Солнце для отшельницы(сборник) - Анна Аленина

– Я тоже не дурочка, Эрик… Ну, раз уж ты заварил эту кашу, – вздохнула Соня, – придется нам ее расхлебывать!

Через пару дней на биостанции царило такое оживление, по сравнению с которым сумятица, устроенная семейством Куинли, напоминала тихий час в отделении для паралитиков.

Соня с крыльца со страхом и неприязнью глядела на три внедорожника, с рычанием влетавших на территорию биостанции.

Из огромного джипа выскочила высокая худая смуглая блондинка в меховой безрукавке, с сигаретой в зубах:

– Привет! Розали Пачеллини! Очень приятно! – энергично представилась она, потрясая руку Сони, и махнула сигаретой на своих коллег, которые один за другим вылезали из машин.

– Это Шон, режиссер! Это оператор Билл! Ассистент Кристофер!

Шон с достоинством извлек из джипа длинные полы кожаного плаща, толстый живот и бакенбарды, изобразил официальную улыбку и принялся с веранды дома по-хозяйски озирать окрестности. Сухощавый сосредоточенный Билл в черной бейсболке козырьком назад и тощий юнец Кристофер, с косой ниже пояса, суетились, вынимая кофры с оборудованием.

Произошло краткое деловое знакомство и приглашение на легкий фуршет.

– У нас не курят, – пробурчала Соня, проводя гостей в дом.

Эрик ухмыльнулся, а Розали кинула на него ястребиный взгляд и попросила вынести ей пепельницу на веранду. И пока Соня устраивала в доме съемочную группу, Эрик проводил время с гостьей, оживленно болтая и услужливо предоставив в ее распоряжение пластиковую коробку из-под пастилы.

В груди Сони все клокотало, и, накрывая на стол, она так швыряла посуду, что только чудом ничего не разбила.

– Пастилу я выложил в конфетницу, – виновато произнес Эрик, входя с Розали в комнату и выбрасывая коробку в мусорный бак.

Соня не ответила и все более мрачнела, слушая речь, которую держала бойкая редакторша.

Пачеллини протянула ей предварительный скрипт, и Соня заставила себя вникнуть в суть дела, хотя буквы прыгали у нее перед глазами. Наткнувшись на «бобровую хижину», она взорвалась:

– Бобровая хатка, а не хижина! Что вы тут понаписали!

– Какая разница? – сморщила лоб редакторша. – Хатка и хижина – одно и то же…

– Большая разница! Бобры не строят хижин, они строят хатки!

– Ну, все равно наши зрители этой разницы не заметят.

– Зато я заметила, и любой биолог сразу заметит!

– Ну я просто образно так написала, что хижина, не хотела писать просто «нора»… – Розали взглянула на Эрика в поисках поддержки.

– Вы что, издеваетесь? Хатка – это научный термин, жилище бобров больше никак не называется! Это вам любой школьник скажет!

– Эй, Кристофер, – Розали обернулась к ассистенту, – ты недавно кончил школу, ты знал, что бобриный дом называется хаткой?

– Кажется… – неуверенно ответил Кристофер. – Как у дяди Тома, да?

– У дяди Тома как раз хижина, – вмешался Эрик, – но из-за чего вы спорите? Исправьте эту несчастную хижину на хатку, и дело с концом!

– Доработаем, – резюмировала Розали.

– Времени мало, – сурово заметил Шон и взглянул на часы.

– А далеко до озера? – поинтересовался Кристофер, с шумом открывая банку «колы».

– Какое озеро, балбес? Это река! – крикнул оператор Билл. – Ты что, реку не заметил?

– Это запруда! – воскликнула Соня. – Где вы видели, чтобы бобры жили на горной реке? Что за…

– Сделаем так, – сказал Эрик. Над столом повисла тишина. – Чтобы не мешать Соне готовить текст, мы с вами отправимся на место. Займемся натурными съемками, а затем мисс Пачеллини…

– Я же сказала тебе, просто Роуз!

– …Роуз возьмет интервью у Сони, мы вернемся и тогда уже обсудим детали.

– Все согласны? Тогда так и сделаем, – заявила Роуз. – А ты, Эрик, парень не промах! Иди к нам в штат! Шон, возьмем его в штат?

Соня поглубже вздохнула и готова была выпалить что-то непоправимое, но в этот момент Эрик уверенно и крепко обнял ее и шепнул на ухо:

– Не волнуйся и не говори лишнего. Все будет хорошо. Я все беру на себя.

– Если они побеспокоят бобров, я не выдержу, – прошипела Соня. – Я точно закричу, я на них в суд подам…

– Не бойся, к бобрам они даже близко не подойдут. Сиди и готовь текст с мисс Пачеллини. Тут немного, справитесь за полчаса.

Розали с умилением глядела на парочку, затягиваясь очередной сигаретой. Соня зыркнула на нее, но ничего не сказала, только пододвинула железную миску и включила кондиционер.

Компания загрохотала стульями и двинулась к выходу.

– А далеко ехать? – озабоченно спросил Шон.

– Бобры живут недалеко, – сказал Эрик, открывая дверь. – Я покажу.

– Соня, будем работать таким образом… – деловито начала Розали, стряхивая пепел в миску.

– Спасибо, я достаточно грамотна, справлюсь сама, – сухо ответила Соня.

Розали пожала плечами, кивнула и выпорхнула за дверь:

– Мальчики, я с вами!

Оставшись одна, Соня первым делом брезгливо швырнула миску в раковину и угрюмо взялась за текст.

Наконец все было готово. Показались телевизионщики. Осталось только пробубнить свою тираду перед камерой. Соня добрела до съемочной площадки и встала статуей на месте, означенном для интервью.

Розали задавала вопросы профессионально-любопытствующим тоном. Шон, сложив руки на могучей груди, а полы плаща – на толстых коленях, восседал на складном стуле, следя за процессом и время от времени одной бровью повелевал Биллу менять ракурс, а другой Кристоферу – повыше поднимать штангу с пушистым микрофоном. Эрик стоял в отдалении, едва сдерживая смех. Соня была несказанно рада, когда пытка закончилась.

Вернувшись в дом, компания принялась наскоро просматривать отснятый материал. Соня не узнавала на мониторе ни себя, ни свой голос, злилась на оговорки, а когда услышала резюме, которое Розали успела зачитать перед концом съемки, не выдержала:

– Что вы такое несете! Где это видано, чтобы бобры мигрировали? Это оседлые животные!

– Пора ехать! – крикнул Шон и взглянул на часы. – Основное сделано, с деталями разберемся. Мисс Романова, если у вас нет других претензий, распишитесь здесь и здесь!

– Не буду я расписываться! Сперва исправьте текст!

Наступила тяжелая пауза.

– Мисс Пачеллини, вы исправите текст? – вмешался Эрик.

– Без проблем, – ответила мисс Пачеллини.

– Подписывай, Соня! – приказал Эрик и двинул подругу ногой под столом, внимательно посмотрев ей в глаза. Соня колебалась, но тут послышался голос Роуз:

– А куда делась пепельница?

– У нас не курят! – взорвалась Соня.

– Ой, извините, забыла! – поморщилась редакторша и выбросила сигарету в окно.

Соня сжала зубы и поставила размашистую подпись в указанном месте.