Однажды в Марчелике 4 (СИ) - Сухов Лео

— Обещаю, — вздохнул метен Флинт, а затем неожиданно для самого себя проговорил: — Хотя нет… Лучше я поеду с вами!

Откровенно говоря, ему тоже больше нечего было делать на Старом Эдеме. Однако он и сам себе в этом пока не хотел признаваться. А ещё ему очень хотелось подольше побыть с дочерью, которую, как ему раньше казалось, он потерял насовсем… Что бы там ни происходило в жизни Пеллы, будь это даже брак с касадором, ему было и вправду интересно рядом с ней.

Личные проблемы Кристиан привык решать в свободное от службы время. Хотя, конечно же, и пользовался иногда служебным положением, чтобы добывать информацию. И в этот раз он входил в шатёр командования со смешанным чувством страха и опасения. Потому что впервые собирался смешать эти самые личные дела и службу…

Конечно, Кристиан понимал, что его предложение может заинтересовать генерала. Однако в глубине души и сам понимал, что просто пытался спасти Георга от неловкой ситуации. Может быть, Пелла и не исчезла бы снова в неизвестном направлении, но отцу ещё несколько дней пришлось бы ждать её возвращения. А так — с ней будет Кристиан. Пусть из него в прошлом получился не слишком надёжный защитник. Но уж просто рядом помаячить он может, чтобы старый Георг Флинт не волновался. Это несложно.

— Как ваши дела, фортис? — спросил генерал, заметив появление адъютанта. — Нашли свою подругу?

— Нашёл, фортис генерал! — бодро отрапортовал Кристиан.

— Значит, ваши дела здесь заканчиваются! — генерал как раз согнулся над картой, лежавшей на столе. — Месяц-два, и нас отзовут обратно на Старый Эдем. Вы успели вовремя…

— Фортис генерал! — Кристиан позволил себе небольшую паузу, подбирая слова. — Разрешите доложить. Моя подруга и пара десятков касадоров собираются на север. Они узнали, что там располагается лагерь некоего метена Томази, главы мятежников, обосновавшихся в Мезализе.

— И что они хотят? — напрягся генерал Форестер.

— Хотят «пристрелить ублюдка, и все дела». Они так сами сказали, — отрапортовал Кристиан. — Я взял на себя смелость предположить, что вы, фортис, возможно, захотите отправить десяток солдат в помощь касадорам.

— Интересная мысль!.. — неожиданно подал голос бледный тип из военной разведки. — Это было бы неплохим завершением кампании под Мезализой.

— Согласен, но всё же десяток солдат… — генерал задумался. — Это не слишком представительная делегация. Не так ли, фортис Сормс?

— Предлагаете отправить туда кого-то из старших офицеров? — уточнил разведчик.

— Предлагаю… Да ну к чертям!.. Кристиан! Попросите касадоров подождать несколько минут! И готовьте мне волла! Возьмём три десятка наших, ручной пулемёт и орудие!

— Фортис генерал! — возмутился разведчик. — Ну вы-то куда собрались, в ваших годах и чинах?

— Ну а что мне здесь делать? Протирать штаны и ждать новостей? С этим и вы справитесь, фортис Стормс! — отмахнулся седой генерал. — Пострелять хочу!.. Кристиан, ты ещё здесь?

— Уже нет, фортис генерал! — отозвался опешивший Кристиан и тут же выскочил из палатки.

Ровно через восемь минут к касадорам присоединился отряд солдат во главе с генералом. Виктор Форестер в кои-то веки надел полевую форму, а ещё прихватил винтовку и новенький, только что присланный, пистолет с обоймой на двенадцать патронов.

К удивлению генерала, касадоры спокойно восприняли увеличение отряда. Не было ни возражений, ни споров, которые обычно сопутствуют подобным изменениям в планах. Глава отряда, молодой касадор по имени Дан Старган, просто одобрительно кивнул и предложил побыстрее выдвигаться, пока не сбежал Томази.

Это генералу Форестеру понравилось. Ему вообще понравились касадоры центральных равнин. Во всяком случае, в рабочей обстановке. Пока они воевали, разбивали лагерь и работали, то изредка перешучивались, чтобы разнообразить свой быт. А в остальном полностью отдавались работе. Другое дело — на отдыхе… Но генерал Форестер посчитал, что на отдыхе каждый имеет право вести себя так, как считает нужным.

Он знал, что вечером, на привале, ещё успеет познакомиться со спутниками. И успеет расспросить про ту аристократку, которую искали Георг и Кристиан. Спешить было уже некуда, так что ему хотелось доделать дело и отдохнуть. А ещё в глубине души генерал подозревал, что сделал правильный выбор, увязавшись с касадорами…

Маленький отряд устремился на север — туда, где в местечке Красный Овраг скрывался Ульрих Томази. Всадники ехали впереди, а за ними следовали повозки с солдатами. А над отрядом, в голубом небе, неотступно следовали пять исследовательских зондов, отслеживая сигнал с чипа Данилы Краснова.

На патрульном крейсере, зависшем на орбите планеты, как раз готовились к десантированию на Эрфу. И это наконец-то должно было закончить долгое приключение двух пропавших исследователей и их выросшего сына.

ГЛАВА 18

К северу от города Мезализы, маленький отряд мстителей, 28 ноября 1937 года М.Х.

Солнце ещё только показалось над горизонтом, а Дан, хоть и с трудом, но уже разлепил глаза. И всё это благодаря играющей в голове музыке будильника. Не умел он просыпаться, как местные — хоть ты кол на голове теши!.. Возможно, надо ему было ещё в детстве навсегда отключить часы чипа, и тогда природный будильник сам бы вернулся, заставляя его вставать в нужное время, но…

А сейчас, уже повзрослев, проводить эксперименты ему как-то не хотелось. Как бы он объяснил внезапную сонливость главы вадсомада? Нет, теперь, когда бешеный водоворот событий, затянувший его два года назад, уже втягивал в воронку и его самого, и его друзей, просыпаться поздно было бы очень не ко времени.

И вообще Дан в последнее время вставал чуть свет. А всё потому что проблем, которые требовали его личного решения, было слишком много, чтобы нежиться на подушке по утрам. Возможно, оставайся с ним на ночь Пелла, всё было бы по-другому… Однако в одном фургоне с ним временно спали его друзья и товарищи, а о брачных играх оставалось только мечтать. Впрочем, присутствие отца Пеллы тоже как-то не располагало к любовным утехам…

— Что-то вы поздно просыпаетесь, метен Старган! — Георг критически уставился на подошедшего к костру Дана, который, к огорчению аристократа, не обратил на его обидные слова ни капельки внимания.

Хотя, конечно же, внутри касадору было немного обидно, и тут Старган себя не обманывал. Как же не обижаться, если идёшь ты весь такой гордый, деловой и ответственный — а тебя прямо по предмету твоей гордости, ещё и с ноги? В подобных случаях у Дана Старгана обычно было два варианта действий: улыбнувшись, дать наглецу по морде или оставаться мрачным.

И всю свою жизнь Дан использовал исключительно первый вариант. А теперь вынужденно приходилось выбирать второй. Ну не бить же тестя на второй день после знакомства?

— Мне казалось, что ответственный руководитель… — продолжал меж тем Георг, хмурясь от того, что ему не удалось больно зацепить молодого касадора.

…Или бить? Дан раньше никогда не знакомился с отцами своих девушек. И, в принципе, все его предыдущие отношения ограничивались вполне деловым обменом: его деньги за женские услуги. А знакомство с отцом в список этих услуг никогда не входило. И вообще, в Марчелике ещё надо было дожить до нужного момента: отцам — до возраста, когда их познакомят с зятем, а их детям — до возраста, когда пора искать себе пару.

— …Такая несерьёзность, — всё ещё продолжал с гаденькой улыбочкой Георг, — больше, знаете ли, свойственна безответственным юнцам…

Сидевший рядом Иоганн, деловито чистивший своего «томаса», с тяжёлым вздохом отложил винтовку. А затем, вздохнув ещё более обречённо, достал револьвер.

— И если вы… — продолжил Георг, но, когда рядом взвели курок, всё-таки осёкся, чтобы посмотреть, что вообще происходит.

Иоганн же, не глядя на него, обратился к другу:

— Дан, я, конечно, понимаю, что этот уважаемый метен — батя Пеллы!.. — проговорил он. — И вообще я к ней хорошо отношусь. И к тебе хорошо отношусь…