Идеальная жизнь - Даниэла Стил

– До недавнего – это когда? – Его ручка в ожидании застыла над бумагой, пока Блейз придумывала, что сказать в ответ.

– Примерно месяц назад. Несколько недель назад мы расстались.

Она не стала рассказывать ему о своих душевных страданиях. Они никого не касались.

– Вы случайно не беременны?

– В моем возрасте? Вряд ли. По-моему, я уже слишком стара для таких вещей. По крайней мере, естественным способом, – ответила Блейз. Врач кивнул. Так оно и было. С другой стороны, всякое бывает, даже в ее возрасте. Не настолько она и стара. Сорок семь. Шансы забеременеть, конечно, малы, но полностью исключать такую возможность нельзя.

– Мы предохранялись, – поспешила добавить Блейз.

Правда, был тот самый первый раз, когда они потеряли голову, но такое случилось лишь однажды. Все остальное время они принимали меры предосторожности. Причем инициатива исходила от Саймона, который считал, что осторожность не повредит, даже если Блейз и относилась к этому легкомысленно.

– Презервативами?

Блейз кивнула.

– Вы не принимаете таблетки?

Блейз отрицательно покачала головой, хотя знала, что проколы бывают даже в этом случае. Но она всегда старалась, чтобы все обошлось без ненужных сюрпризов. Правда, один раз не сумела. И родила Салиму. Даже сейчас, когда беременность, казалось бы, ей не грозила, Блейз проявляла максимум осторожности, как, впрочем, и Саймон. Ведь они взрослые, ответственные люди. Им незачем рисковать.

– Вряд ли я беременна, – твердо заявила она.

– Возможно, и нет, но провериться не помешает. Надо будет проверить уровень ваших гормонов. Возможно, у вас низкий уровень эстрогена. Что является сигналом начала климакса.

Эти слова погрузили ее в еще большую депрессию. Блейз возразила, что у нее регулярные месячные. Вернее, были регулярными. Но после отъезда Саймона у нее начались нелады со здоровьем, причем по всем фронтам.

– Наверно, это все-таки анемия. Или я просто загнала себя работой.

– С вами ничего серьезного, – изрек врач, окончив осмотр. – Результаты анализов будут готовы завтра. Позвоните мне.

Спустя несколько минут Блейз вышла из его кабинета и отправилась домой. Вечером она чувствовала себя ничуть не лучше и рано легла спать. Салима вышла к ней после ужина.

– Извини, если я сейчас веду себя как настоящая зануда. Проклятый грипп никак не хочет меня отпускать. Как ужин? – безжизненным голосом спросила Блейз.

– Нормально, хотя и ничего особенного. Я пытаюсь учить Бекки готовить спагетти, как это делал Саймон, а также суфле. Но кухарка из нее никакая.

Ее дочь многому научилась от Саймона и теперь пыталась руководить Бекки. У Салимы имелись все его рецепты, которые она записала по системе Брайля, а также поваренная книга, его подарок.

– Суфле! Ты слишком многого от нее требуешь, – улыбнулась Блейз. Саймон был повар, как говорится, от бога. Рецепт для него был лишь источником вдохновения.

Они еще поговорили какое-то время, после чего Салима вернулась к себе в комнату поболтать с друзьями в фейсбуке. Блейз уснула. Проснулась она как обычно, в четыре утра, чувствуя себя совершенно разбитой. Ее состояние уже начало внушать опасения ей самой. Интересно, что сегодня скажет врач? Возможно, он прав: она действительно подцепила в другой стране или в самолете какой-то вирус. Ей казалось, что она умирает или, по крайней мере, серьезно больна. В голову тотчас полезли мысли про лейкоз или волчанку.

Впрочем, несмотря на упадок сил, утром Блейз сделала прекрасный материал по Ближнему Востоку. Гример вообще заявила, что она прекрасно выглядит, во что самой Блейз верилось с трудом. Чувствовала она себя хуже некуда и становилась собою прежней лишь на несколько минут в эфире. В некотором роде она ощущала себя старой клячей, от которой есть какой-то толк, лишь когда она работает.

В тот день на нее свалилось столько дел, что она забыла позвонить врачу. Его просьба совершенно вылетела у нее из головы. Поэтому в пять часов, когда от него ушел последний пациент, он позвонил ей сам.

– Похоже, мы оказались правы. У вас действительно анемия. Я пропишу вам, Блейз, препараты, содержащие железо. Кроме того, я думаю, что вы действительно где-то подхватили зловредный вирус. Но с этим особенно ничего не поделаешь. Вирусы не реагируют на антибиотики. Остается лишь ждать, когда организм справится сам. Будем надеяться, что через неделю вам станет лучше. Большинство вирусов долго не живут. Вы же сами сказали мне, что плохое самочувствие тянется уже около месяца.

Верно, уже около месяца. Недомогание она ощутила примерно через неделю после отъезда Саймона, а последние три недели чувствовала себя полной развалиной. Слова доктора успокоили ее. По крайней мере, ничего действительно страшного у нее нет. Главное, не паниковать и набраться терпения, тем более что теперь на ней лежит ответственность за Салиму.

– Спасибо вам, – сказала Блейз довольно спокойным тоном. Сказать по правде, она волновалась по поводу того, что покажут анализы. Теперь ей же, по крайней мере, известна причина. У нее анемия и вирус.

– И еще кое-что, – продолжил доктор. У Блейз екнуло сердце. Похоже, самый неприятный вердикт он приберег напоследок.

– Что-то серьезное?

– Все зависит от того, как вы на это посмотрите. Вы беременны, – произнес он. Блейз уставилась в противоположную стену. Она, часом, не ослышалась?

– Я? – переспросила она, не веря собственным ушам.

– Да, у вас высокий уровень ХГЧ, что хорошо, если вы намерены оставить ребенка[12]. Если считать от даты ваших последних месячных, вы на десятой неделе, если же от даты зачатия – то на восьмой. То есть где-то с первых чисел января. В любом случае вы уже на третьем месяце, – добавил врач, как будто речь шла о чем-то малозначительном. Блейз как будто получила удар под дых. Боже, что же ей теперь делать? – Думаю, вам нужно нанести визит вашему гинекологу, причем как можно скорее. Гинеколог наверняка захочет сделать раннее УЗИ, но я не думаю, что у вас по этой части будут какие-то проблемы.

Врач еще не успел закончить фразу, как Блейз поняла: в январе, вскоре после отъезда Саймона, у нее не было месячных. Тогда она решила, что во всем виноваты нервы. Она слишком переживала их разрыв и ничего не ела. В феврале история повторилась. И она вновь не придала этому особого значения.

– Гинеколог наверняка даст вам послушать сердцебиение плода, – добавил врач.

О господи, этого ей только не хватало! Блейз едва не вырвало. С другой стороны, теперь понятно, почему ее все время мутит. Кое-как поблагодарив врача и положив трубку, она взяла сумку и пальто и приготовилась уйти домой. Однако поймала на себе взгляд Марка, сидевшего за соседним столом.