Они, дурачась, наперегонки съели все, что было на столе. Маринка поднялась, достала из вазы на серванте банан и протянула его Пашке.

— Десерт, — произнесла она лукаво.

Пашка очистил банан и хотел, было, его откусить, но Маринка подошла к нему ближе и прижалась грудью к лицу. Пашка замер. Тогда Маринка повернулась к нему и медленно подняла платье. Трусов на ней не было. Она взяла из застывшей Пашкиной руки очищенный банан, левой рукой, так, чтобы он видел, развела половые губы и медленно погрузила банан во влагалище. Пашка опешил и не знал, что ему делать. Маринка поводила бананом внутри влагалища и вдруг вытащила его.

— Теперь можешь есть, — сказала она торжественно и протянула банан Пашке.

Но Пашка отвел ее руку в сторону. Подчиняясь какому-то непонятному ему чувству, он спустился со стула на пол и придвинул лицо к ее промежности. Маринка, словно поняв его, выгнулась так, чтобы ему было удобно дотянуться до ее девичьих прелестей, и подняла ногу, закинув ему ее на плечо. Пашка привлек ее к себе, упершись лицом в ее упругий лобок. Его сердце сильно забилось. Маринка положила банан на стол, взяла Пашкину голову руками и мягко опустила ее ниже. Пашка закрыл глаза и почувствовал банановый запах. Его губы вдруг уперлись во что-то выпирающее, мягкое и мокрое. Маринка неожиданно так сильно вдавила в себя его голову, что он чуть не задохнулся. Он оттолкнул ее и закашлял. Маринка засмеялась.

— Эх ты, горе мое, вытрись, — она протянула ему полотенце.