Невеста в законе. Поймай меня, дракон - Мария Эмет

ей сейчас!», — пронеслось в голове. Я скривились, но продолжила слушать.

Королева также похвалила её игру и немного расспросила женщину насчет управления театром. «Наверное, это очень утомительно!», — произнесла она ласково. «Намного легче, нежели править королевством», — усмехнулась Эалвейн, немного осмелев. Мгновение уверенности испарилось, когда король возмутился и сказал, что Хельбтауром владеет только он один.

— Да чтоб тебя… — прошипела я, отправляя очередную вешалку на перекладину в старом шкафу.

Однако король сердился не долго. Он сказал, что пожертвует на нужды театра пятьсот золотых. Я чуть не засмеялась. Один его завтрак стоит дороже! М-да… Щедрость явно не его черта характера. Но все равно спасибо, на эту сумму можно отремонтировать сцену.

— Если денег, которые вы собрали сегодня, окажется недостаточно, то я могу помочь с оформлением кредита под небольшой процент в Центральном банке.

Кредит?! Вот ведь жадный говнюк! Ему вообще ничего не стоит помочь нам, а он предлагает кредит! Ла-а-адно… Как ни крути, это все равно помощь.

— В этом нет нужды. — По коридору пронесся уверенный голос дракона. Я услышала его тяжелые шаги. Дощатый пол заскрипел под весом его тела. Он подошел к беседующим.

— В каком смысле, Валтор? — вопросил король.

— С этого дня я становлюсь спонсором этого театра. Здание очень старое. Оно было построено два столетия назад, а потому является народным достоянием и памятником архитектуры. Нельзя допустить его разрушения. К тому же, сегодня я был приятно удивлен, увидев постановку. Она действительно на уровне и ко всему ещё и бесплатная. Нужно поддерживать подобную деятельность, она способствует культурному обогащению простого населения. Искусство не должно быть платным. Оно должно лечить, радовать и заставлять чувствовать новые эмоции. Так сказал один мудрый человек.

Я стояла как громом пораженная. Вешалка выпала из рук. Перешагнув через неё, я тихо подкралась к двери, дабы слышать ещё лучше.

— Вы… Вы хотите помочь с восстановлением театра? — дрожжащим голосом спросила Эалвейн.

— Скажу больше, я самолично оплачу реставрацию. Здесь будут работать лучшие архитекторы королевства и не только.

— Спасибо! — кажется, Мелиса плачет. — Спасибо, милорд!

— Леди Эалвейн, держите себя в руках! — осуждающе произносит король. — Неприлично обнимать мужчину в общественном месте, тем более когда рядом король!

Да ну тебя, зануда. Знал бы ты, как ей этот театр дорог, сам бы обниматься полез.

Диодий и Мирабэлла попрощались с Мелисой и направились к выходу. Я только и слышала шуршание дорогой ткани платья королевы. Валтор в этот момент успокаивал рыдающую женщину. Она торопливо рассказывала ему о себе и театре:

— Вы просто не понимаете! Простите, пожалуйста, я ничего с собой поделать не могу… Этот театр — последнее, что осталось от моей семьи. Он очень… Очень! Дорог мне. Я уж думала что все… Он ведь на глазах разваливается! А тут Дакота! Она помогла. Благодаря ей все узнали о нас... Если бы не она, то все… — Она всхлипнула. — То все-е-е… И вы ещё! Вы такой добрый! Сразу видно, у вас душа есть. Побольше бы в мире таких как вы с Дакотушкой…

Ну Мели-и-иса! Возьми себя в руки, черт возьми! Я вовсе не выдающаяся. И вообще, идея принадлежала Виолетте.

— Вы правы. Дакота человек с большим сердцем, воплощение благородства. Кстати, где она? Я хочу с ней поговорить.

— Ах! Так вы приятели?

— Нет, но я к этому стремлюсь, — загадочно отозвался Валтор.

«Стремится он, как же…», — хмыкнула я.

— Не видели её?

— Кажется, она в подсобке. — Отвечает Эалвейн. Я закатываю глаза. Не желаю его видеть!

Тут мой взгляд падает на манекены с париками, стоящие в ряд. Ручка двери опускается и…

— Здравствуйте, Валтор! — выпрыгиваю из помещения я. — Как неожиданно встретить вас здесь, в нашем театре… — Говорю, мило хлопая ресничками. Главное, чтобы он не зашел внутрь.

— Я бы хотел поговорит с вами. Наедине. — Мужчина пытается затащить меня обратно в подсобку.

— С радостью! Но давайте не здесь.

— Нет, давайте здесь. Я рискую не рассказать вам всех моих мыслей. Вы снова убежите.

— Не убегу. — Заверяю его я, закрывая дверь и прижимаясь к ней спиной.

— И все-таки я настаиваю…

— Давайте так: я сейчас быстро переодеваюсь и мы куда-нибудь сходим. Вдвоем. И вы мне все-все расскажите. Чую, от вас все равно просто так не отвязаться. — Я на все готова, чтобы он не заходил туда. Последний парик в котором меня видел дракон я решила не утилизировать. Он был совсем новый и им ещё пользовались. Если он его увидит и, не дай Бог, узнает, мне придется не сладко.

— Верно чуете, — мужчина улыбнулся. — Знаете, ваш вариант мне нравится многим больше. Я подожду вас в холле, не торопитесь, пожалуйста.

95

Ещё чего — из-за тебя торопиться!

Я переоделась, заколола волосы, умылась. После попрощалась с труппой и прошла в холл. Рядом с Валтором стоял Джейд и что-то горячо говорил ему. Пока меня не заметили, я встала у стены, вслушиваясь в разговор.

— Я не знаю, какие у вас намерения, но помяните моё слово — я вас раздавлю, если снова увижу её слёзы.

— Она плакала? — пораженно выдыхает Валтор.

— Плакала. И причиной тому вы.

— Я… Я правда не хотел.

— Мне все равно. — Джейда не узнать. Перед ним мужчина, который в три раза больше и сильнее него. Могущественный маг, в руках которого сосредоточена огромная власть, а ему все равно. Он говорит с угрозой, в которой не сомневаешься.

Я сама не заметила как поежилась.

— Отрадно видеть вас рядом с Дакотой. Видно, что вы любите её, а она вас. Поверьте мне, я не желаю ей зла. Моё желание — получить её прощение.

— Верно, это ваше желание. Не её. Если этот вечер не решит конфликт, то я очень вас прошу — не лезьте. Смиритесь. Я её знаю. Если она что-то решила, то будет стоять до конца. Вы лишь тратите свое время.

Верно все сказал, молодец. Прощать его я не собираюсь. Пусть хоть об стенку разобьется. Он привык к вседозволенности. Полагаю, его никто и никогда не ставил на место. Эту задачу я возьму на себя.

— Едем? — спросила я, подходя к мужчинам. Слуга расплылся в улыбке, будто и не было