Распутья. Добрые соседи - Оксана Панкеева

Последнее наставление показалось Кире лишним, во всяком случае применительно к Кантору. Бедняга так надеялся отвертеться от встречи с Флавиусом, и на тебе!

Она сочувственно взглянула на его вытянувшуюся физиономию и развела руками.

– Иди зови. Да не расстраивайся, подумаешь, пару слов сообщить. Зато теперь тебе не придется летать на Хриссе, чтобы забрать Ольгу.

Флавиуса Кантор нашел в одном из дворцовых подвалов, у двери бывшего овощехранилища, наспех переоборудованного в тюремную камеру. Изнутри кто-то отчаянно бился в дверь и истошно вопил:

– Витька, скажи им! Скажи, что меня можно обменять! Что им за меня заплатят! Что я не просто так, я из другого мира! Я им столько могу рассказать! Меня нельзя вешать! Ты же меня узнал! Мы же работали вместе, мать твою, мы же товарищи! Скажи им!

Висящий на плече охранника Виктор только болезненно морщился при каждом новом крике. Флавиус с отрешенно-задумчивым видом внимал, медленно переводя взгляд с него на дверь и обратно.

– Что он имеет в виду? – поинтересовался наконец он. – Вы действительно друзья?

– Просит, чтобы я за него вступился, – хмуро пояснил рыжий. – Это было всего лишь деловое знакомство, для дружбы наши Оазисы слишком далеко, просто в такой ситуации за соломинку хватаешься… А вы что, в самом деле их казните?

Флавиус столь же задумчиво заглянул в папку.

– Я еще не решил. Остальных – непременно, причем показательно и публично, а насчет него надо посоветоваться с его величеством.

Он заметил Кантора и уделил ему выразительный взгляд, вопрошавший: «Тебе что здесь надо?»

– Вас ждут в кабинете его величества, – коротко и четко изложил Кантор.

На лицо главы департамента снизошло такое нечеловеческое удовлетворение, словно он получил долгожданный и желанный подарок.

– Сию минуту. Госпожа регент и ее величество уже уведомлены?

– Да.

– У вас есть другие поручения в данный момент?

– Пока нет, а что?

– Проводите господина Виктора обратно в лазарет. Он еще не вполне оправился и не может ходить самостоятельно.

Кантор послушно подставил плечо, радуясь, что не пришлось сопровождать самого Флавиуса.

– Вы и правда знакомы? – тихо спросил он, когда они общими усилиями доковыляли до лестницы.

– Правда, конечно, – уныло признался Виктор. – Приятелями не были, но по региону все агенты друг друга знали. Я даже подумать не мог, что кто-то из наших на подобное подпишется… А уж чтобы аж трое…

– Он здесь еще и не один?

– Здесь – один. Еще два в леднике. Они всей операцией командовали. Черт, ну неужели, потеряв работу, можно вот так сразу же потерять и совесть? Знали же, во что лезли…

– Ты лучше вот над чем подумай. Твой этот знакомый – он идиот или сволочь? Он так одурел со страху, что не подумал, как тебя подставляет своими воплями, или нарочно хотел сдать?

– Не знаю. Еще может быть – рассчитывал, что никто, кроме меня, его не поймет. А может, им и в самом деле дали инструкции в случае чего сливать правду и провоцировать контакт. Не знаю, ей-богу. Но в любом случае тошно от всего этого.

Выбравшись на первый этаж, они остановились передохнуть.

– И как тебя Флавиус сюда дотащил? – подивился Кантор, пользуясь случаем, чтобы сменить плечо. – Он же сам на одном упрямстве держится.

– Сюда я сам дошел, – печально поведал Виктор. – А потом у меня опять нога отказала. И зря ты с другой стороны забегаешь, не получится. Эта рука у меня с самого утра висит.

– И долго это у тебя будет?

– Понятия не имею. Будешь смеяться, даже производители стимулятора не знают. Дэн вчера туда дозвонился, хотел что-нибудь полезное выяснить… А откуда им знать, если они никогда не тестировали препарат на совместимость с правдоделами и гномьими грибами, причем одновременно и с передозом… Страшно хотели посмотреть своими глазами, изучить и накропать пару статей в научные журналы. Могу поспорить, еще и дружно удивились, что жив остался, только Дэн об этом тактично умолчал. Ну, пойдем дальше, что ли. На меня и без того все как-то странно смотрят…

– Еще бы, – фыркнул Кантор. – После того как ты спас Элмара и торжественно въехал сюда на его Орке, которого, кстати, потом едва поймали четыре паладина, ты здесь теперь герой. Не как с тем дурацким пророчеством вышло, а настоящий.

– Хорошо хоть поймали, – вздохнул Виктор, аккуратно обходя вопрос о своем героизме. – Я больше всего боялся, что, если свалюсь, он вразнос пойдет.

– И тебя сожрет первым? – поддел его Кантор.

– Ломать зубы о паладинский доспех, когда вокруг полно добычи помягче? – в тон ему отозвался герой.

– А, тебе уже рассказали?

– О чем?

– Как он при поимке сломал четыре зуба, пытаясь выгрызть из панциря одного из ловцов?

– Нет. Но ничего удивительного. В его жизненном опыте паладинские доспехи не присутствовали. По крайней мере, на зуб их пробовать не доводилось. Элмар как-то ни разу ему такой возможности не предоставил. Кстати, ты с ним виделся ночью? Ну, там, во снах?

– Сегодня я слишком много ходил по верхнему Лабиринту и в нижний не спускался. А что?

– Да мне показалось, к нему уже не надо спускаться так далеко.

– Сегодня проверю, – пообещал Кантор и немного замедлил шаг, чтобы пропустить санитара с двумя ведрами. – А что у вас тут сегодня случилось, если Тереза с утра полировала мозги санитарам, а они теперь все скребут и надраивают?

Виктор со скорбным сочувствием оглянулся на пробежавшего труженика и вполголоса пояснил:

– Да вроде как в нашей палате таракана нашли. Поскольку я его с Каппы завезти не мог никак, мне начинает казаться, что эти твари разумны и нарочно меня преследуют.

– Да ну, чушь… – Кантор остановился в дверях, так как дорогу им загородил еще один санитар, отчаянно натирающий пол. – У нас, можно подумать, своих тараканов нет.

– Но она сказала – гигантский, – пояснил Виктор. – А гигантские тараканы…

Санитар остановился, поднял голову и сообщил:

– Не таракан это был. Скорпион мистралийский.

– Откуда он мог здесь взяться?

– Не знаю, может, ты приволок. Но точно не таракан. Нам эту дрянь всем чуть ли не под нос ткнули, как вещественное доказательство. Я хорошо рассмотрел, хоть он и раздавленный.

– Не говори ерунды, – рассердился Кантор. – Я не из Мистралии сюда приехал. Там, где я был, скорпионы с доброго пса размером, и раздавить их… – Он вдруг споткнулся на полуслове и торопливо уточнил: – А господин Флавиус его видел?

– Видел, видел, – ответил за парня Виктор. – Ему, кстати, тоже досталось за то, что под кроватью сидел. Вот ты можешь предположить – зачем?

– Наверное, кого-то поджидал, – пожал плечами Кантор, сообразив, что раз Флавиус промолчал, то у него наверняка были причины, и, если сейчас поделиться догадками с кем не следует, он наверняка будет очень недоволен. – В засаде. Скорпиона, например.

– Не смешно, – проворчал санитар и посторонился, пропуская их. – Вот натопчете тут сейчас, а мне потом перемывай…

– Как все прошло? – сдержанно поинтересовался Элвис, поскольку понять что-то по физиономии любимой сестрицы было не проще, чем вычислить, когда блефует в карты кузен Шеллар.

– Наилучшим образом, – так же сдержанно отозвалась Элизабет. – Все как ты и рассчитывал. Я только что получила сообщение из Маунтшира. Секретарь градоначальника взят под стражу аккуратно, без шума и вне дома. Дом обыскали, комнату нашли. Сейчас задержанный и все документы по делу уже на полдороге к столице. Как ты и приказал, на месте его не допрашивали, везут к нам.

– Прекрасно, – одобрил Элвис.

– А теперь, может быть, ты объяснишь – хотя бы лично мне, что это все значит и каковы наши дальнейшие действия?

– Помнишь дело лорда Сильверстоуна? – вопросом на вопрос ответил король.

Госпожа министр едва заметно нахмурилась.

– Связь между этими делами я заметила без твоих напоминаний. Меня интересуют более конкретные вещи.

– Вот их мы и будем выяснять.

– Откуда сведения, ты мне тоже не скажешь?

– По оперативным каналам.

– Элвис, все оперативные каналы идут через меня.

– Не все. Но арестованный об этом догадываться не должен.

– Тебе не кажется, что проще ввести меня в курс дела, чем рассчитывать, что я сумею это достоверно изобразить?

– Бетти, если бы я хоть на мгновение в тебе сомневался, я бы непременно разжевал тебе все, как Ноне, в терминах начальной школы для благородных девиц. Но поверь, лучше будет, если ты поймешь все по ходу разговора. Сама увидишь.

– Если ты так говоришь, – бесстрастно согласилась принцесса Элизабет. – Теперь касательно второго твоего поручения. Я подумала, что оптимальным вариантом будет использовать Мэри Энн.

Элвис вежливо кивнул в знак согласия. Младшая кухарка с черной кухни Мэри Энн слыла при дворе бичом божьим и карой небесной: криворука, ленива, феерически глупа, и даже ее смазливая мордашка, которая, по мнению прочей прислуги, до сих пор спасала девицу от неизбежного увольнения, в последние годы начала увядать. На самом же деле причина загадочной неистребимости Мэри Энн таилась в другом. Любимым занятием младшей кухарки было собирать и разносить сплетни, что делало ее бесценным инструментом для слива информации или запуска дезинформации в случае надобности.