Дьявольский Quest - Рожков Андреевич

– Он ведь твой друг, а ты его предаешь как последняя… – она не договорила, а только показала язык.

Кто я итак понятно, сам осознаю и признаю это, но ничего уже поделать нельзя. Деревья вырастали впереди, увеличивая единственный проход для нас. Кольцо некромантов постепенно сжималось вокруг двух магов. Жаль, конечно, но…

– Кстати, – остановился я, не доезжая до выхода нескольких метров, – а как их убьют, если не секрет?

– Они будут преданы в дар нашему Богу, а их кровь и плоть послужит для новых заклинаний.

– А, понятно, – протянул я. – Вы знаете, я тут подумал, – Вулкан развернулся и стал неспешно приближаться к группе черных колдунов. – Как это все не правильно. Нас вы отпустили, их собираетесь использоваться для своих опытов. Да и много вас тут…

Воздух прорезала стальная молния и, пролетев, чиркнула меня по уху. Остановить ее полет смогло только плечо Первого. Он охнул, схватился за него и стал заваливаться. Сразу несколько некромантов бросились ему на помощь.

– Уровняем шансы! – Аргон вырвался на свободу с диким криком боевого меча. А может это я кричал, чтобы нагнать страху на колдунов, а на себя уверенность. Первый раз совершаю такие безумные поступки, и колени чуть подрагивают, в отличие от сердца, что заходиться, словно оно обкурилось на танцполе.

Возрадуйся ''Справедливый'' ибо несешь наказание неверным и освобождение праведным. Даже я не мог уследить за мечом, а я его все-таки держу. Он был повсюду, словно не рука водила им, а он подчинялся моему сознанию, что было быстрее, не ограничиваясь силой мышц и сухожилий. Вокруг летали крики, несколько раз тело обжигало болью, в глаза упорно лезла красная пелена, но я только сильнее сжимал рукоять меча и бил пятками по бокам коня, подстегивая его.

– Теперь-то ты спорить не будешь? – радостно потирал руки Дьявол.

– Не буду, – горько ответил Бог. – Все честно. Он сам принял такое решение.

– Отныне он принадлежит мне, – улыбнулся темный. – А если дальше будет, даст бог, – с иронией произнес он и улыбнулся, – то и вторая пешка полностью перейдет на мою сторону. Готовься проиграть… Боженька.

Свет молчал. Долго, горько, насуплено и непонимающе.

– 29 -

– Вик… Вик… Вик Тор, ты меня слышишь!? – прорывалось сквозь сознание.

– Да слышу я, слышу. Чего в ухо орешь, итак глухой? – поморщился я и открыл глаза.

Над головой раскидал свои ветви дуб, скрывая от палящего солнца. На его ветвях сидела та самая белка, что так беззастенчиво грызла орех у меня на груди. Повернув голову, увидел, что рядом лежит Беовульф, а надо мной склонилась Свея. Вроде все как обычно и даже можно предположить, что все прошедшее не более чем сон, но тогда, почему так ноет тело, а рука до сих пор сжимает окровавленный меч?

– С тобой все в порядке? – обеспокоенно спросила девушка.

– Тебе правду сказать или лучше не беспокоить твои хрупкие нервы? – ухмыльнулся я.

– Дурак, – улыбнулась она. – Конечно, правду.

– Сама такая, – я показал ей язык. – Это в отместку. Чувствую я себя… помоги подняться, – она поддержала меня, пока я пытался сесть. – Хуже не придумаешь.

– Что? Где болит? – она бросилась осматривать меня.

– Тихо, тихо, не елозь руками, не блох ловишь. Все болит, особенно сердце. Прямо кровью обливается, когда вижу, что такая красивая девушка, возиться со мной, словно я смертельно ранен.

Она залилась таким румянцем, что на нем можно спокойно блины жарить. Я тем временем усмотрел то небольшое озеро, где так беззастенчиво плавал, пока не прервали утренний променад.

– Извини, я отойду.

Правда, это сильно сказано ''отойду'', скорее отползу. Так что на четвереньках, особо не напрягаясь, отложив меч в сторону, потопал к светлой глади воды. Свея не останавливала, потому что так и сидела с открытыми настежь глазами и румянцев во все лицо.

За пару метров до озерца повеяло прохладой, и тело с благодарностью отозвалось, заставляя ползти быстрее. Теплые и мокрые руки приняли, и я как был, так и плюхнулся в одежде в эту благодать, только успев повернуться, что бы ни мордой в песок уткнуться. Сюда бы еще волны, чтобы накатывали и откатывали, как бы поглаживая, а я бы лежал и созерцал это голубое небо, этих резвящихся птах, чувствовал бы как рыбы проявляют свое любопытство к моим ушам и отмокал, словно грязный носок, который месяц не снимали.

''О, уже приголубились, осталось только обняться, и получилась бы семейная пара на отдыхе… И о чем они интересно шепчутся? Послушать бы, да уши вынимать из воды не хочется… Все, я сегодня ленюсь, а завтра… Кстати, а какой сегодня день? И вообще я долго валялся, пока не разбудили?… Ох судьбинушка моя, придется подниматься… Извините, рыбки, но мне пора идти''.

Не хотелось подниматься из теплых объятий воды, но нужно срочно уточнить, сколько я времени потерял. Свея и Беовульф сидели рядом и о чем-то страстно шептались, изредка поглядывая на меня. Ну я же говорю, что осталось обняться и новая ячейка общества готова.

Вода стекала такими потоками, что можно было бы организовать второе озеро, чуть меньше первого. Я прошлепал мокрыми ногами, хлюпая ими в сапогах и плюхнулся рядом с попутчиками, отдав их брызгами.

– Эй, осторожней, – возмутилась Свея, отряхивая с руки капли воды.

– Не бойся, подружка дней моих суровых, купаться невредно, – и я с силой отряхнулся, даже помотал головой, как пес.

Она завизжала, словно это не вода, а серная кислота и, вскочив, пересела с другого боку Беовульфа. Парень спокойно воспринял душ, лишь только поморщившись.

– А где Бо Джан? – огляделся я кругом, но так и не нашел его.

– Он ушел пару часов назад, – вздохнул колдун. Было видно, что ему жаль, что такой человек оставил нас.

Я взглянул вверх, где средь ветвей дуба, было видно, как высоко стояло солнце.

– Сколько я был без сознания?

– Несколько часов, – теперь тяжело вздохнула Свея.

Одежда высыхала, даже видно как пар идет, настроение поднималось, а тело чувствовало себя превосходно.

– С этими… что случилось? – осторожно спросил я, стараясь смотреть не на спутников, а на небо, не ветви, на все туже белочку.

Повисло тягостное молчание. Зря спросил, ведь догадываюсь, что именно. Ведь не с ремнем я там ходил, а с острой штукой, что может очень быстро сделать из одного, несколько кусочков.

– Они… Они все мертвы, – наконец вымолвил Беовульф. – Ты их всех… нам даже ничего делать не пришлось.

– Да, в тебя словно Ящер вселился. Ты таким не был, даже когда кедаром становился, – поддержала его Свея. – Я тогда поняла по твоим глазам, что ты их не бросишь, а вся эта трусость ненастоящая.