Цитадель - Вячеслав Грацкий

— Что?! — Юлих рассмеялся. — Это была шутка?

— Это была не шутка, — ответил Гелен. — Барон Юлих де Арлон! Вас вызвал на дуэль рыцарь Рикерт де Рем. Я подтверждаю его рыцарское звание. Пользуясь полномочиями, данными мне на этой земле графом Хагеном фон Амбергом, я разрешаю проведение поединка здесь и сейчас. Прикажите своим людям освободить место, барон.

— Да вы спятили! — гневно прорычал Юлих. — Я едва прибыл в Амберг, успел только заехать к себе и переодеться, так спешил к вам, барон, вы ведь изволили написать в письме — срочно? А сейчас вы предлагаете мне участвовать в этом шутовстве? Я знать не знаю этого бродяги и не собираюсь позорить свое имя и честь!

— Вы плохо меня слышали, барон? — повысил голос Гелен. — Я говорю от имени графа Хагена! Может быть, вам хочется взглянуть на бумагу, подтверждающую мои полномочия?

— Вы же знаете, я не умею читать, — буркнул Юлих. — Какой, к черту, поединок? Граф Хаген срочно вызвал нас по важному делу… Какой тут может быть поединок?

— Именно потому, барон, что нас ждут очень важные дела, я и разрешаю проведение поединка именно сейчас. Потом будет уже не до поединков. Полагаю, барон, вы без труда разделаетесь с этим наглецом, как вы изволили выразиться, и мы сможем перейти к нашим делам.

Взгляды Гелена и Юлиха встретились. Юлих понимал, что его ждет. Он хорошо запомнил, как десять лет назад юный Рикерт гонял по харчевне Росбаха. А уж тот рубака был не чета Юлиху.

Барон невольно оглянулся на своих рыцарей.

— Барон, — укоризненно покачал головой Гелен. — Я ведь здесь тоже не один.

Гелен махнул рукой. Из дома, гремя доспехами, вышли несколько рыцарей, на балконе и в окнах показались кнехты с арбалетами. Несколько слуг проскользнули за спинами конников и затворили ворота.

Гелен выглядел мрачнее тучи. Он сильно рисковал. Если бы Юлиху удалось прорваться… Но Гелен также знал, что Юлих не из тех, кто вступает в бой, не имея численного преимущества. А поединок… Как бы Юлих ни боялся, на нем тяжелые доспехи. И он в общем-то неплохой воин. А в случае ранения или даже просто падения у него всегда есть право просить пощады. И вот тут уже Гелен не позволит Рикерту добить барона. За это Хаген всерьез рассердится. Однако если Рику удастся убить барона быстро…

— И чем будет сражаться сей доблестный рыцарь? — скривил губы Юлих.

Гелен снял с пояса свой меч и вручил его племяннику.

— Как видишь, правая рука Хагена иногда может кое-что сделать и от себя, — шепнул он Рику. — Но тебе нельзя его ранить или позволить упасть, понял меня?

Рикерт кивнул.

— Может, ты ему еще и доспехи свои отдашь? — проворчал Юлих, надевая шлем и застегивая подбородочный ремень.

Спустившись с жеребца, он опустил забрало, взял в одну руку кулачный щит, второй выхватил клинок.

— Я готов.

— Я тоже, — отозвался Рикерт.

Гелен махнул рукой рыцарям Юлиха. Воины заворчали, но, не дождавшись от своего сюзерена распоряжений, не спеша рассредоточились вдоль стен. Взяв копье, Гелен очертил круг посреди двора, а затем поднялся на крыльцо и повторно взмахнул рукой.

— Сходитесь.

С первых минут боя Гелен понял, что не ошибся в Рике. Прошедшие годы и война в Итании не сделали его слабее. Напротив, его выверенные движения, мягкая поступь, острый как бритва взгляд говорили, что он стал великолепным мечником. Пожалуй, он был наголову сильнее Юлиха. Пожалуй, он мог бы расправиться с Юлихом несколькими ударами.

И пусть на бароне были доспехи лучших итанийских мастеров — в руках Рика сверкал настоящий карнелийский меч. В свое время он обошелся Гелену в безумную сумму, но стоил каждой уплаченной за него монеты.

Гелен ожидал, что Рикерт, имея столь неоспоримые преимущества, закончит бой в считаные минуты. Но этого не случилось. По каким-то одному ему ведомым причинам Рик осторожничал. Много двигался, наносил удары издали, в общем, скорее дразнил противника, нежели пытался его убить.

Гелен нахмурился. Избранная Риком тактика была опасна. Юлих, в конце концов, был воин, и сейчас, распаленный кажущейся слабостью врага, активно наступал. Бездоспешному Рику хватит и одного удара. Что с ним происходит?..

Рикерт сам задавал себе этот вопрос. А еще другой — почему он хочет убить Юлиха? Волна гнева схлынула, и сейчас, нарезая круги вокруг барона, Рикерт понял, что не испытывает к нему никаких чувств. Ни ярости, ни злости, ничего.

Стоило взять в руки меч, как на него накатило несколько подзабытое ощущение спокойствия и отрешенности. Он как будто встретился со своим старым, верным и надежным другом. Да, он знал, чувствовал, что убьет Юлиха. В любом случае и любой ценой. Но…

Рикерт вспомнил, что прибыл в Амберг совсем по другой причине. Он ведь хотел остановить Айрис. И предупредить новые убийства.

Война в Итании научила Рика многому. В том числе простой истине, что месть не может изменить прошлого. А смерть обидчиков не приносит ничего, кроме ощущения пустоты и бессмысленности.

Он хотел остановить Айрис еще и потому, что она убивала невиновных. Конечно, она была не в том состоянии, чтобы запоминать лица или имена обидчиков, но… В тот вечер, десять лет назад, в том злосчастном трактире не было будущих баронов Дилана ван Вильца и Эдгара фон Дракенберга, по обыкновению выполнявших какие-то тайные задания Хагена. Кроме того, Дилан был единственным в отряде Хагена другом Рикерта. Если, конечно, не считать дяди.

И вот теперь, вместо того, чтобы найти и остановить Айрис, Рик делал прямо противоположное. Он мстил за нее. Но было ли это его желанием?..

Гелен стиснул копье, которым очерчивал круг. Рикерт продолжал играть с бароном. Но тот уже выдохся. А его тяжелое сиплое дыхание, наверное, было слышно даже на улице. Боевой азарт, правда, еще не прошел, но это могло случиться в любой момент. И тогда Юлих уж точно свалится на землю или даже на колени и будет просить пощады. Что же Рикерт делает? Чего он ждет?..

Рик ощутил усталость — все ж таки столько времени не брать в руки меч. Но, как бы там ни было, он вызвал барона на бой. А значит, медлить более нельзя. Пора принимать решение. Здесь и сейчас.

— Юлих! — позвал он, отступив на пару шагов.

— Что тебе, ублюдочный выкормыш?

Именно сейчас, получив передышку, барон опустил меч и наконец задумался о сдаче. И даже пожалел о своей ругани. Пожалуй, теперь противника не стоило оскорблять. Юлих отчетливо понял — ему не победить. А значит — самое время подумать о спасении жизни.

— Юлих, помнишь тот день, десять лет назад, когда Хаген изгнал меня? — тихо, чтобы услышал только барон, спросил Рик.

— Ну помню. И что?

— Ты понял, почему я хочу убить тебя?

— Кто тебя, уб… Кто тебя знает? Ты всегда был себе на уме.