Тень Камбера - Кэтрин Куртц

Прекрасно. Возможно, ему удастся развести костер. Он должен что-то сделать, чтобы обсохнуть и согреться, причем как можно скорее, а то результат может оказаться самым плачевным. Иначе, возможно, ему лучше было бы утонуть. Дугал прошел достаточно хорошую подготовку как военно-полевой хирург, и распознавал следы шока в своем теле — и только одному Богу известно, что потребуется сделать, когда он найдет Келсона.

Если Келсон, конечно, еще жив. Одна мысль о том, что Келсон может находиться уже в том состоянии, когда ничто не поможет, быстро отрезвила Дугала и придала ему сил. Он даже не ожидал, что у него их столько, когда подбирал ноги под себя, а потом, качаясь, пытался встать. От этих усилий у него закружилась голова, причем, как он понял, не только от холода и шока. Придя в себя и еще лежа в воде, Дугал не осознавал, что голова-то у него болит от сильного удара по затылку. Быстро ощупав затылок здоровой рукой, он обнаружил там огромную шишку. Наверное, он ударился этим местом о скалу или валун. Можно было только надеяться, что он не получил сотрясения мозга.

Правая лодыжка тоже причиняла ему боль, когда он попытался, с трудом переставляя, а вернее — волоча ноги, пробраться на сухой берег, возвышавшийся впереди. Нога распухла в мокром сапоге, но сейчас Дугал даже не смел думать о том, что в кости может оказаться трещина. Нога болела не так, как рука, но если она все-таки сломана и он попытается снять сапог, то больше его никогда не наденет. По крайней мере, обтягивающая кожа немного поможет ему, пока он пытается найти Келсона. Сделав несколько шагов, Дугал порадовался, что не слышит скрипа сломанной кости, хотя лодыжка и болела достаточно сильно. Он добрался до кучи веток и отломал кусок, чтобы использовать, как костыль.

Наверное, лучше сбросить мокрый плащ, по крайней мере, на время. Промокшие кожа и мех весили примерно столько же, сколько он сам, да и какое тепло от промокшего насквозь плаща? Более того, таскание лишней тяжести отнимет у него остатки энергии, которую он должен сохранять для другого.

Теперь, когда он мог мыслить более четко, Дугал понял: воздух в том месте, где он находится, не кажется особо холодным, хотя вода и была почти ледяной.

И дрожал он, в основном, от того, что промок. Он вспомнил, что подземные пещеры обычно сохраняют более или менее постоянную температуру на протяжении всего года, подобно винному погребу. И ветер сюда не попадает. Если ему удастся обсохнуть, то можно будет гораздо меньше беспокоиться о холоде. А ведь на нем несколько слоев мокрой одежды…

Дугал направил созданный им магический огонь повыше, в результате тот завис у него над головой.

Затем одной рукой юноша развязал тунику, все время с беспокойством вглядываясь в окружающую темноту. Внезапно, немного вверх по течению, недалеко от того места, где он сам взобрался на берег, Дугал заметил большой темный предмет, отличающийся по форме от куч веток и хлама, лежащих у кромки воды. Дугал застыл на месте, его голова слегка закружилась, когда он концентрировал свою энергию, чтобы выпустить в том направлении ментальный импульс, а затем забыл о болевшей голове, руке и лодыжке и, прихрамывая, поковылял туда — так быстро, как только мог.

— Келсон! — закричал он.

Ответа не последовало. Но, приближаясь, Дугал понял: это в самом деле король. Непонятный силуэт превратился в тело под промокшим малиновым плащом, что осветил магический огонь, направленный Дугалом на находку. Когда Дугал свалился на колени перед Келсоном, в панике и с нехорошим предчувствием, он тут же потянул на себя его плащ, а под ним обнаружил распластавшееся, но дышащее тело Келсона.

— Он жив! Слава Богу! — прошептал Дугал, хотя дышал Келсон с трудом, а его голова слегка касалась воды. Очевидно, Келсону удалось выползти на берег, примерно так же, как и Дугалу.

Надеясь, что он не добавит травм Келсону, Дугал осторожно приподнял голову короля из воды и, изловчившись, так как не мог использовать свою больную руку, расстегнул застежку плаща Келсона, зацепившегося за что-то в воде. Малиновый плащ короля был не легче его собственного. Справившись с застежкой, Дугал смог запустить два пальца за ворот туники Келсона — пульс едва пощупывался. Дугалу хотелось посмотреть в зрачки Келсона, но тот лежал не под тем углом. В любом случае, Келсон находился в шоковом состоянии в дополнение ко всем полученным травмам.

— Надо вытащить его из воды и дать обсохнуть, — пробормотал Дугал себе под нос, доставая из воды остававшуюся там часть плаща Келсона, затем перевернул короля на бок. Слава Богу, что в эту отвратительную погоду они не надели кольчуги!

— Давай, Дугал, ты можешь! — подбадривал он сам себя. — Ты должен, или он умрет! Давай!

Сжимая зубы, так как он прекрасно представлял, какую это вызовет у него самого боль, и не намереваясь ей сдаваться, Дугал приподнял тело Келсона достаточно высоко, чтобы ухватить его подмышки сзади, причем больную кисть он просунул подальше, поддерживая Келсона на локтевом сгибе, чтобы вес тела не давил на запястье. Все равно оно страшно болело, и Дугал опасался, что лодыжка тоже подогнется под ним, но каким-то чудом ему удалось оттащить короля, так и остававшегося без сознания, от воды, наверное, где-то на дюжину шагов. Они как раз добрались до ближайшей стены, и там Келсон слабо пошевелился, а потом начал хватать ртом воздух и задыхаться, выплевывая воду. Вода пошла и изо рта, и из носа, точно так же, как недавно у Дугала. Все, что мог сделать Дугал теперь — это придерживать короля в сидячем положении, пока приступ не закончился. Он пытался согреть его теплом своего тела и молился, чтобы избавившись от воды в легких и желудке, Келсон скорее пришел в себя.

Но Келсон не пришел в сознание, когда спазмы прекратились, хотя и стал дышать гораздо легче, а его пульс показался Дугалу сильнее. Дугал уложил его на спину, ослабив завязку на шее. Под голову Келсону он подложил мокрую тунику, которую снял с себя, потом быстро ощупал здоровой рукой тело Келсона, чтобы проверить хотя бы поверхностно, нет ли сломанных костей. На правой ноге кожаные штаны были сильно порваны, а в дыре виднелся огромный синяк с кровоподтеком. Несомненно, синяки появятся или уже появились в других частях тела. Дугал не сомневался, что у него самого их будет не меньше. Но, по крайней мере, похоже, у короля ничего не сломано.

Ничего ниже шеи, но что насчет того, что находится выше? Дугал уже различал набухающую шишку под кровавым рубцом над правой бровью Келсона, а царапина вдоль левой челюсти обещала по меньшей мере перерасти в синяк. Дугал легко ощупал оба места кончиком пальца, но ни одно не показалось ему достаточно серьезным, чтобы вызывать особое беспокойство.