Жена неверного маршала, или Пиццерия попаданки - Юлия Удалова

– Я не так силен в дипломатии, как в военном деле, ферай.

– Это видно, – усмехнулась Манон и с горячностью продолжила. – Авл сказал, что даки совсем не такие, как мы. Им странны все эти условности, балы, церемонии, расшаркивания. Его Величество хочет оказать им теплый прием в их стиле. Поэтому мы и сделаем праздник пиццы! Веселый и свойский праздник для всех! Я все узнала, у даков ананас – национальный фрукт. Или плод. Или что это такое, ты знаешь вообще?

– Без понятия.

– Ну и наплевать. Главное, что я испеку пиццу с ананасами! Они будут счастливы и поймут, что мы к ним дружественно настроены и не воспринимаем их ниже себя. Ну, как какой-то отсталый народ, ты понял?

– Она будет сладкой?

– Не фига подобного!

Манон радостно засмеялась и закружилась по залу. Я поймал себя на мысли, что с трудом сдерживаюсь, чтоб не подойти к ней и не впиться в ее маленькие и нежные коралловые губы.

А потом спросить, что значит это дикое «не фига».

– Праздником для всех он не будет. Это мероприятие государственного уровня и я должен обеспечить охрану.

– Обеспечивай. Но не лезь в мою кухню.

Манон погладила порядочно подросшего щенка и углубилась в свои записи. Эта исключительная женщина написала, не побоюсь этого слова, план!

План предстоящего торжества. Практически план военной кампании.

– И в мыслях не было, – я попытался подозвать Агента Провокатора, но щенок ластился к Манон и не обращал на меня никакого внимания. – У меня только один небольшой вопрос. Где ты собираешься взять ананасы? В нашей широте они не растут.

– Я уже узнала. На юге есть ферма, где их выращивают. Удивительно, но тут у вас выращивают практически все, кроме черешни. Про нее никто не слышал. Жалко, ведь я ее обожаю.

Я тоже впервые слышал это странное название.

– Что такое черешня?

– Ягоды такие с косточками. Вкусные, – Манон даже зажмурилась.

Я было хотел развить тему черешни и этого странного «тут у вас», но тут до меня дошло.

– Погоди! Ты собираешься ехать на юг сама? За ананасами? У тебя температуры нет?

– А что такого? За день-два обернусь.

– Отправь кого-нибудь.

– Нет уж, вдруг мне какую гадость подсунут, а я потом перед дакской делегацией и перед императором красней?

– В южных землях провалы. Я не хочу, чтобы ты…

– Ой, да ладно. По прогнозу сейчас самое благоприятное время.

По непреклонному виду моей жены было ясно, что спорить с ней бесполезно – собралась она за ананасами, так сейчас хоть земля разверзнись и всетемный появись и устрой конец света.

Манон все равно поедет за ананасами. И это было восхитительно.

– Хочешь сказать, ты еще и на этом вашем драндулете собиралась ехать?

– Ничего наш фаэтон не драндулет! Ну, последнее время глохнет – ничего такого.

– Я сам тебя отвезу.

Она возмутилась и стала спорить. Но я чувствовал, что Манон делает это для вида.

Ей было страшно и она хотела, чтоб я сопровождал и оберегал ее.

И я сам совершенно ничего не имел против.

На безопасном участке дороге я дал повести фаэтон жене. Было немного дико видеть за рулем девушку. Дико и в тоже время меня брала гордость – ведь этой необычной девушкой была моя жена.

– Как ты смогла в такой короткий срок так здорово научиться водить?

– Талантливый человек талантлив во всем, – засмеялась Манон, не отводя взгляда от дороги.

Она явно наслаждалась поездкой, любуясь открывающимися красотами. Я часто бывал в южной части Орлании – у отца тут было поместье и, наверное, уже привык, что климат тут гораздо теплее.

Но Манон с восторгом взирала на бархатистые зелено-желтые поля, на гряду гор, окружающую равнину и ярко-синее небо, подставляя лицо ласковому солнцу.

– Так странно – в Орлиане уже выпал снег, а тут так чудесно и тепло. Знаешь, не думала, что скажу, но все это до боли напоминает одну страну, куда я всю жизнь мечтала попасть. Пейзажи, как на фот… Как на картинках.

– И что же это за страна? – заинтересовался я.

– Ты ее не знаешь.

– Я изучал военное страноведение и знаю все страны нашего и других континентов.

– Это страна мечты. Я видела ее во сне.

– Мы отклонились от маршрута. Зачем ты свернула на холм?

– Мне кажется, оттуда открывается чудесный вид на эту долину. Хочу полюбоваться!

– Не забывай, что в любое время может открыться провал.

– Не откроется, – беспечно махнула рукой она. – Не будь занудой!

Я на некоторое время замолчал, раздумывая, спрашивать ли ее, чтоб не ранить ее чувства, но мне хотелось ее поддержать.

– Слышал, к тебе в пиццерию наведывалась Пашленовская комиссия… – осторожно начал.

– Ага, во главе с дедулей Сильвестром. Звезду Пашлена они нам, конечно, не дали. А потом разгромили в кулинарном журнале, – кивнула Манон. – А, ерунда, нужна мне больно эта звезда! Зато о нас Сэм Леман написал. После его статьи в газете заказов целый вал. А антиреклама дедули – это тоже реклама.

– Я поговорю с твоим дедом, и он вручит тебе эту идиотскую звезду на тарелке с голубой каемкой. С поклоном и любезной улыбкой.

– Ну да, будет улыбаться в лицо, а за спиной тихо меня ненавидеть и насмехаться из-за моего плебейского бизнеса. Не надо, Кайран. Мне не нужно его признание.

– Я люблю тебя, Манон, – не выдержал я, хотя понимал – торопиться с признаниями не стоит.

Моя жена ничего не ответила.

Но мне и не нужен был ее ответ.

Дорога на холм