Возлюбленная - Бертрис Смолл

Он повернулся и закрыл дверь. Здесь, в этой камере, для нее должна начаться новая, неизвестная жизнь в непривычном окружении.

20

Джеффри Уоррингтон присоединился к толпе почтенных господ в париках и бархатных камзолах. Джентльмены уже осушили свои бокалы и начали протискиваться к арене для петушиных боев дворца Уайтхолла. Джеффри никогда серьезно не относился ни ко всякого рода играм, ни к развлечениям. Сегодня же ему было как-то неспокойно, оттого, по-видимому, он решил отвлечься чем-нибудь. До этого он пообедал в престижном «Черном Буйволе», потом отправился на представление в королевский театр, но вскоре ушел оттуда, не воспринимая должным образом происходившее на сцене.

Затем нанял для себя прогулочную лодку и поднялся вверх по реке до дворца. Там сошел на берег и растворился в толпе людей, гуляющих в роскошных галереях и садах. Завтра вечером он с Дизайр должен быть здесь на балу. Собирались прийти сюда и Ровена с матерью. Пока же он бродил в одиночестве, подумывая о том, что ему нужно примкнуть к мужской компании возле арены для петушиных боев.

Петушиные бои со времен Генриха VIII, который собственно и построил арену во дворце Уайтхолла, были излюбленным развлечением в королевстве. При Стюартах они считались зрелищем, предназначенным сугубо для избранной придворной публики. При Кромвеле петушиные бои упразднили, и вот теперь король Карл вернул им прежнюю популярность.

Джеффри не увидел возле арены его величества. Король, без сомнения, предавался более приятным интимным занятиям в обществе леди Кастлмейн. Он выделил ей во дворце отдельные роскошные апартаменты. Отсутствие монарха не снижало энтузиазма собравшихся зрителей, которые окружили арену.

– Пятьдесят гиней за серого!

– Я ставлю на черного альбемарльского! Это самый лучший боец из всех, которых мне приходилось видеть!

Петухов натаскивали для боев, когда им исполнялся год. Им подрезали крылья и на одну треть укорачивали хвост. Подстригались также перья вокруг шеи и хвоста и, кроме этого, еще и хохолки, чтобы они не могли служить дополнительной мишенью для противника.

Служители выпустили птиц из мешков. Джеффри попятился назад, подальше от арены. Серый петух взметнулся в воздух и с быстротой молнии налетел на другую птицу, ударив ее клювом в горло. У несчастного петуха брызнула кровь. Часть ее попала на белоснежные рюши зрителей, которые совсем близко стояли возле петухов. Черный петух нанес ответный удар, воспользовавшись своими двухдюймовыми шпорами. Шпоры у того и другого находились в отличном состоянии.

Когда Джеффри сделал шаг назад, он почувствовал, что кто-то дотронулся до его руки.

– Уж не собираетесь ли вы уходить, Уоррингтон? Самое интересное еще впереди.

Он обернулся и сквозь табачный дым увидел круглое кирпичное лицо лорда Боудина. Из-под туго обтягивающей его плотное тело светло-коричневой бархатной одежды выглядывала расшитая золотом туника. На нем были широченные панталоны из коричневой тафты с отделкой из ленточек. В руках его светлость держал уже наполовину пустой бокал с вином. По его пылающим щекам, блестящим глазам и слегка невнятной речи было нетрудно догадаться, что он уже достаточно пьян.

– Один из моих петухов – Старое Медное Крыло – будет участвовать в следующем поединке. Я могу точно сказать, что он непременно победит. Тренер тоже присутствует здесь. Он подтвердит это. – При этом джентльмен похлопал Джеффри по груди, как бы придавая большую уверенность своим словам. – Ставьте деньги на моего петуха. Это беспроигрышный случай!

От лорда несло, как из винной бочки. Не в состоянии переносить такую концентрацию паров спиртного, Джеффри посторонился.

– На этот счет у меня нет никаких сомнений. Второго по храбрости петуха должно быть не найдется, – вежливо сказал он. – Но мне необходимо уйти по делам.

– Бери пример с меня, мой мальчик. Ничто не поднимает настроение лучше, чем хороший бой. А если к этому еще добавить пару бутылочек, то все печали, как рукой снимет. Поверь мне. Делай, как я говорю, и все забудется.

– Забудется? Вы о чем?

– О том, что случилось сегодня в полдень. Худшее просто трудно вообразить. Но я должен тебя успокоить. Ты не первый, кто пострадал из-за пары красивых женских глаз и прелестных форм.

«Черт побери, о чем он говорит?» – не решился спросить вслух Джеффри. Потом неуверенно произнес:

– Простите, Боудин, но я не…

Крепко выпивший краснолицый мужчина не дал ему договорить и сильно сжал его руку.

– Вы ни в чем не виноваты, – назидательным тоном сказал он. – Просто она оказалась очень ловкой, эта ваша маленькая шлюха. Такие могут ввести в заблуждение и гораздо более опытного, чем вы, мужчину. Поверьте мне, Уоррингтон.

– Боюсь, что в этом смысле я сильно проигрываю вам, – хотел продолжить разговор Джеффри. Внутри у него появилось неприятное, тревожное чувство.

В этот момент раздался громкий крик. Серый петух снова бросился в атаку и клювом насквозь пробил горло противнику.

– Отлично! Но это еще не все!

– Догони его! – Боудин криками подбадривал серого петуха. – Догони и добей его!

Напрасно рассчитывал Джеффри уйти незамеченным. Стоило ему попытаться высвободить руку, как тот крепко схватил его за плечо.

– Нет такой женщины в мире, которая могла бы лишить меня ночного сна. Ни одна из них не стоит этого, мой мальчик. А твоя потаскушка с зелеными глазами получит по заслугам.

Возмущенный Джеффри так сильно отдернул руку, что Боудин едва не потерял равновесие. «Дизайр! Этот ублюдок еще смеет говорить подобные слова своим зловонным ртом… Кто позволил ему так говорить о ней?»

– Если вы имеете в виду мисс Гилфорд, сэр, то я настаиваю, чтобы вы объяснили свои высказывания.

Боудин в недоумении вытаращил глаза.

– Какие объяснения вам нужны? Она стояла вот так, как вы сейчас. Если вам угодно, с наглым видом. К тому же в ушах у нее были изумруды леди Киллегрю, не больше и не меньше. Меня пригласили в магистрат, чтобы я опознал драгоценности. Что я и сделал.

Теперь Джеффри застыл от удивления, пытаясь до конца осмыслить слова лорда.

– Какой черт понес вас туда рассказывать об этом? – вскричал Джеффри. В волнении он не отдавал себе отчета в том, что его поведение в глазах Боудина выглядит оскорбительным.

– Ради Бога, молодой человек, опомнитесь! Вы сейчас сами не понимаете, что говорите. Вы что, действительно ничего не знаете? – Лорд Боудин похлопал глазами, что сразу сделало его похожим на сову. Потом потряс головой, будто выгоняя дурман из головы. – Должно быть, ваша сестра не потрудилась сообщить вам об этом. Но вы, наверное, представляли себе, что ваша сестра не питала симпатии к этой девке.