Наследие Судьбы. Книга вторая - Дарья Владимировна Зубкова

игре нет, а все уровни пройдены? Ты просто бесцельно бегаешь по локациям, выполняя второстепенные и незначимые квесты. Это как в фильме «День сурка». Ты застрял во временной петле, из которой нет выхода.

— Интересное сравнение, — сказал Влад, пытаясь скрыть напряжение. Я чувствовала, что мои слова задели его. — Думаю, мы можем закончить завтрак и продолжить путь. Нас ждет работа.

— Влад, ты ответишь на мой вопрос?

Он помедлил, прежде чем встать из-за стола.

— Может быть, когда-нибудь я и отвечу тебе. Но сейчас я не хочу продолжать этот бессмысленный разговор. Мы слишком разные, чтобы понять друг друга, и наши взгляды кардинально отличаются. Поэтому заканчивай со своим задушевным допросом и включайся в работу. Пора узнать правду о нашем загадочном убийце и разобраться в этом беспорядке.

Глава 16

Перед нами была глухая железная дверь. Мы с Владом вновь надели образы представителей государственных органов, подготовили все необходимые документы и заранее обсудили, о чём будем спрашивать девушку и её родителей.

Я позвонила в дверной звонок, и пока мы ждали, я нервно теребила край своего плаща. За дверью послышались шорохи, а затем в подъезде раздался чей-то хриплый и глухой голос:

— Чем я могу вам помочь?

— Добрый день, — начала я разговор в той манере, которую обычно наблюдала у следователей во время работы в Следственном комитете. — Я следователь Валерия Вадимовна Петрова, а это Владислав Владимирович Смирнов, прокурор из транспортной прокуратуры. Мы хотели бы поговорить с Юлией Сорокиной об авиакатастрофе, произошедшей во время крушения частного рейса, летевшего из Кипра в Ростов-на-Дону.

— В чём дело? — голос за дверью звучал грубо и напряженно. — Я уже много раз общалась с вашими коллегами, мне нечего добавить.

— Мы проводим дополнительное расследование и пытаемся заполнить пробелы в этом деле. У нас есть пара вопросов, на которые сможет ответить только Юлия.

— Предъявите удостоверения, тогда, возможно, мы поговорим.

Я и Влад показали заранее подготовленные удостоверения, развернув их перед глазком двери. В подъезде раздался звук щелчков затворов, и дверь перед нами открылась. На пороге стояла пожилая женщина, которой на первый взгляд можно было дать не более шестидесяти лет.

— Вы можете пройти в квартиру. Но предупреждаю, что Юля не в лучшем состоянии и вряд ли вы добьетесь от нее внятных ответов.

— Мы попробуем достучаться до вашей дочери, — Влад говорил строгим и собранным голосом. — Нам крайне важно поговорить с Юлией и выяснить все обстоятельства произошедшей катастрофы.

— Спасибо за разрешение поговорить с вашей дочерью, — я посмотрела на женщину сочувствующим взглядом. — Нам искренне жаль, что с Юлией произошла подобная трагедия.

— Спасибо, — женщина изобразила тяжёлый вздох. — Подумать не могла, что дочь сойдёт с ума на своей работе. Она ведь всегда была открытой, общительной и активной девочкой. Она не могла потерять себя и свой рассудок…

— Что вы хотите этим сказать? — слова женщины вызвали у нас удивление. — Ваша дочь потеряла рассудок?

— Именно. После этого злополучного рейса Юля вернулась домой сама не своя. А ведь она даже не попала на этот проклятый самолёт! Юля сошла с ума до авиакатастрофы.

— Как вы думаете, что могло привести вашу дочь в такое состояние? Мы полагали, что она пострадала при крушении самолёта, и это повлияло на её разум.

— Мы до сих пор не можем понять, что могло повредить рассудок нашей Юленьки. Она пришла домой и начала говорить что-то неразборчивое. Юля стала закрываться у себя в комнате и не выходила оттуда неделями. Мы с мужем обращались к психологам и психиатрам, но все они говорят, что у нее сильный стресс и испуг, которые сломали ее психику и повредили разум.

— Как вы думаете, какой стресс могла испытать ваша дочь на работе?

— Если бы я знала, я бы не сидела сложа руки и не наблюдала за всем этим ужасом на протяжении всех этих месяцев, — женщина отошла в сторону, пропуская нас внутрь. — Я провожу вас к дочери, и вы увидите всё своими глазами.

Женщина повела нас в самую дальнюю комнату дома. Постучав в дверь нежным и заботливым голосом, она спросила:

— Милая, как ты? К тебе пришли гости. Эти милые люди хотят поговорить с тобой и спросить о важных вещах.

— Говори не говори, — раздался из-за двери глухой женский голос, — всё равно в этом нет никакого смысла.

Женщина пожала плечами и жестом указала нам на дверь. Влад решился открыть её первым и немедленно проследовал в комнату девушки. Я не стала медлить и поспешила за ним.

Когда я вошла в комнату девушки, первое, что бросилось мне в глаза, — это небольшая двуспальная кровать и стол с зеркалом, заставленный косметикой и разнообразными флаконами. В комнате царил настоящий хаос: на небольшом журнальном столике стояла грязная посуда, повсюду были разбросаны скомканные листы бумаги, а по полу — женские вещи и разнообразная обувь.

На подоконнике перед окном сидела девушка. У неё были аккуратные черты лица, тёмные волосы, которые из-за отсутствия ухода спутались и приобрели жирный блеск. Губы девушки были обкусаны до крови, о чём говорили бурые корочки на их сухой поверхности. Под огромными голубыми глазами залегли тёмные синяки, а когда-то румяное лицо имело болезненно-бледный оттенок. Она сидела на одном месте и водила пальцем по стеклу окна.

— Юлия, вы не против поговорить с нами? — первым взял себя в руки Влад и попытался заговорить с девушкой.

— Какой смысл в разговорах? — не отрываясь от своего занятия, девушка продолжала смотреть в окно.

— Мы хотели бы узнать, что произошло в тот день, когда вы должны были лететь из Кипра в Россию.

Девушка перестала двигаться. Ее пальцы, которые только что были у окна, сжались в кулаки. Голова упала на колени, как будто она хотела спрятаться от мира, закрывшись руками.

— Нет, нет. Всё хорошо. Всё очень хорошо.

Мы с Владом переглянулись. На наших лицах застыли ужас, растерянность и недоумение.

— Что будем делать дальше? Девушка явно не в себе и не сможет поговорить с нами в таком состоянии.

— Нам нужно восстановить её разум. Иначе все наши действия будут напрасны, и мы снова окажемся в тупике.

— И как ты предлагаешь это сделать?

— Мы сделаем это вместе. Сейчас ты и я займёмся этой несчастной. Мы должны найти часть её здорового сознания и попытаться вытащить его наружу.

Когда мы с Владом подошли к девушке, мы положили руки ей на голову. Через минуту она вошла в транс и словно окаменела. Я закрыла глаза и попыталась отыскать остатки сознания Юлии. И вот, спустя