Дикая полынь - Цезарь Солодарь

Читателей могут удивить перепевы глагола "надоедать" во всех приведенных высказываниях. Что поделаешь, из песни слова не выкинешь. Действительно, многим бельгийским и голландским евреям хуже горькой редьки надоели сионисты со своими беспрерывными поборами, требованиями, угрозами, игрой на нервах, трагическими заклинаниями, нагнетанием напряженности - словом, со всем, что мешает спокойной жизни.

Некоторые из этих высказываний я слышал в антракте на концерте советского скрипача Игоря Ойстраха в многозальном гаагском Дворце искусств. Не думайте, что в такой малоподходящей обстановке я вздумал интервьюировать слушателей об их отношении к сионизму. Разговоры на эту тему стихийно возникли совершенно по иному поводу.

Очарованные мастерством Игоря Ойстраха, некоторые слушатели с волнением вспоминали концерт его отца, выдающегося скрипача Давида Федоровича Ойстраха, в этом же зале осенью 1974 года. Тот запомнившийся слушателям концерт стал последним в творческой биографии замечательного музыканта. А сионисты, как потом выяснилось, задумали сорвать выступление Давида Ойстраха в знак протеста против его... антисемитского поступка. Их обидело интервью Давида Федоровича американским журналистам с резким осуждением преступного нападения сионистских выучеников на бюро старейшего американского импресарио Сола Юрока, устроителя многих выступлений выдающихся советских исполнителей и музыкальных коллективов в США. Зажигательная бомба, брошенная израильским военнослужащим Джерри Зелером, не только вызвала пожар и разрушения, но и смертельно ранила сотрудницу бюро Ирис Кунс. Но разве, считают сионисты, имел право Давид Ойстрах возмутиться убийством ни в чем не повинной девушки?

Молодчики из амстердамского "Гашомер гацаир", чтобы проучить "антисемита", разработали детальный план срыва концерта в Гааге. Но в последние минуты они с огорчением узнали, что среди слушателей будут видные голландские государственные деятели со своими семьями, с нетерпением ожидавшие несколько раз откладывавшееся выступление знаменитого скрипача. И молодые гашомер-гацаировцы вынуждены были отказаться от задуманной ими провокации.

Грустные воспоминания об этом недостойном замысле и привели к тому, что в фойе гаагского Дворца искусств некоторые слушатели стали объяснять, почему они не сионисты и как им до смерти надоел сионизм...

Не сионисты. Они зачастую становятся антисионистами. Об этом можно судить хотя бы по изданной в Бельгия на французском языке книге "Евреи и государство Израиль", написанной большой группой авторов. Сионисты Бенилюкса с особенной яростью клеймили эту книгу - ведь издание было приурочено к 25-летию государства Израиль. Нетрудно догадаться, что все участники авторского коллектива - люди разных профессий и возрастов - были причислены к антисемитам.

Я бы погрешил против истины, сказав об упадке в странах Бенилюкса сионистских центров, чья деятельность весьма характерна для сегодняшней Западной Европы. Под нажимом заокеанских режиссеров не утихает там шовинистическая свистопляска еврейского буржуазного национализма. Слишком много сильных мира капитала ощущают жгучую потребность в разгуле сионизма, слишком много у них крупных и мелких пособников, шкурно заинтересованных в пропаганде сионистской идеологии. Отсюда и лихорадочная организационная деятельность, отсюда и мимикрия под социализм, отсюда и появление сионистских группировок всех, как пишет израильская печать, возможных оттенков.

Обо всем этом я и старался рассказать читателю.

Но мне довелось увидеть в странах Бенилюкса и подлинную - далеко, конечно, не всю - борьбу с сионизмом. Борьбу самих евреев. Согласитесь, в буржуазных странах не очень легкое это дело.

Не претендуя на обобщения и далеко идущие выводы, обязан сказать: очень много евреев там сознательно и активно противодействуют сионизму, а еще больше не принимают его теории и отметают его практику. Они начинают сознавать, что в государстве Израиль, гражданами-совместителями которого их хотят сделать, есть не только опьяненные милитаристским угаром сионисты, но есть и трезвые, честные общественные деятели, есть и убежденные противники захватнической политики, есть забастовочное движение, есть верная интернациональному долгу Коммунистическая партия, есть боевой и видящий ясные цели комсомол.

Острее всех чувствует это встревоженный сионизм. И пыжится, и тщится на новые антикоммунистические деяния, и рожает новые лиги, регионы и фонды, и ожесточенней злобится на всех, кому не по нутру его реакционная сущность, кто от всего сердца готов повторить гневные слова замечательного писателя-демократа Ицхок-Лейбуша Переца:

"Мы не хотим выпускать из рук общечеловеческое знамя и не хотим сеять ни шовинистическую дикую полынь, ни фанатический терновник тунеядской философии. Мы хотим, чтобы еврей чувствовал себя человеком, чтобы он участвовал во всем человеческом, имел человеческие стремления..."

- Если мне удастся написать книгу о сионизме, - признался я в Брюсселе подлинному интернационалисту Зифферу, - то обязательно приведу эти правдивые, бьющие по сионистской идеологии слова Переца.

Совсем не намереваясь острить, Зиффер сказал:

- Сионистская пресса скажет, что эти слова принадлежат завзятому антисемиту.

Сейчас эти слова напомнили мне, что я забыл объяснить читателю, зачем же все-таки меня разыскал запуганный сионистами стоматолог из Антверпена.

- Я посоветовался со своим самым верным, самым закадычным другом, - рассказал он. - Спросил, как он отнесется ко мне, если я опубликую правду о моем отце и люди узнают, что сионисты сделали его, освобожденного гитлеровского узника, дважды перемещенным, испортили ему несколько лет жизни. И друг ответил мне: "Лучше подумай, как отнесутся к тебе бнайбритовцы. Объявят тебя антисемитом, и придется тебе, мой друг, несладко. Подумай о семье... - Стоматолог помолчал несколько секунд, а затем, взвешивая каждое слово, сказал мне: Оставьте мне ваш адрес в Советском Союзе. Может быть, я еще вам напишу, что перестал бояться сионистов и вы можете назвать мое настоящее имя.

КРУЖКУ ПО КРУГУ - ДЕНЕЖНУЮ

Он сионист из самых правых, это верно, но никогда не был веспасианцем.

Такую удивившую меня фразу я как-то услышал в Копенгагене.

Веспасианцем. Читателей, вероятно, тоже удивил этот термин. Придется прибегнуть к небольшому историческому экскурсу.

Во времена римского императора Веспасиана ввели налог на уборные. Малейшие попытки критики в адрес этого мероприятия были предотвращены выразительно и лаконично: "Деньги не пахнут".

А ныне, много веков спустя, в еврейских кругах Запада веспасианцами со злой насмешкой именуют сионистов, берущих для своих организаций деньги у кого угодно, даже у своих врагов, если те считают это для себя выгодным.

В Чикаго, скажем, веспасианцами прозвали сионистов, принимавших пожертвования от неофашистского общества Джона Берча. Берчисты, как известно, в своей программе декларируют ненависть к неграм, пуэрториканцам и евреям. Но раз сионисты выступают против коммунизма, то берчисты охотно закрывают глаза на их еврейскую национальность. И подбрасывают им доллары. И довольно объемистыми пачками. А веспасианцы не менее охотно берут: деньги-то, оказывается, не пахнут. Есть веспасианцы и среди сионистов Бенилюкса.

Чудовищно! Однако ни сионисты, ни неофашисты так не считают. Дело прежде всего. Ведь с изречением о непахнущих деньгах достойно соседствует иезуитское: "Цель оправдывает средства".

Классический пример непахнущих денег - это 1800 тысяч лир, пожертвованных израильскому обществу "Хадасса" королем правой прессы Акселем Шпрингером, владельцем концерна самых реакционных западногерманских издательств. Израильская "Трибуна" - своего рода газетка в газете - сообщило об этом под кричащим заголовком: "Аксель Шпрингер преподнес "Хадассе" 1,8 миллиона лир". Шпрингер немедленно, не отходя от кассы, получил наглядное доказательство горячей сионистской благодарности. Только лишь он вручил президенту "Хадассы" госпоже Розе Мацкин чек, как директор тельавивского издательства преподнес этому "филантропу" первый экземпляр изданной на иврите его книги "Русская опасность, увиденная из Берлина".

Как говорится, баш на баш! Неудивительно, ведь израильские друзья Акселя Шпрингера видят из Тель-Авива ту же самую "русскую опасность", которую тот узрел из Западного Берлина.

Еще один эпизод подобного жанра. Когда в Греции при режиме черных полковников на стенах афинской синагоги хулиганы еженощно малевали фашистские свастики, местные сионисты и не подумали отказаться от субсидий из фондов неофашистов.

Пожертвования, пожертвования...

Недаром многие сионистские заправилы чуть ли не хвалебные оды слагают в их честь. Если говорить о бюджете международного сионизма, то пожертвования составляют его значительную долю. Правда, вернее было бы назвать иные пожертвования плановыми ассигнованиями, субсидиями, взносами. Но, согласитесь, "пожертвование" звучит гуманистичней, безобидней, трогательней. Очень по нутру сионистам и солидное слово "вспомоществование".