Белая звезда - Александр Бауров

— Не знаю, но если до десяти вечера эльф тут не объявится, то можно считать, что все удалось, — ответил святой отец, потягивая игристое вино.

— Не сказал бы, что меня радует отсутствие вестей! Это хуже, чем даже плохие вести, — промолвил Рууд и тут же предложил тост за здоровье короля Эдрика.

— Смотрите, Эй-Той, похоже, также нервничает. Ещё не знает, что скоро сюда его авлийского друга на веревке приволокут, — усмехнулся Мартинсон, указав герцогу на подошедшего к главе разведки помощника минойца.

— Ну что, есть какие-нибудь вести от Лазарена? — сразу спросил Эй-Той.

— Нет, пока никаких вестей нет, ни магического послания, ничего. Он выехал куда-то на север, но мы не послали никого за ним, чтобы не навести людей канцлера.

— Да хранит его Велес! — Эй-Той посмотрел на Эльзу. С каким трудом она сдерживает себя! Ведь тоже переживает и за Ивора, и за Аделаиду.

Действительно, принцесса едва сдерживала себя. От отчаяния временами ей хотелось забиться в угол и разрыдаться. Уже объявляли второй танец, и её вел под руку блестевший роскошным камзолом золоченой парчи герцог Рууд с парадной канцлерской перевязью. Мастер Торребор тоже нервничал, к нему подошел Ламарк, только что извинявшийся перед королем.

— Вы случайно не знаете, где ваш герой, где Гримли Фолкин? Его величество дважды уже справлялся о нем. Мне просто неудобно придумывать новые бесталанные отговорки!

— Я сам не знаю, вместе с друзьями он уехал после финала. Гримли знает, какая это честь для него, для нас, для академии. Он не может так нас подвести!

Глава Академии хрустнул пальцами:

— Постарайтесь найти его, боюсь, тут не обошлось без вмешательства канцлера или Эй-Тоя, попытайтесь поговорить с ними!

Торребор кивнул. Было уже полдесятого вечера, и за окном начинал моросить дождь.

Южный Кревланд, Дрегонспир, то же время

В это время посол Дас в сопровождении стражи на подвижной платформе спускался в темную шахту. Он ждал, что его встретит сам хозяин этого места или хотя бы Синкат. Но только пара личей с жезлами наперевес торжественно приветствовали минойца, когда покинув дракона-духа, посол ступил на каменистую землю страны варваров. Позади остались несколько десятков ярдов в узком коридоре скальной породы, и вдруг где-то сзади раздался страшный грохот.

Земля заходила ходуном под ногами. «Землетрясение», — подумал Дас. Это был склон спящего, но курившегося вулкана. Камни сыпались так быстро, что сразу погребли одного лича, второй дернулся вперед, но и его отбросило в сторону. Посол впился астральным оком в его мысли, но там не было и намека на измену — лишь искренний страх быть заваленным в этом проклятом чреве горы.

Дас почувствовал потоки астрала, зовущие наружу, туда, где сейчас будет широкая пещера. Нужно было уносить ноги. Он отшвырнул к стене трепетавшего лича и двинулся вперед, создав для освещения перед собой маленький огненный шар. Негасимые факелы разом погасли с первым подземным толчком. Лич, прячась в темноте, полз у него по пятам.

Тут что-то не так, думал маг. Неужели Синкат всё-таки остался верен своему темному учителю?! Это невозможно, я читал его мысли, он боится и ненавидит Моандора, как он мог меня обмануть? Нет, не мог, это чья-то другая сила, чужая воля.

Сумеречный видел, что туннель ведет его к большому открытому пространству, куда падал узкий пучок света из расселины высоко под куполом, и тут же понял — навстречу идет очень мощный маг. Сильнее Кип-де-Зула, намного сильнее. Пред ним предстала огромная карстовая пещера, выбитая горячими парами и подземной рекой в этих горах. В самом центре вниз уходила бездонная черная расщелина. С потолка, чуть подсвеченные, свисали причудливые сталактиты. Стены были покрыты странным желтым лишаем и серной накипью. У окончания коридора виднелись какие-то крупные серые губчатые грибы.

Через расщелину проходил узкий, выложенный в скале мост той же горной породы, длиной пятнадцать-двадцать ярдов. Другой дороги на ту сторону, где в стене посол различал спасительные провалы туннелей, не было. Но главное — на той стороне моста его ждали. Высокая темная фигура в фиолетовом плаще. Из глазниц шлема бил багрово-красный огонь. Дас сразу узнал противника, но отступать было некуда — вал обломков и скрежет скал скрыли проход у него за спиной. Астрально готовясь к дуэли, посол осторожно ступил на мост.

— Для чего ты пришел сюда? — спросил миноец.

— Ты знаешь, — сухо ответил Нагаш и двинулся навстречу.

— Глупец, тебя используют, чтобы избавиться от меня, а потом он так же убьет и тебя самого. Мы с тобой привели к трону Агону чудовище. Выродка, для которого нет ничего неприкосновенного. Это он погубил мой мир! И ради своей гордыни он рано или поздно погубит всех вас! Его жажда власти абсолютна, а вы в его глазах ничего не стоите! У нас есть единственный шанс, если ты сейчас присоединишься ко мне, мы вместе подготовим выступление, пока он не завладел полиархом. Подумай, мы ещё можем спасти Темный круг?!

Нагаш на миг задумался над словами сумеречного, он знал, сколь огромна доля правды в этих словах. «Рано», — решил нойон.

— Я не веду переговоры с приговоренными к смерти. — Нагаш выхватил из жидкой брони гладиус, призвал тонкое багровое лезвие, с шипением вспоровшее воздух.

— Значит, себе ты выбираешь тот же приговор! — вскричал Дас и выпустил в грудь нойону ослепительно-белую молнию.

Южная Эрафия, Клекстон, то же время

Склады на северной окраине горели. Эльфийские стрелы врезались в деревянные стены, разлетаясь в разные стороны яркими сполохами. Все здание сотрясалось от ударов. Балки, стружки и деревянная труха быстро и яростно занимались огнем. Гримли и Ивор рубились рядом, не давая вампирам их окружить. У Илирвен почти иссяк запас стрел, но он не был истрачен зря. Несколько вампиров обгоревшими дымящимися холмиками лежали на полу. Толин и Марк прикрывали эльфийку, которая, взгромоздившись на какие-то ящики, была недоступна для нежити.

Адепты ордена тоже сражались отчаянно. Трое из них погибли, а один был ранен, вот-вот мог умереть, дать противоядие было некому. К счастью, антимагическое поле Саллека пробудило от наколдованного эльфом сна многих монахов. Сперва они были легкой добычей для вампиров, но уцелевшие смогли оказать достойное сопротивление и бились в одном строю с теми, кого должны были арестовать несколько минут назад. Ивор сошелся с самим Саллеком — как оказалось, он один мог выдержать или хотя бы отклонять его сокрушительные удары.

Гримли на миг вспомнил об Аделаиде, повернулся и не увидел её, девушка скрылась на втором этаже за широкой балкой, пала на колени и молилась. Вампир наседал на победителя турнира, отчаянно размахивая острыми стилетами, то и дело стараясь вцепиться клыками в руку. «И как такие острые и тонкие лезвия не ломаются под ударами двуручного меча», — поражался юноша. Сзади к нему подскочил вампир, упавший со второго этажа, обожженный огнем Илирвен. Гримли подпрыгнул и оказался за торчащей из стены балкой. Стилет первого вампира вошел в неё и застрял. Гримли резко взмахнул мечом и перерубил его конечность с одного удара. Брызнула черная кровь. Кисть отрубленной руки посерела и скукожилась.

В тот же миг в ногу Гримли вцепился другой монстр Саллека. Его когти скребли, обдирая железную поножу, закрывавшую голень. Гримли обернулся и ударил противника по лицу, но не смог срубить ему голову. Как же тяжел и неудобен двуручный меч! С ним нельзя биться против этих тварей. Оглушенный ударом, вампир покатился в сторону. Но на Гримли полетело огромное бревно. Это Саллек, уворачиваясь от выпада Ивора, смог отбросить массивную преграду и заодно помочь своим отступившим было собратьям.

Гримли увернулся, прыгнул, зацепился ногой за какой-то обломок старой мебели и рухнул на пол. На него обрушилась целая гора досок и мусора, оцарапала и разодрала кожу на голове ржавыми гвоздями. Оглушенный прежним ударом, вампир поднялся, бросился к юноше и вцепился зубами в руку. Дикая боль. «Яд, у них в слюне яд», — почувствовал Гримли. Жгучую боль в руке мгновенно затмила ненависть к этим тварям, что хотят убить и искалечить его. Он почувствовал вновь ту клокочущую силу, с помощью которой чуть не убил Мантиса при поступлении в академию. Разорванная рана на руке Гримли полыхнула белым огнем, вмиг охватившим лицо отшатнувшегося вампира. Монстр вскочил, замахал руками, поранил стилетом своего же собрата и с жутким воем бросился прочь, у самого выхода повалившись на землю. К Гримли прорвался Ивор и помог ему встать.

— Колдуй, колдуй дальше! Иначе нам не продержаться, пока люди в городе не поймут, что произошло!

— Марк, — вскричал Гримли и указал рукой эльфу.