Фантастика 2025-47 - Дмитрий Ясный

в пахнущие плесенью лужи, заставляя отвлекаться выбирая место для следующего шага. Едва они вошли в туман как, лицевой щиток прояснился, и стало видно почти так же как днем. Внезапно Звездочет остановился и поднял руку. Лист осторожно перенёс ногу назад, и на дисплее высветилась едва заметная фосфоресцирующая аномалия.

- «Поганка»? – едва слышно спросил Лист, слушая подсказку голема.

- Она самая – тихо ответил Звездочет – Где «поганка» и нет света, зомби часто ждут рассвета. Стишок такой знаешь? Не знаешь? Так запомни. Дальше тихонечко, на полусогнутых, авось и минуем.

Лист бесшумно поравнялся со Звездочетом и поднял наизготовку автомат. Странный, кстати, автомат. Внешне до ностальгической боли похож на старый добрый АК-74, но форма более обтекающая, эргономично вылизанная, да и весит на порядок меньше. Судя по показаниям, они миновали уже половину туннеля, и тут услышали странное шуршание. Скосив глаза, они увидели копошащуюся у стены скрючившуюся сутулую фигуру. Бомжеподобного вида зомби поднял голову и скучающим грустным взглядом уставился на замерших в виде статуи рабочего и колхозницу с автоматами наперевес. Удовлетворившись осмотром, с горестным вздохом неожиданно отодвинул в сторону щит из досок перегородивший дорогу, после чего продолжил изучать желтый обрывок газеты с давно смытыми буквами. И тут в  голове Листа словно перемкнуло, будто что-то сдвинулось и все стало восприниматься, и видится словно со стороны.

«Читай-читай, наш пожилой вахтер, учение свет, а вот вставать не след. Раз-два-три-четыре, шажок, разворот, минуем старое бетонное кольцо, раз-два-три-четыре, осторожно полусгнивший ящик. Раз-два… ведомый замер, что там? А там сидит собака, собака-барабака, сидит, сволочь, на капоте вросшего колесами в землю ЗИЛа, втягивает воздух и нагло пускает слюни. Ну что ты тут нюхаешь, что ты нюхаешь, нет тут никого, нету, разве не видно? Не видно, она же слепая…»

- Лист, я как-то запамятовал, ты со скольких патронов нетопыря упокоил? – едва слышно прошептал ведущий.

Зомби заворчал, осуждающе посмотрел в их сторону и раздраженно перевернул страницу.

Лист оттопырил в сторону три пальца, Звездочет едва заметно кивнул, потом в отрицательном жесте поводил кончиком ствола развернутым в противоположном от слепыша направлении, показав один палец.

«Ага, понятно, пенсионерам у нас почет и особое внимание, ну а зеленым сталкерам котята да щенки».

 Лист осторожно поднял ствол, скосив глаза, но зомби мирно дочитывал последние известия десятилетней давности.

«Так, совместить планку и прицельную прорезь. Удобная планка, скажем прямо, гениально продуманная планка наследного внучка старого доброго калашникова. Вдох-выдох, вдох-выдох… шуршание. Какое еще шуршание? Хреновое шуршание, определенно хреновое, жадно мычащее и запинающееся в ногах шуршание участников слета отставных вахтеров по несколько штук в ряд. Нам не жалко, подтягивайтесь, товарищи вахтеры, тащите больше водки, а вот за закуской вам определенно придется побегать …темные туннели, пес слепой паскуда, вас вахтеров много, кто вы и откуда…» идиотски узнаваемый мотив, кто-то из классиков? Вдох-выдох, вдох-выдох, …и скажите вахтеры, почему я так сдвинут…»

Сухо щелкнул выстрел, и сбитый с толку слепой пес-псионик, раскачивающий восприятие, уходя и расплываясь в прицеле, не успев дослушать в мыслях Листа второй куплет странной песенки про вахтеров, пропустил пулю между светлых подпалин, ранее бывших глазами, и свалился с капота в исполинские заросли полыни.

Зомби негодующе отшвырнул газету и начал закрывать проход как раз перед участниками слета.

«Ах ты бдительный наш, да мы ж тебе медаль ударника труда и обороны!»

 В проходе образовалась куча мала из запнувшихся зомбей, и «рабочий и колхозница» рывком сорвались с места. Взбежав по капоту они выпрыгнули на кузов, едва не угодив в проржавевшую дыру и распластались на дне. Через несколько минут раздался отборный сиплый мат и шелест полыни, зомби видимо готовили полянку для съезда. Только бы костер не развели под этой самой сковородкой по старой памяти. И тут над самым ухом раздалось довольное:

 - Закусь, епть...

В Звездочете все обмерло, но шелест сменился треском, начав отдаляться в сторону тоннеля. Через минуту они рискнули осторожно приподнять головы над краем ржавого борта и увидели, как один из вахтеров тащит тушу слепого пса, бесцеремонно взявшись за голый, покрытый безобразными бородавочными наростами, хвост.

«Тьфу ты, а мы уж подумали, что это нас на закусь, но да ладно, мы не против кандидатуры слепыша, очень даже за». Миллиметр по миллиметру, ежесекундно рискуя провалится сквозь проржавевший дотла в аномальных условиях кузов, они сползли на землю и на цыпочках стали отходить от тоннеля к ферме «Туш Периметровая».

На ферме все было по-прежнему, разве что добавился новый кубик у стены. Видимо раздумывая над вчерашним солдатским приглашением сходить на танцы, растроганная туша зазевалась и попала под «пресс». Звездочет осторожно миновал аномалию, и тут над его головой пронеслась скупая очередь, он кубарем перекатился за угол, вскинул винторез, и с прогнившей балки на него тяжело рухнул еще дергающийся и скребущий когтистыми лапами нетопырь. Отставной сбросил с себя плюющуюся кислотой мышь переростка, рывком откатился к стене и облегчил ее агонию.

- А ты ничего. Не зря тебе полковник такой ствол подарил - пса с одного выстрела, нетопыря влет. Снайпер.

Лист осторожно тронул нетопыря и неловко улыбнулся:

 - Да какой я снайпер, скажешь такое, оно как-то само выходит, без моего желания. В тоннеле так вообще что-то нашло, будто наблюдал со стороны, а тело само все делало. Песенка, какая то в голове, вертелась про вахтеров.

- Про доминусов? – напрягся переводящий дыхание Звездочет.

- Нет, про вахтеров. Откуда она взялась, может когда-то слышал, а сейчас вот всплыло.

- Хорошо бы. Глядишь, так и вернется память, и вспомнишь и про Севастополь и про все остальное. Кстати о птичках, то бишь о «вахтерах» - надо бы прибраться за собой. Зомби существо медлительное, но весьма упрямое и живучее, и если эти, гражданские зомби, на расстоянии не опасны, то бывшему сталкеру или военному на глаза попадаться не советую. Они еще долгое время сохраняют рефлексы,  речь, умение стрелять и могут очень даже наделать дырок.

- А они разные бывают? – спросил Лист, вскарабкиваясь вслед за Звездочетом на крышу фермы, занимая позицию.

- Разные. Кем ты был при жизни, тем ты будешь и после смерти. Все зависит от того, при каких условиях они стали жить второй, мертвой жизнью. В основном они мумифицируются, но даже в этом вечном тумане отлично сохраняются и могут бродить годами. Бывает Лист даже так, что те, кто не успел во время прорыва схорониться, не