Падальщики - Наталья Николаевна Тимошенко

Да, Алиса не хотела думать, что к ограблению причастен Леон…

– Зачем? – глухо спросила она. – За что? Я так тебе не нравлюсь?

Софи мотнула головой.

– Они хотят убить тебя. Антон и Леон.

Алиса отпрянула, не веря тому, что услышала.

– Что?

– Я знаю, в это сложно поверить. Особенно теперь, когда Леону удалось то, что он задумал, когда ты влюбилась в него, но я говорю правду, Алиса. Я рассказала тебе все, чтобы ты убедилась: я не лгу.

– Я не понимаю…

– Леону осталось немного.

– Я знаю. Он говорил. Он умирает. Его тело не выдерживает того количества тьмы, с которым он контактирует.

Софи нетерпеливо махнула рукой.

– Это не так. Ему осталось немного, потому что весной заканчивается его контракт с демоном. Тот дал ему тринадцать лет. Намного больше, чем демоны обычно дают при сделках. Тринадцать лет взамен на то, что Леон будет поставлять ему души. И эти тринадцать лет заканчиваются весной. После этого метка, защищающая Леона от Падальщиков, исчезнет, и они придут за ним. Если Леон чего-то и боится в этой жизни, то их. Он не хочет доставаться Падальщикам. Это… это на самом деле страшно, такая смерть. И еще неизвестно, что происходит потом, после смерти. Леон боится. Но есть некий ритуал… Который позволит ему выжить. Я не знаю, что за ритуал, Леон держит записи под особым замком, мне не удалось прочесть. Но я знаю, что для этого ритуала нужна ты. Они хотят отдать Падальщикам тебя вместо него.

Алиса думала, что больнее уже не бывает. Погибла ее подруга, едва не умер тот, в кого она впервые в жизни влюбилась. Оказалось, бывает. Бывает такая боль, которая не дает даже вдохнуть, бьет наотмашь, а у тебя даже нет сил увернуться.

– Откуда ты знаешь это все?

Алиса не была уверена, что это она спросила. Голос казался странным, чужим.

– Я нечаянно подслушала разговор Антона и Леона, – призналась Софи. – Давно, еще до того, как ты появилась в логове. Я не знаю, как они вышли на тебя, но план был такой: привести тебя в Логово, сделать помощницей Леона. Убедиться, что ты именно та, кто им подходит. Затем влюбить тебя в Леона, чтобы ты была готова на все ради него. А потом провести ритуал. Наверное, они не сказали бы тебе, что ты не выживешь после него, но ты определенно понимала бы, что он опасен. И если бы не любила, не согласилась бы.

Ты лжешь! Ты намеренно лжешь! Это не может быть правдой. Не может…

– Зачем ты рассказываешь мне это? Разве, выбирая между мной и Леоном, ты не должна была выбрать Леона? Меня ты даже не знала…

– Я не выбираю между тобой и Леоном, Алиса, – покачала головой Софи. – Я выбираю себя. Я случайно узнала о готовящемся убийстве. И я не хочу каждый день смотреть в зеркало и видеть ту, что промолчала. Что ради денег и хорошей работы оглохла, ослепла и наплевала на совесть. Я не такая, и я выбираю себя. Если бы я ничего не знала, это одно. Но я узнала. И у меня не осталось выбора. Я люблю Леона, но не могу позволить ему убить человека. Каждый должен отвечать за свои ошибки самостоятельно. Если бы я рассказала тебе сразу, ты бы не поверила. Еще и к Леону пошла бы. Он бы уволил меня и убедил тебя, что ты мне просто не нравилась и потому я его оклеветала, вынуждая тебя уйти. Они бы придумали, как изменить свой план. Поэтому я пошла иным путем. Не думала, что придется рассказать так быстро, да еще в такой день. Хотела тянуть подольше, чтобы у него потом просто не осталось времени уговорить тебя. Но тянуть уже нельзя. Ради него ты сделаешь что угодно, я вижу. Это то, чего он и хотел.

Алиса отвернулась к окну. Руки дрожали, и она сжала пальцы в кулаки.

Это не могло быть правдой. Не могла она так ошибиться, не распознать такую дикую, такую жестокую ложь.

И тем не менее Алиса понимала: Софи не лжет.

Дышать стало трудно.

– Останови машину, – попросила она.

– Алис…

– Останови. Пожалуйста. Мы уже в городе, у меня еще есть время до похорон. Мне нужно пройтись. Пожалуйста.

Софи послушно съехала на обочину. Алиса открыла дверь, спрыгнула в грязный сугроб, чавкнув грязью.

– Алиса, мне жаль! – донеслось из салона.

Алиса ничего не ответила, не обернулась. Просто молча пошла вперед, не глядя под ноги.

* * *

– Я уж думала, ты меня больше не позовешь, – томно протянула Анжела, входя в комнату.

Леон и не позвал бы. Теперь, когда Алиса забрала у него самую опасную часть тьмы, когда ему ничто больше не угрожало, он мог несколько дней проваляться в постели и оклематься самостоятельно. Но демон остался на свободе. Даже второй ритуал не был завершен, не говоря уже о третьем. А значит, у Леона не было времени отдыхать.

– Мне сказали, что после последнего раза ты заявила, что больше не будешь этим заниматься, – хмыкнул Леон.

Анжела улыбнулась, подошла ближе, без спросу плюхнулась на кровать рядом с ним, не подумав даже снять сапоги.

– Я передумала. Знаешь, такую машинку себе присмотрела – конфетка, – она причмокнула пухлыми губами. – Без тебя мне ее не купить. Так что я вся твоя.

– Сегодня только тьма, – предупредил Леон.

Анжела приподнялась на локте, заглянула ему в глаза.

– Значит, мне не врали, когда сказали, что у тебя появилась подружка?

– Кто сказал?

– Слухами земля полнится, – улыбнулась Анжела. – Ладно, тьма так тьма, хотя ты мне нравишься, ты знаешь об этом? Я б с тебя даже денег не взяла.

– В предыдущие разы брала.

– Ну, ты предлагал, не отказываться же.

Леон ничего не ответил. Молча перевернул ладонь, предлагая не тратить время зря. Анжела со стоном легла обратно, обхватила его пальцы.

– Лучше бы ты был нормальным и просто спал со мной, – вздохнула она, закрывая глаза.

– Я бы тогда с тобой не спал, – не удержался Леон и прежде, чем отпустить тьму с привязи, спросил: – Попросить подготовить для тебя комнату?

Анжела мотнула головой, не открывая глаз.

– К себе поеду. Не люблю твой страшный дом.

Леон не стал уговаривать. Тьма, почуявшая добычу, рвалась с цепи, ему было трудно сдерживать себя.

Как Анжела уходила, Леон, как обычно, не слышал. Проснулся к вечеру, заметно отдохнувший. И хоть сейчас его состояние было далеко от того, когда Алиса забрала всю тьму, Леон уже вполне мог функционировать. После душа и плотного ужина собирался заняться делами, но в кабинет зашел Влад, и по его виду Леон сразу понял: у того плохие новости. Впрочем, Влад вернулся с похорон молодой девушки, какой у него должен быть вид?

– Как все прошло? – спросил Леон.