Рожденный в забвении - Мария Быстрова

Оставалось лишь содрогнуться от мощи Кзара.

— Кошмар, да? — тихонько шепнула Адель, незаметно появившись рядом. — Ему совершенно безразличны человеческие жизни. Харм все еще без сознания.

Я взглянул в ее небесно-голубые глаза и притянул ее поближе к себе. Волшебница не отстранилась, лишь взглянула на сидевшего в седле колдуна и вздохнула. Безусловно, Адель как соборница сама была воспитана в традициях пренебрежения к обычным людям. Но все же, не смотря ни на что, Собор посвятил себя поддержанию порядка в мире обычных смертных. Никто из их магов никогда не пойдет на подобную стрельбу по воробьям из пушки.

— Я уже давно это понял, дорогая.

Мы отошли от края воронки и приблизились к Юлиане. Разбойница выглядела крайне обеспокоенной. Хотя сердцебиение воина прослушивалось, но он не приходил в сознание. Я вспомнил, что в момент магического удара, он находился гораздо ближе меня к тому месту, куда ударила молния. Сейчас Харм лежал на мокрой траве, все его лицо пестрилось тонкими кровоточащими шрамами, коснувшись своей щеки я почувствовал такие же… Мы теперь с ним два красавца, измазавшиеся в грязи. Картину дополняли несколько синяков и шишка на затылке.

— Это было! Это было невероятно! — воскликнул Лихтор, неожиданно возникший рядом со мной.

Он, так же как и Кзар, сидел в седле и в отличие от остальных в его глазах читался лишь ребяческий восторг. — Как в балладах о войне! Вы вдвоем с Хармом, как вы их сделали! Я сам видел, как ты сразу троих убил! Как они стонали! Никогда не думал, что стану свидетелем подобного! А потом, как господин Кзар вдарил, вшииик! Взрыв и тишина…

Мы с Аделью хмуро переглянулись. Ни у кого из нас сейчас не было настроения пояснять Лихтору, почему больше никто не разделяет его восторгов. Тем более что Харм пришел в себя, и парнишка спрыгнул с лошади, чтобы пойти рассмотреть очнувшегося воина.

— Спасибо, что сделали то, что сделали, господин Кзар. В особенности за Меча. Без него мы не справились бы, — произнес я, все еще опираясь на Адель.

В принципе я уже мог идти сам, но мне не хотелось отстраняться от волшебницы.

Маг поглядел на меня с высоты своего седла и машинально кивнул. До моих благодарностей ему тоже не было никакого дела. Умри я там, рассеченный воинами демона, он не сколько бы не пожалел об этом, но пока мы деремся за него, и деремся хорошо, пока все идет по его плану, он милостиво позволит нам находиться рядом и выполнять свою маленькую, не сравнимую по масштабам с его ролью, функцию. Но стоит нам выступить против него… Страшно подумать, с чем нам придется столкнуться. А ведь придется. Не долго осталось до Шхармы…

— Меч любит дарить смерть, — пожал плечами маг и добавил. — Ты я гляжу, не боишься смерти, да Марк?

Я вздрогнул, вспомнив прошлую ночь. Картинки туманных воспоминаний, обрывки отчаянных чувств. Страх, ужас… Смерть всегда ходит рядом… И меня она не минует. У меня подкосились колени, и я чуть не свалился на Адель, которая испуганно уставилась на меня.

— Что с тобой, Марк?

— Все в порядке, в полном порядке, любовь моя. Просто еще небольшая слабость, — поспешил я успокоить ее.

Кзар тоже как-то странно покосился в мою сторону, но ничего не сказал. Харм очнулся с сильнейшей головной болью в затылке. По эго собственным словам, окружающий мир теперь представляется ему в виде разноцветных концентрических кругов, плавающих в пространстве. Его здорово приложило. Юлиана побелела как полотно то ли от страха, то ли от ярости. Ее можно понять. Оба этих чувства ощущал и я.

Лошадь Харма пала, не выдержав ударной волны. Поэтому нашему Лихтору пришлось потесниться. Теперь с ним в одном седле ехал воин. Впрочем, мальчишка нисколько не расстроился, ведь он мог слушать всякие плоские шуточки Харма.

Не смотря на недовольство Юлианы, желавшей остановиться прям тут у воронки до тех пор пока Харм окончательно не придет в себя, мы, перемазанные в крови и грязи, отправились в дальнейший путь. Оставаться здесь слишком опасно. Кроме того сегодня утром мы планировали добраться до храмовой пещеры. Разбойница рассказывала, что это место одно из не многих действительно безопасных в Хаммерите. К тому же эта пещера своеобразные ворота в высокогорье Хаммерита. Добраться до нее жизненно необходимо. В любом другом месте нас убьют или захватят в плен, неизвестно еще что из этого лучше. Я покосился на скачущую рядом Адель. Представил, что ее могут захватить в плен, и у меня волосы на затылке зашевелились. Существо, предсказавшее мою смерть, упоминало, что от меня зависит и ее жизнь… Именно поэтому, не смотря на дикую усталость, я согласился с Кзаром и настоял на немедленном отъезде.

Погода в течение дня не менялась. Холодный ветер не прекращался. Дождь то усиливался, то немного стихал. В низинах, между холмов стоял не рассеивающийся туман. Весь тракт размыло. Навстречу нам не встретилось ни одной живой души, ни одного жилого поселка или строения.

— Люди боятся здесь строиться, — ответила мне разбойница, когда я поинтересовался местными жителями. — Слишком близко к границе. Ни один князь повелителя не позволит своим людям жить рядом с границей. К тому же я веду нас так, чтобы не пришлось заходить ни в один из поселков.

— Думаешь, там уже знают, что мы уничтожили пару десятков карателей? — спросила Адель.

Юлиана бросила в ее сторону снисходительный взгляд.

— Это Хаммерит, Адель. Уверена, что верховный жрец, а может и Хозяин наблюдал схватку. А значит, в следующий раз за нами отправят целый полк.

Харм с сомнением покосился на свою любимую, и та заметив это, неожиданно вспылила.

— Что, Харм? Я здесь жила. В стране страха! Тут бабки старые в самых глухих деревнях боятся слово против Хозяина сказать! Здесь везде глаза и уши. То, что нам удалось перебить этот отряд чудо! И давайте возблагодарим богов, что нам это удалось сегодня! Неизвестно, что будет завтра!

Все замолчали. Девушка глубоко вздохнула и пришпорила свою лошадь. Харм что-то тихо сказал Фригу о женской эмоциональности. Похоже, слова предводительницы в который раз не убеждали его, в отличие от меня. Сегодня я прошелся по узкому краю. Если бы не Кзар в очередной раз продемонстрировавший свою чудовищную магическую мощь, мы были бы мертвы.

И все же мимо одного селения мы проехали. Ближе к вечеру, когда до пещеры оставалось по словам Юлианы чуть менее двух часов езды, из тумана, на склоне холма выплыли прогнившие и покосившиеся черные хаты. Разбойница, заметив их, решила обогнуть холм с другой стороны. Но прежде чем домики снова скрылись в вязком тумане, я заметил, что ставни все заколочены и очевидно селение давно покинуто.