Маркиза де Помпадур. Три жизни великой куртизанки - Сергей Юрьевич Нечаев

— Вы перевыполнили данное вам поручение, месье, — с важностью изрекла маркиза де Помпадур, — мы вас поздравляем.

Эон де Бомон поклонился и рассыпался в комплиментах маркизе.

В конце сентября он вновь отправился в Россию. Елизавета была так счастлива его видеть, что сделала все, что от нее требовалось. По просьбе посланника Людовика XV канцлера Бестужева арестовали, а его место занял граф Воронцов.

В 1760 году Эон де Бомон покинул Санкт-Петербург и вернулся в Версаль. Людовик XV назначил ему месячную пенсию в 2000 ливров из королевской казны и дал звание капитана драгун.

К сожалению, его последняя миссия оказалась совершенно бесполезной, так как через несколько месяцев после его отъезда императрица Елизавета умерла, оставив трон Петру III, который поспешил выйти из франко-австрийского союза. Семилетняя война, как известно, закончилась для Франции очень неудачно, и вот тогда-то Людовик XV вспомнил, что именно маркиза де Помпадур способствовала развязыванию этой войны. Уединившись в своем кабинете, он задумался над тем, как исправить положение, как это сделать без ведома предателей-министров и особенно — без ставшей ему надоедать своим участием во всем фаворитки.

В голову не шло ничего, кроме мыслей о реванше, о высадке десанта на южных берегах Англии, о реставрации династии Стюартов и возрождении Ирландии. Чтобы воплотить этот полубредовый проект в жизнь, королю опять потребовался Эон де Бомон, и шевалье вновь был вызван к Его Величеству.

— Вы, я надеюсь, знаете новую королеву Англии Софию-Шарлотту?

— Знаю, Ваше Величество! — ответил молодой человек.

— Вы были ее любовником, когда она еще была Мекленбург-Стрелицкой принцессой?

— Да, Ваше Величество!

— Где вы с ней встретились?

— В Германии, во время моего первого путешествия в Россию.

— Как вы думаете, сохранила ли она к вам свое расположение?

— Думаю, что да, Ваше Величество.

— Так-так… превосходно…

После этого Людовик XV дал шевалье официальное поручение в Англии, которое позволяло ему свободно перемещаться и собирать все полезные для высадки французских войск сведения. Король уточнил, что никто, кроме графа де Брольи, возглавившего Тайный отдел, и Жана-Пьера Терсье, его личного секретаря, не должен был знать об этом деле.

— Даже маркиза де Помпадур? — уточнил молодой человек.

— Даже маркиза…

Эон де Бомон отправился в Лондон, где молодая королева встретила его исключительно любезно и предоставила комнату во дворце (некоторые историки даже утверждают, что король Георг IV, родившийся через девять месяцев после этой встречи, был сыном красавчика-француза).

Все раздобытые сведения Эон де Бомон регулярно направлял Людовику XV, а покровительство Софии-Шарлотты лишь облегчало ему выполнение задания.

Через несколько месяцев маркиза де Помпадур, у которой повсюду были шпионы, проведала о тайной переписке короля и Эона де Бомона. Это страшно разгневало фаворитку, и она начала предпринимать усилия, чтобы узнать содержание получаемых Людовиком XV писем. Обыскав понапрасну все шкафы и секретеры, она задумала нечто другое. Вот как рассказывает об этом сам Эон де Бомон:

«Мадам де Помпадур заметила, что Людовик XV всегда носил при себе золотой ключик от элегантного секретера, что стоял в его личных апартаментах. Фаворитка никогда, даже во времена наибольшего своего влияния, не могла добиться, чтобы король открыл его. Это было что-то вроде святилища, где обитала воля монарха. Людовик XV управлял лишь этим секретером, он оставался королем лишь этой мебели. Это была единственная часть его владений, не захваченная и не оскверненная куртизанкой.

«В нем государственные бумаги», — так отвечал он на все ее расспросы. Эти бумаги были не что иное, как наша переписка с графом де Брольи. Маркиза стала об этом догадываться. Однажды вечером, во время ужина с королем, она вдруг сделалась предупредительной, любезной, обворожительной как никогда… Продажная, давно уже утратившая женскую честь, эта бывшая супруга Ле Нормана д'Этиоля призвала на помощь все свои ловушки и чары, между нами говоря, порядком уже поблекшие, чтобы подчинить себе монарха. Для пущего эффекта она принялась его подпаивать, что должно было разгорячить не только глаза, но и голову Его Величества.

После всех этих излишеств, этой оргии, когда потерявшая всякий стыд куртизанка хладнокровно выполняла все королевские желания, ею же разожженные, обессиленный монарх забылся глубоким сном. Этого только и ждала коварная вакханка. Пока король, разомлевший от действия вина и бурных ласк, был погружен в сон уставшего животного, она вытащила у него заветный ключ, открыла шкафчик и нашла там полное подтверждение своих домыслов. С этого дня мое падение было предрешено».

Эту историю подтверждает депеша шевалье Эону де Бомону от 10 июня 1763 года, написанная Жаном-Пьером Терсье:

«Король сегодня утром вызвал меня к себе. Бледный и возбужденный, с тревогой в голосе он поделился со мной своими опасениями, что тайна нашей переписки раскрыта. Он рассказал, что, поужинав несколько дней назад наедине с мадам де Помпадур, он не без ее помощи заснул. Маркиза скорее всего воспользовалась этим, чтобы завладеть ключом от заветного секретера, который Его Величество держит от всех закрытым, и узнала о ваших отношениях с графом де Брольи. Его Величеству дал повод для этих подозрений тот небольшой беспорядок, в котором оказались бумаги. Вследствие этого король поручает мне посоветовать вам соблюдать величайшую осторожность и сдержанность по отношению к его послу, отправляющемуся в Лондон. Он считает его преданным герцогу де Пралену и мадам де Помпадур».

Людовик XV не зря опасался активности своей фаворитки.

В течение нескольких дней маркиза с хмурым видим прогуливалась по Версальскому дворцу, что заставляло дрожать и прятаться всех — от министров до слуг. Глаза ее были налиты кровью, рот дрожал, подбородок перекашивался от нервного тика. Короче, как сказал один мемуарист того времени, «она казалась