Любовь и честь - Флора Спир

– Все равно я собираюсь поговорить с ним, когда он приедет домой, – заупрямился влюбленный Уилл. – Не сомневаюсь: я сумею уговорить его разрешить мне единственное, что составит мое счастье.

– Он никогда не меняет своих решений, – напомнила Джоанна. – Вильям Криспин, умоляю тебя, не проси его.

– Да не пугайся ты так. – Уилл обнял ее за плечи. – Мама, мне жаль, что я тебя расстроил. Возможно, ты и права и тебе стоит оставаться там, где ты чувствуешь себя в безопасности. Мне очевидно, что одна мысль выйти из своего убежища и предстать перед миром нарушила твой покой. Но, может быть, ты согласишься принять леди Самиру здесь наедине до того, как она покинет Бэннингфорд?

Я обдумаю это. – Джоанна знала, что свое обещание ей придется нарушить. И речи не могло быть о том, чтобы незнакомых гостей пропустить в ее темницу.

Я уверен: когда ты встретишься с Самирой, то поймешь, почему я хочу на ней жениться. – Уилл поцеловал мать. – Оставляю тебя с Роэз. Я зашел только поздороваться. До встречи, мама.

– Уилл по своей наивности верит, что здесь я в безопасности, – промолвила Джоанна, когда он ушел. – Бедный мой сын! – Она устало откинула голову на каменный косяк окна. – Для меня нет безопасного места. А теперь и для него. Роэз, мне столько надо тебе рассказать.

– В чем дело, Лиз? – Предостерегающий голос Роэз оборвал Джоанну на полуслове, не дав сказать ей то, что она хотела.

– Раз молодой хозяин ушел, я вернулась, чтобы исполнить приказание Бэрда, – объявила Лиз. – И останусь здесь, пока вы будете находиться в этой комнате, леди Роэз.

– В таком случае, Джоанна, поговорим позднее, – сказала Роэз. – Мы все равно собирались всего лишь обсудить сегодняшнее меню, а также красоту и ум прелестной гостьи, так что наши разговоры, когда их со всем усердием перескажут Бэрду, только утомят его. А мы не хотим этого, не так ли? Пошли, Лиз, позаботимся о делах на кухне.

Роэз оставила свою падчерицу в почти невменяемом состоянии досады и страха, от которых она готова была кричать, биться головой об стену. Джоанна хотела, чтобы ее дорогой сын женился на любимой девушке, но она твердо знала, что Рэдалф никогда не допустит, чтобы мальчик женился не на той, которую он выберет ему сам. Не говоря внуку, Рэдалф уехал из Бэннингфорда как раз для того, чтобы устроить его брак с девушкой, чье приданое включало в себя обширные земли, часть из которых граничила с принадлежавшим Вильяму Криспину баронством Хафстон. Джоанне была невыносима мысль о возможном скандале: что будет, когда ее сын скажет деду, что собирается жениться на другой?

Единственной ее надеждой был Элан. Если они сумеют разоблачить убийцу Криспина и она наконец освободится из своего заточения, то сможет помешать козням Рэдалфа. Если Самира была такой необыкновенной, как говорили и Вильям Криспин и Элан, Джоанна с радостью благословит этот брак любящих сердец.

А пока ей придется ждать Элана. Он обещал вернуться нынче ночью. В последний раз она поверит в его обещание помочь, но теперь не из воскресшей девичьей любви: Элан, чья рыцарская честь затронута, жаждет раскрыть правду о гибели Криспина.

Долгий день тянулся невыносимо. Джоанна металась по комнате, отсчитывая шагами бесконечные минуты. Нервы ее были натянуты как струны, и когда явились Лиз со служанкой, чтобы переменить постельное белье и смыть с пола винные пятна, она не могла спокойно с ними разговаривать, грубо покрикивала.

После полудня небо прояснилось и выглянуло солнце. Не обращая внимания на холод, Джоанна широко распахнула ставни и высунулась из окна, чтобы посмотреть, в каком состоянии находится наружная стена башни после вчерашнего снега с дождем. С облегчением увидела она, что ветер содрал весь лед, который мог сгладить поверхность камня и сделать ее скользкой. Элан сможет снова взобраться к ней.

– Что это вы делаете? – В комнату вошел Бэрд. За ним следовала Лиз с дневной трапезой Джоанны.

– Погода прояснилась, – ответила Джоанна. – Я хочу прогуляться, как обычно.

– Нет, пока в замке посторонние, нельзя, – ответил Бэрд. – Вы знаете правила. Не просите того, чего я не могу позволить.

– Вы мерзкий человек. – Джоанна снова, в который раз за эти годы, удивилась сама себе, как это ей удавалось сдерживаться и не высказывать свою накопившуюся ненависть к ее тюремщику Бэрду.

– Ну-ну, леди Джоанна, – злобно ухмыльнулся Бэрд, – обращайтесь со мной учтиво. Вы же знаете, кто я.

– Вот именно – знаю. Я прекрасно знаю, кто вы и на что способны.

– Что ж тут удивительного? – Бэрд был невозмутим. – Я капитан охраны замка во все времена и хозяин его в отсутствие лорда Рэдалфа. Напомните об этом вашему сыну, леди Джоанна. Он, кажется, переоценивает свои силенки.

– Оставьте Вильяма Криспина в покое! – взвилась Джоанна. Троньте хоть волосок на его голове – и мой отец четвертует вас… после дыбы.

– Если только Рэдалф не велит сделать это сначала с молодым Уиллом, когда услышит, что мальчик решил жениться на чужачке. – И Бэрд зашелся от злорадного смеха, наполнившего ужасом сердце Джоанны.

Вон отсюда, ты, ведьма-наушница! – прикрикнула она на Лиз. – Убирайтесь отсюда оба!

– Да, пойдем, Лиз. – Тяжелый кулак Бэрда опустился Лиз на плечо, подталкивая к двери. – Леди Джоанна, кажется, заболела: у нее приступ безумия. А мне не хочется, чтобы она тебя покалечила. Так ведь? – Бэрд, толкая Лиз перед собой, вышел из комнаты и запер дверь, оставив Джоанну в такой ярости, что она была готова выброситься в окно.

Была только середина дня. Еще долгие часы приходилось вытерпеть до появления Элана. Она поела принесенный Лиз хлеб с мясом и остатки пудинга. Затем снова стала ходить по комнате взад-вперед, а потом бросилась на постель и уснула. Когда она проснулась, солнце уже садилось. Вернулась Лиз, к счастью, без Бэрда, и принесла теплой воды, чтобы Джоанна могла вымыться. Лиз не разговаривала с ней, но это Джоанну не беспокоило. Когда служанка наконец удалилась, захватив по пути грязные тарелки, Джоанна с нетерпением стала ждать.

Рэдалф вернулся, когда стемнело. Вместе с Бэрдом, который находился при нем с того момента, как барон появился в воротах замка, Рэдалф уверенными шагами вошел в большой зал, прямо к верхнему столу, где сидел Уилл, разговаривая с Пирсом и Роэз.

– Что это я услышал о тебе, молодой человек? – заорал он на Уилла. – В такие опасные времена ты приглашаешь в замок гостей, когда меня нет?

– Дедушка, это всего лишь леди, совершающая паломничество, с двумя телохранителями, – ответил Уилл, голос его звучал спокойно, особенно в сравнении с беснующимся Рэдалфом. – Какую опасность могут представить несколько гостей?