"Фантастика - 2024". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) (ЛП) - Атаманов Михаил Александрович

— Какая смешная шутка, обхохочешься.

— Веришь или нет, но мы хотим вам помочь. Почему бы тебе не убрать оружие? Оно тебе не нужно. Мы можем поговорить.

— Именно твой дружок-коп держит свою пушку направленной на мою голову. Почему бы не сказать ему, чтобы он опустил ее первым!

— Ты знаешь, что я не могу этого сделать, — ровно ответил Ноа. — Но Дафна права. Ты еще не зашел слишком далеко. Просто убери этот чертов пистолет, и мы сможем все уладить. Все напуганы. Все голодны. Мы понимаем, что ты боишься.

Глаза Рэя выпучились, обезумев от ненависти и злобы. Царапина, которую она оставила на его щеке, была того же оттенка пульсирующего красного, что и все лицо.

— Тебе не запугать меня, Шеридан.

Рэй повернулся к Дафне.

— Думаешь, что ты лучше меня, да? Ты и твоя самодовольная кучка тупых овец!

— Нет! — возразила Дафна. — Мы здесь, чтобы помочь тебе…

Рэй поднял пистолет.

Люди закричали. Звук стал тихим и далеким.

Вдруг краем глаза Квинн заметила движение.

Это произошло в одно мгновение. Огромная темная полоса метнулась сбоку и налетела на Рэя. Рэй хрюкнул и тяжело рухнул, завалившись набок.

Пистолет вылетел из его рук. И упал на снег в нескольких ярдах от него.

Мужчина схватил Рэя, перевернул его на живот и ударил коленом в спину, фактически подчинив его себе менее чем за секунду. Крупный чернокожий парень с афрокосичками и в кожаной куртке. Пастор церкви Кроссвей.

— Слезь с меня! — закричал Рэй.

— И не подумаю, — ответил Бишоп, тяжело дыша.

Ноа бросился вперед, убрал пистолет в кобуру и достал пару наручников. Он встал на колени рядом с Рэем и завел его руки за спину.

— Рэй Шульц, вы арестованы. Вы имеете право хранить молчание…

В двух ярдах позади него Октавия нагнулась за «Смит и Вессоном». Она подняла его и повернулась к Ноа и Бишопу, выражение чистой ненависти исказило ее лицо.

— Ноа! — закричала Квинн.

Ноа вскочил на ноги и крутанулся на месте. Быстрым движением он достал из своего пояса небольшое странное оружие — электрошокер, направил его на Октавию и нажал на кнопку спуска.

Октавия вздрогнула. Она дёрнулась, задрожала и упала боком на снег. Она корчилась и стонала. Оружие выскользнуло из ее пальцев.

Ноа подобрал его и засунул в карман куртки.

Квинн просто смотрела на свою мать, корчащуюся на снегу, с кислым привкусом в горле. Ее желудок распирало от унижения, мерзкого, извивающегося стыда.

Она не хотела верить, что это происходит. Не хотела верить, что ее мать сделает что-то настолько невероятно глупое. И все же, она сделала. Глупой была Квинн.

Бишоп закончил надевать на Рэя наручники — Рэй ругался и сыпал оскорблениями, а Ноа достал второй комплект и надел их на хрупкие запястья Октавии.

— Ты покойник, Бишоп! — кричал Рэй. — Ты слышишь меня? Я убью тебя!

Бишоп проигнорировал его. Он стоял и счищал снег с джинсов и гавайской рубашки. Как он не замерз до смерти, Квинн не понимала.

Добровольцы столпились за стойкой, плача и обнимая друг друга. Разошедшаяся толпа медленно возвращалась по трое и по четверо, неохотно, все еще ошеломленная и настороженная. Они смотрели и показывали на Рэя, распростертого на снегу, как связанная свинья.

Он ругался и проклинал их, бросая оскорбления и угрозы, выплевывая грязный снег, который так и норовил попасть ему в рот. Октавия только стонала.

Охваченная тоской, Квинн отвернулась от них обоих.

— Теперь вы в безопасности, друзья, — сказал Ноа. — Опасность миновала.

Почему-то от этих слов ей не стало легче.

Глава 33

Ноа

День пятый

Сердце все еще колотилось, Ноа включил рацию. В данный момент на дежурстве находились еще три офицера, и они оставались в пределах досягаемости.

— Мне нужна помощь в церкви Кроссвей на углу Мейн и Риверсайд-роуд. Подозреваемые — Рэй Шульц и Октавия Райли. Оба задержаны и в наручниках.

Джулиан ответил.

— Я на Эппл Блоссом, всего в трех кварталах от тебя. Сейчас приеду.

Рация снова затрещала.

— Рейносо на связи. Я в приюте с Хейсом. Направляемся к вам.

Ноа пристегнул рацию к поясу. Его руки дрожали. От выброса адреналина кружилась голова и его трясло.

Звуки постепенно возвращались — тихие голоса, хныканье ребенка, щебетание синиц и голубых соек на деревьях через парковку. Бешеная тирада Рэя.

Ноа сжал зубы, чтобы они не стучали. Сегодня не шел снег и не дул ветер, но это не делало холод менее жестоким. Его нос и пальцы болели, а уши он уже не чувствовал.

Он повернулся к Квинн, Бишопу и Дафне. Квинн стояла, уперев руки в бока, и выглядела потерянной и несчастной. Бишоп обнял Дафну и прижал ее к себе. Только после того, как опасность миновала, Дафна позволила себе заплакать.

— Слава Богу, ты в порядке, — сказала она Бишопу, ее голос дрожал. — В тебя могли выстрелить. Тебя могли убить.

— Но меня не убили, — успокоил ее Бишоп. — Бог решил уберечь нас. Мы в порядке. Мы все в порядке.

— Дети… — воскликнул Ноа.

— Дети до сих пор внутри, — ответила Дафна. — Играют так же радостно, как и пять минут назад, когда ты их видел. Не волнуйся.

Мышцы Ноа словно завязались в узел, плечи напряглись. Сегодня днем он зашел в церковь только для того, чтобы на минутку проведать Майло. Это просто везение, что он вообще оказался здесь.

Бишоп назвал бы это провидением или чудом, но Ноа не знал, как относиться к подобным вещам. Бог на их стороне — это не помешает. Особенно когда пастор — бывший военный.

Он уже собирался нажать на курок, когда увидел Бишопа, пробирающегося через дорогу. Оставалось только отвлечь Рэя на время, чтобы Бишоп успел провернуть свое дело. Что он и сделал.

Бишоп провел рукой по своим волосам, поправил кожаную куртку и оскалился в кривой ухмылке.

— Я как раз находился на другой стороне улицы, приглашал завсегдатаев бара на наше сегодняшнее занятие по изучению Библии, соблазняя их теплой, приготовленной едой. Услышал крики и сразу же направился обратно. Наверное, сработала моя военная выучка, и я просто сделал то, что должен был. Я не особо размышлял об этом.

— Я думал, что мне придется застрелить его на глазах у десятков свидетелей, включая детей.

— Слава Богу, ты этого не сделал, — покачав головой, проговорила Дафна.

Молодая мать вышла вперед. Она держала на бедре ребенка, милого малыша с большими голубыми глазами, который сжимал в пухлых ручках пустую бутылочку.

— Надеюсь, я не покажусь вам бесчувственной, пастор Бишоп… — Она самозабвенно переводила взгляд с Бишопа на Дафну. — Но у нас ничего не осталось дома. Только банка фасоли, которую я собиралась приготовить на скорую руку. Я съем это на ужин, но малыш Джейсон не станет.

Лицо Дафны смягчилось. Она высвободилась из объятий мужа и обняла встревоженную мать.

— Не волнуйся, дорогая.

— Мы никого не отправим домой без еды, — обратился Бишоп к толпе. — Возвращайтесь в очередь, и мы продолжим.

Когда Джулиан и Рейносо подъехали на машине, за плечами у них висели ружья «Ремингтон 870», выданные департаментом. Дэниел Хейс, один из офицеров, работающих по совместительству, ехал за ними на белом «Форде» 1977 года выпуска, оснащенном зимними шинами и надписью «Полиция», нанесенной по бокам черной краской из баллончика.

Они припарковались на стоянке и поспешили к зданию. Ноа двинулся им навстречу, чтобы они могли поговорить, не опасаясь присутствия гражданских лиц.

Джулиан нахмурился на Рэя, который все еще выкрикивал угрозы в адрес каждого, кто попадался ему на глаза.

— Ты еще не утихомирил его?

— Мы должны придумать, где их разместить, — сказал Ноа.

— Запереть его и выбросить ключ, — пробормотал Джулиан.

— Что он натворил на этот раз? — спросил Хейс.

Ноа быстро объяснил. Он понимал, что Рэй Шульц и ему подобные могут доставить неприятности. Он просто не ожидал, что все произойдет именно так.