Семья моего мужа против развода (СИ) - Хэйли Джейкобс

тебя, в очереди еще трое наследников, а, даже четверо, если считать Сабрину. По мне так твоя супруга цель куда заманчивей. Видел же письма от Совета высших дворянских домов? Если не будешь действовать решительней, кто знает, Юнис могут и увести.

Сжимаю челюсть.

— Это ты о себе?

— Не будет меня, найдется другой. Вон, смотри, сколько кружится вокруг нее мужчин.

Кулаки так и чешутся преподать урок. Но, боюсь, ничего хорошего от новостей, что герцог избил полтора десятка мужчин на приеме, не будет.

— Кто вы друг другу на самом деле? — ухмыляется Майкл.

Его вопрос застает врасплох.

— …Друзья.

Розье давит смешок и хлопает меня по плечу:

— Ваша светлость, вы, кажется, не знаете собственных чувств! Меня ты тоже к другим мужчинам ревнуешь? Ну, как друга?

Что за глупости! Пойду наружу, остужу голову. И сердце тоже.

Ожидаемо, что на террасе никого. Поначалу во всяком случае. Медленно выдыхаю, слова Майкла продолжают крутиться в голове, беспокоя мысли. Юнис…я стольким ей обязан. Прошло всего ничего с моего возращения, семья снова вместе под одной крышей, в наших рядах даже на одного Эккарта больше, Сабрина, племянница, о существовании которой я ранее тоже не знал…

И никогда бы, наверное, и не узнал. А все это благодаря супруге, которая таковой стала по чистой случайности. Однако уверенности в том, что смогу ее отпустить, теперь нет. Да, быстро, но времени вместе мне хватило, чтобы сделать выводы. За ее доброту, за искренность и тепло готов расплачиваться до конца дней. Всем, что у меня есть.

— Г-герцог Рейнард.

Оборачиваюсь. Знакомое лицо. Форма обслуги сегодняшнего мероприятия, поднос с напитками в руках.

— Шарлотта?

Чего она здесь забыла? Чудесное совпадение? Нужно будет узнать, я не верю в такие сюрпризы. Но это уже после приема.

— Да! Вы помните! Ах, я хотела вас еще раз поблагодарить, как удачно, что нас свела судьба!

Судьба, хм?

— Не стоит. К тому же, если вы и хотите кого-то благодарить, то могу дать вам контакты Луиса, это ведь он вас пригласил, и оплатил дорогу.

— Нет. Это ведь ваши люди, мне стоит именно вам быть признательной.

Девушка вдруг подается вперед, но спотыкается, и летит на меня. Поднос отлетает в сторону, слышится звон стекла, руки непроизвольно ловят неуклюжую официантку. Мгновение затягивается.

И в этот самый неудачный момент появляется Юнис.

Варрх. Эта поза, тот факт, что мы были здесь вдвоем…все можно понять не так. Пытаюсь неловко оправдаться. Из зала слышится музыка. Первый танец, наш первый с Юнис танец! Если пропустим, навлечем на себя позор.

Ну, хотя бы к половине успеваем. Стоит прижать к себе супругу, как я снова пытаюсь объясниться. Ее ответ, ее холодный взгляд…уж лучше бы она влепила мне пощечину, кричала и ругалась, называла изменщиком и предателем, но не была такой равнодушной.

«Вы хотели просить развода, когда отправлялись в плавание. Я согласна.»

Теперь я понимаю смысл смеха Майкла. Дружба? Рейнард, ты идиот? Дружбу от любви не отличаешь?

Словно молнией прошибает, как вообще я могу согласиться на развод! Ни за что! Вот мой ответ. Не отпущу.

Появление дяди оказывается приятным, но очень уж неожиданным сюрпризом. И так тема расставания с Юнис остается незакрытой. Это не на приеме следует обсуждать.

Перед вторым танцем на полпути меня останавливают. Варрх, я иду к своей супруге, кто осмелился…

— Герцог, это важно. Прошу вас. Речь идет о вашем дяде и жене.

Что может знать бывшая еще недавно жительница другого континента о моих близких? Откуда вообще она взялась? И с чего такой интерес к моей семье.

— Вы понимаете, Шарлотта, что одно неверное слово и дорога вам на виселицу?

Девица вздрагивает, ее огромные голубые глаза слегка увлажняются, но она упорно кивает.

— Хорошо. Я уделю вам время завтра, а сейчас…

— Но это важно! Я же для вашего же блага стараюсь!

Ха…мало мне было одной компрометирующей ситуации.

— Эдвард! — окрикиваю пытающегося выскользнуть через окно братца. — Иди сюда.

— Ваша светлость, лучше нам поговорить наедине…

От одного моего взгляда девушка замолкает. Я не позволю играть с собой.

— Пошли, Эд. Послушаем, о чем нас так хотят предупредить.

Брат пусть и удивлен, но кивает и со всей серьезностью идет следом.

Пересекаю коридор и в одной из закрытых для посещения гостей гостиных киваю Шарлотте, чтобы начинала. Раньше начнет, раньше закончит.

Эдвард разглядывает девицу с любопытством, по нему видно, что он не может понять, что происходит.

И не он один. Но раз она говорит, что дело касается Юнис, то я должен выслушать.

Шарлотта начинает рассказ.

И все это чистой воды бред. Но, прежде чем я могу вставить хоть слово, Эдвард перебивает, разглядывая девушку словно забавную зверушку:

— Значит, если подытожить, вы говорите, что наш дядя Гордон стоит за покушением на брата, а также это на него работал Уоллис, и начиная от ордена Джареда и заканчивая проблемами в компании, все беды в семье были его рук делом? Я правильно понимаю?

— Да. Но еще я говорила…

— А также, — перебивает ее братец в этот раз строго, вся юношеская спесь покинула его взгляд, будь я на месте Шарлотты, не выдержал бы такой холодности: — Вы также утверждаете, что с дядей заодно и герцогиня, жена моего брата, Юнис?

— Да!

— На каком же основании? — Эдвард вдруг приторно улыбается.

Шарлотта расслабляется.

— По городу ходят разные слухи, семья, что меня приютила, считает, что ее светлость опасна. Ее воззрения не соответствуют высшему обществу к тому же, не подозрительно ли легко она предугадывает события? Даже то, что герцог вернется, как могла она не колебаться? И, если честно, то, какая герцогиня сейчас, и какой она была до отбытия его светлости в прошлом году — разве не слишком разительны перемены? Как может человек так поменяться?

Воцаряется молчание. Но не потому, что слова этой девушки хоть сколько-нибудь оказались похожими на правду.

— И какие же у вас доказательства? Вы же знаете, что голословно обвинить человека, особенно столь высокого по положению, нельзя?

Слава богам, что я взял с собой Эда. У меня от злости нет сил мыслить здраво. С каких пор верность воспринимается как нечто подозрительное?

— Ммм, люди, которые меня приютили — это виконт Алрой и его супруга. Именно они и поведали о том, что едва ли узнают свою дочь. После замужества она прекратила с ними все связи. Это разве нормально, так поступать с родителями, что дали тебе жизнь и с такой любовью воспитали?

Сама простота. С такой легкостью настраивает людей против неугодных ей,