'Фантастика 2025-62'. Компиляция. Книги 1-26 - Ринат Искандэрович Мусин

— Несолидно, — покачал головой Егор.

— Вот именно. К тому же, чёрт их знает, что там у них в столице. Может, камеры повсюду понатыканы. Увидят, что глаза у тебя горят вполсилы, мне потом штраф придёт. А если остановят, продуют — так это вообще лишение. На два года в конюшне окопаешься… Короче. Чтоб в первый и последний раз такое! Я на охоту, вести себя прилично. Вернусь — домой поедем. А может, не поедем. Там видно будет.

С этими словами я вышел из конюшни.

Егор, Земляна и Глеб пошли со мной. К госпитальному кладбищу мы переместились по Знаку. Из-за леса как раз выбралась луна.

— Теперь можно? — спросил я у Глеба.

Тот кивнул.

— Вы пока за мной не ходите, — решил я. — Сперва один туда проберусь, разведаю, что и как. Проверю заодно, работают там Знаки или нет. Вдруг у Троекурова и от этого защита стоит.

Охотники остались ждать, притаившись в тени кладбищенской сторожки. Я метнулся к заколоченной двери. На ходу активировал амулет, снимающий морок. И всё — сразу никаких тебе досок поперёк, обычная дверь. Правда, массивная и крепкая. Окованная железом и запертая на ключ.

Дверь мы с Глебом рассмотрели ещё днём, и сейчас я пришёл подготовленным. Не зря домой мотался. Минута — и замок скрежетнул. Я потянул дверь на себя. Она не шелохнулась. Я выругался. В том, что открыл замок, сомнений не было. Дальше меня не пускала Печать. Которая вдруг подозрительно засветилась.

Я бросился в сторону. Вовремя — по тому месту, где только что стоял, жахнуло Ударом. Помедлил бы ещё мгновение — улетел бы дальше, чем вижу. Не факт, что вообще жив бы остался, Удар был солидный.

— Печать сработала? — спросил Глеб, когда я вернулся к охотникам.

— Ну, кассетные боеприпасы у вас пока не изобрели — стало быть, печать. Что скажете? Есть способ эту дрянь обезвредить?

Растерянные лица охотников говорили сами за себя. Земляна вдруг встрепенулась.

— Тише!

Мы обернулись и тут же прижались к земле.

У двери одноэтажного строения, практически на том месте, где только что стоял я, материализовался незнакомый парень. Переместился Знаком, видимо. С косой, как и Глеб. На руке — охотничья перчатка.

Парень достал откуда-то ключ, отпер дверь. И коснулся Печати у дверного проёма. Печать ненадолго засветилась зелёным. Парень потянул дверь на себя.

— Игнат⁈ — ахнул Глеб. — Тварюга! Переметнулся!

Остановить его мы не успели. Уже через секунду Глеб оказался рядом с предателем и взмахнул мечом.

— Ты откуда здесь⁈ — Игнат проворно ушёл от удара. — Как ты меня выследил?

— Сдохнешь — не узнаешь! — злорадно пообещал Глеб. — А я ведь подозревал! Чуял, что неладное творится!

Я покачал головой.

— Как дети малые, ей-богу…

Зазвенели мечи. В следующую секунду охотников отбросило друг от друга — Удар столкнулся с Ударом.

Игнат сильнее Глеба. Это я понял ещё через секунду. Он проворнее вскочил на ноги, чем Глеб, и тут же швырнул в брата-охотника Костомолку. Глеб едва успел уйти. Следующим Ударом и ушатать может, ранг-то у Игната явно повыше.

Ну уж нет, так мы не договаривались.

Я кастанул Меч.

Игната он не разрубил, только сбил с ног. Доспех у парня мощный. Игнат сгруппировался, откатился в сторону и тут же вскочил на ноги. В прыжке развернулся ко мне.

— Ты кто⁈

— А сам не видишь? Смерть твоя.

Применять Костомолку мне не хотелось. Слишком много мороки будет.

Удар! Удар! Удар!

Я наносил Удары до тех пор, пока не почувствовал: Доспех Игната истощился. После этого пронзил Мечом сердце.

— Зачем убил? — подойдя, буркнул Глеб. — Он мой был!

— Э, нет, — покачал головой Егор. — Это ты был — его. Владимир правильно сделал, что вмешался. Не по зубам тебе пока такие твари. Это ж — оборотень был?

— Оборотень? — переспросил я.

Егор посмотрел на Глеба.

— Слыхал я, что здесь, в ваших краях, прозвали их так. Охотников, что на сторону тварей перекидываются. Верно ли?

— Верно, — буркнул Глеб.

— И что же, часто такое?

— Не часто. Но бывает. Вам-то хорошо, в Поречье вашем! Как у Христа за пазухой сидите. А у нас тут Пекло под боком. У нас чего только не случается.

— Ну случается, допустим, и у нас всяко-разно, — проворчала Земляна. Укоризненно посмотрела на меня. — Зря ты его убил, Владимир! Живой-то, глядишь, пригодился бы на что.

— Вот как раз живой — вряд ли. Как показывает практика, живые троекуровские марионетки на сотрудничество не идут. А мёртвый — может пригодиться. Точнее, не совсем мёртвый… Погодите, не сбивайте меня.

Я ненадолго замер. Вливал двадцать родий в Воскрешение.

Земляна быстрее всех сообразила, что я задумал. Пока занимался прокачкой, залечила Игнату дыру от меча в груди и прочие повреждения. Теперь он выглядел вполне прилично.

Я скастовал Воскрешение и оживил предателя.

Игнат зашевелился.

— Сядь, — приказал я.

Сел.

Ну, что сказать — на вид вполне себе. Это хорошо, на этого парня у меня большие планы. А за час вряд ли управлюсь, потому и прокачал Воскрешение. Благо, при новом ранге могу себе позволить.

Воскрешение второго уровня обещало консервацию покойника в состоянии «ходячий и плюс-минус соображающий» на срок до суток. Уж в сутки-то я по-любому уложусь.

— Что ты собрался делать? — спросил Егор.

— Печати обходить. Я ведь правильно понял, что никто из вас не знает, как их убрать?

— Никто.

— Ну, вот.

— А ты-то как обходить будешь?

— Я объезжать буду. Верхом… Встань! — Это я приказал Игнату. Когда тот поднялся, запрыгнул ему на спину. Устроился поудобнее. — Вперёд, в лабораторию — марш!

С названием, вычитанным в дневнике Троекурова, угадал. Слово «лаборатория» Игнату было знакомо. Как положено уважающему себя покойнику, то есть ничему не удивляясь, он флегматично потопал к двери одноэтажного здания.

Приложил к Печати ладонь, та засветилась зелёным. Игнат открыл дверь. И, со мной на спине, шагнул через порог.

Я на всякий случай был готов к чему угодно. Понятия не имел, воспримет меня троекуровская Печать частью Игната, или всё же отдельной единицей. Но сработало так, как и рассчитывал. В здание мы проникли беспрепятственно.

Дверь за спиной захлопнулась. Я оказался в полной темноте. Но не в тишине. Длинный коридор впереди