«За други своя…». Хрестоматия православного воина. Книга о воинской нравственности - Е. Ю. Голубева

Падение незыблемого прежде русского благочестия выразилось в запальчивой фразе воеводы Василия Борисовича Шереметева: «При моих силах можно с неприятелем управиться и без помощи Божией!» Судьба судила ему убедиться в своей опрометчивости: после разгрома и капитуляции под Чудновым (1660 г.) он 22 года провел в татарском плену.

Но когда древнее благочестие было уважаемо, помощь Божия являлась русским воинам в нелегкой войне 1654-1667 гг., как это случилось с Новгородским полком русской армии, попавшим в безвыходную ситуацию в ноябре 1655 года.

«Статьи» к боярину князю С. А. Урусову[186] (5 октября 1655 г.)[187]

Должно тебе, боярину нашему и воеводе князю Семену Андреевичу Урусову идти по нашему государеву указу прямо за Неман под Брест и под иные города. И прося у Бога милости, и у Пречистой Его Матери, общей нашей Заступницы и страшной Воеводы, Пресвятой Богородицы, Ей же никто сможет против силы Ее стать, и по молитвам всех святых поступать с теми городами милостивым или жестоким образом. И делать тебе так наше дело, сколько силы вашей и ратных людей будет.

А как пойдешь, [надобно] взять на помощь престрашное и грозное оружие, Честный и Животворящий Крест Господень, пред Ним же все враги рассыплются в прах, и тебе надобно брать города и шляхту и мещан уговаривать, а как сдадутся, велеть дворянам к вере приводить. А если не сдадутся, то тебе надо будет действовать силой сообразно.

Отписка боярина князя С. А. Урусова о походе на Брест и победе при Верховичах

(17 ноября 1655 г.)

Государю, царю и великому князю Алексею Михайловичу всея России самодержцу холопы твои Сенька Урусов с товарищами челом бьют.

В нынешнем, государь, во 164-м году [7164 (1655)] по твоему великого государя указу пошли мы с ратными людьми из Ковно к Бресту октября в 23 де[нь]. А к Бресту пришли ноября в 13 день.

Гетман Павел Сапега[188] со многими польскими людьми на Брестском поле стоят в готовности, и начал наступать и начал бой. И твоих государевых ратных конных людей сотни правого фланга сбили, а с левого фланга сотни побежали, а твое государево знамя, и меня, и пехоту покинули. А дворян и есаулов и знаменщиков осталось человек двадцать, и я с теми дворянами стоял у пехоты. И как литовские люди начали пехоту сечь и меня окружать, пошли мы к артиллерии отходом. А полковник Мартын[189] начал стрелять из пушек и польских людей отбил. И тогда, государь, немногие из дворян, оправившись, на польских людей наскочили и многих людей побили и языков взяли пять человек. Да в том же, государь, бою побито и в плен взято дворян и детей боярских тридцать человек, да луцких казаков побито и в плен взято двадцать человек, да Мартынова полку Кормихеля двух майоров, да двух капитанов, да начальных шесть человек, да драгун двести семь человек, убит полуполковник, да с ним начальных людей два человека да драгунов восемьдесят шесть человек. И того же числа мы, отойдя от Бреста пять верст, стали за переправами за рекой Стодолом.

И польские, государь, люди из Бреста в ночи приведя артиллерию, начали по нам стрелять, а нас из обоза выбили и перестреливались [мы с ними] через реку с утра до вечера. А конным людям нас быстро обойти было невозможно, потому что мы переправы пожгли от себя верст по десяти. А сами мы в ночи, отойдя от Бреста двадцать пять верст, стали в деревне Верховичи. И гетман Павел Сапега с польскими людьми нас осадили, и дороги и воду перехватили, и стояли мы на лошадях два дня и две ночи. И приезжали к нам поляки, а подъехав, просили, чтоб говорить о добром деле.

И на съезде, государь, поляки говорили, чтоб мы с твоими государевыми ратными людьми ему, Павлу Сапеге, стали подданными. Да им же отдать твое государево знамя и артиллерию, и порох, и свинец, и мушкеты и сотенные знамена, и города, расположенные по реке Неману. И мы приказали им во всем отказать: не только твое государево знамя и казну не отдавать, но и остальные ваши польские города и артиллерию хотим мы сами взять милостью Божией и твоим государевым счастьем.

И на другой день полки стали по обе стороны в готовности поблизости и обступили нас со всех сторон. И Павел Сапега начал бой и велел по твоему государеву знамени и по нам из пушек стрелять, и роты их конные начали съезжаться, и пехота их на [наши] сотни наступать. И товарищ мой, князь Юрий[190], с полком наскочил на гусарскую роту, а я со своим полком на роты и на пехоту. И милостью, государь, Божией, и Пречистой Богородицы помощью, и московских чудотворцев Петра, и Алексея, и Ионы, и Филиппа митрополитов и всех святых молитвами, и твоим великого государя, царя и великого князя Алексея Михайловича всея России самодержца счастьем, и отца твоего государева и богомольца великого государя святейшего Никона, патриарха Московского и всея России молитвами гетмана Павла Сапегу и польских людей побили наголову, а секли их и гнали за шесть верст до Бреста. А самого Сапегу с лошади сбили, а гусар, и венгерскую пехоту, и с начальными людьми, и с пушкарями всех посекли. Да взято, государь, в бою четыре пушки с пушечным запасом, да двадцать восемь знамен, да тридцать шесть литавр и барабанов, да языков пятьдесят человек.

Отписка боярина князя С. А. Урусова о видении архангела Михаила в битве при Верховичах

Государю, царю и великому князю Алексею Михайловичу всея России самодержцу холопы твои Сенька Урусов с товарищами челом бьют.

В нынешнем, государь, в 164-м году [7164 (1655)], отойдя от Бреста двадцать пять верст, в деревне Верховичи стали, и Павел Сапега начал готовиться с польскими людьми против твоих государевых ратных людей к бою. И я, холоп твой, велел до боя твое государево большое знамя вынести и распустить. И начали у Всесильного в Троице Славимого Бога и у Пречистой Его Богоматери Пресвятой Богородицы и у всех Небесных Сил помощи просить и молебствовать, и воду велели святить и твоих государевых ратных людей кропить.

И вскоре после того начался бой, и в бою, государь, взяты языками полковник Станислав Липницкий да князь Александр Полубенский. И в допросе они сказали: когда польские люди готовились в поле к бою, в то-де время в полку у нас вынесли и распустили твое государево большое знамя. И как то знамя распустили, то