"Фантастика 2023-154". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Барон Алексей Владимирович

— Больше никого не было, — сказал мальчик, восторженно глядя на своего неожиданного защитника.

— Вы уверены, ваше высочество?

— Не было, — помотал головой принц.

Стрелок подошел, не опуская лука, пинком перевернул лежавшее ничком тело лицом кверху. С такими ранами не выживают, вот и убийца смотрел в потолок уже ничего не видящими глазами. А может, успел еще и проглотить яд, чтобы не попасть в допросную и не отвечать дознавателям.

— Я позову капитана.

— Да ну его, — махнул рукой мальчик — Придет, поднимет шум-гам, и весь сон насмарку. Лучше давай спрячем этого куда-нибудь, а утром всем расскажем.

— Ваше высочество…

— Это мой приказ. Императорский! — гордо вскинул голову принц, и стрелок вдруг подумал, что этот ребенок однажды уж точно станет императором.

Часть 1. Предатели

— Велик и славен был когда-то Невендаар, обильны были зеленые нивы его, тенисты вековечные леса, прозрачна речная вода, благостны дни, что проводили в трудах и заботах жители его, не знавшие иной доли, кроме нежного детства, горячей юности, мудрой зрелости и благостной старости. Мир и покой осеняли ангельскими крылами пределы сущего… Но как в мирной семье рождаются воины, так родились однажды между ангелами беспощадные споры о том, кто из них любимое дитя Всевышнего. А когда не стало хватать крылатых армий, спустилась война с небес на Невендаар…

Голос ярмарочного рассказчика звучал надтреснуто, но не потому, что изложение событий древности требовало полагающегося в таком деле надрыва всех чувств и ощущений. Просто старик устал изо дня в день на протяжении многих лет твердить одну и ту же историю. Она не приносила большого дохода: мало кто из ныне живущих хотел знать и помнить времена, когда земли огромного мира были едины в стремлении к добру и свету.

«Не было этого», — твердили его сверстники и сейчас, и полвека назад, когда юноша, твердо решивший посвятить свою жизнь сохранению знаний о прошлом, восторженно прикасался к древним легендам, прячущимся в строчках полувыцветших букв на листах неподъемных фолиантов. Может, и не было, кто знает? Но тогдашнему ученику сказителя очень хотелось верить, а вера всегда сильнее трезвого рассудка.

С тех пор минуло много времени. Больше, чем оказалось отмеряло многим погодкам, ушедшим к Всевышнему раньше старика, повторяющего заученную некогда сказку. Да и вера поистерлась, как ношеное платье. Но где-то в глубине души рассказчик все еще оставался тем ребенком, который когда-то и сам разинув рот стоял среди прочей детворы и слушал, слушал, слушал…

Дети. Они подобны ангелам в кристальной чистоте своих помыслов. Их можно обмануть, но лишь однажды, а на следующий раз придется придумывать новую ложь — это старик знал наверняка. Сейчас они смотрят широко раскрытыми глазами, впитывая слухом каждое слово, потом, год спустя или даже намного скорее, навсегда закроют свое сердце для того, что не приносит прибыли и не помогает выжить.

Черствый пряник с каплей медовой глазури усладит и взор, и желудок, а на что сгодится запутанная история о богах и героях? Вот и сейчас только горстка ребятишек внимала старику, прочие же люди, пришедшие на ярмарку, даже не прислушивались к голосу рассказчика, все еще сохранявшему остатки былой звучности. Продавцы зазывают покупателей, покупатели ищут лавки с товарами подешевле — вот где настоящие сказки!

Скудны ярмарки в пограничьях Невендаара. Растеряли былую праздничность. Да и кому на них приходить? Окрестные барончики что ни месяц затевают друг с другом войны за очередную пядь земли. Пусть сражения выходят и крохотные, но солдаты для них все равно требуются, а чтобы рыцарей нанимать, деньги нужны. То ли дело крестьяне: сгонишь их в ополчение, пустишь стенка на стенку с вилами и серпами, и душа радуется кровопролитию. А то, что поля стоят невозделанные и урожай осыпается, господин знать не желает.

Рассказчик невольно вздохнул, чуть сбиваясь с ритма, но дети, конечно, не заметили оплошности старика. Как не замечали пока, что редеют ряды сынов человеческих, истощая силы в бесконечных войнах. Добро бы гоблинов отстреливали или с эльфами за леса дрались, так своих же соседей, а то и родственников истребляют. Хорошо еще, что демоны последнее время поутихли, но ведь они через год-другой наверняка снова воспрянут, дождавшись очередного знака от Бетрезена. Или хотя бы такой знак придумают. Вот тогда каждая крепкая рука и ясная голова на вес золота станут цениться. Если доживут до настоящего врага. Если инквизиция не скосит под корень всех ветеранов.

И ведь за что жгут-то? За малости. Из похода чуть ли не каждый солдат что-то притаскивает, амулет какой-нибудь, склянку с зельем, а то и руну, если повезет. Военные трофеи, куда же без них? Чаще всего они оседают в сундуках, откуда их могут вынуть либо любопытные дети, либо плакальщицы, когда покойника станут обряжать. И какая опасность в тех волшебных штуках? К тому же за истечением срока вся сила из зелий уходит.

Амулеты — дело другое, но они не для нападений предназначены, а с рунами только сведущий человек разобраться сможет. Вот и получается, что все это безделушки, никому вреда не причиняющие, а только если найдут такие в твоем доме — хлопот не оберешься. И подкуп иной раз не поможет, хотя иные отцы-инквизиторы до денег весьма охочи. А впрочем, кто не охоч-то?

Старик поморщился, вспоминая собственные встречи с воинствующими сынами церкви. Нет, не приведи Всевышний снова кого-то из «стальных сутан» увидеть! Жили без них столько лет, так еще столько же прожить можно было. И зачем они вообще на свет появились?

На заданный ярмарочным рассказчиком самому себе вопрос существовало много разных ответов, один из которых легко мог бы дать неприметный молодой мужчина с надвинутой на глаза шляпой, ожидавший кого-то за трактирным столом. Мужчина носил имя Марк и медленно, но неуклонно продвигался по пути к инквизиторскому сану, в настоящее время исправляя почетную, но неспокойную должность охотника за ведьмами.

Солнце припекало, и голова уже начинала потеть, но снимать шляпу было куда неосмотрительнее, чем мучиться от жары, ведь в спасительной тени можно делать все, что душа пожелает. Хоть дремать, хоть корчить рожи в такт заунывным сказкам какого-то старика.

О богах и ангелах Марк знал намного больше, чем ярмарочный рассказчик, только все те знания давно уже можно было выкинуть в дорожную пыль и растоптать каблуком сапога, потому что людям никогда не бывает нужна чужая правда. Кому все молятся? Всевышнему… Отцу небесному… Вот только другой отец у имперцев, тот, чье имя если и произносят, то словно брезгливо сплевывая на землю, — демон Бетрезен!

Еще пяток лет назад юный оруженосец Марк грезил о тихом местечке в одной из церковных библиотек и неспешными богословскими диспутами, потому как не испытывал тяги к оружию и смертоубийству. Учился, разумеется, с прилежанием всему, чему учили: и драться, и возносить молитвы, но тяготел все же к последнему.

Только надо же было случиться очередному всплеску ведовства! Церковь всколыхнулась, встревожилась, сурово нахмурила брови и всех, кого смогла, поставила под свои военные знамена. В том числе и оруженосца, который если и желал видеть сражения, то лишь издалека. А еще лучше — на пергаментных книжных страницах.

Со временем волнения улеглись, как оно обычно и бывает, но обратного пути уже не было. Только вперед, если хватит умений и настойчивости. Марк не особенно стремился к чину инквизитора, а служба его — охота за ведьмами — была очень трудной и опасной. Нынешняя вылазка, к примеру, как и прочие, неизвестно чем закончится. А может, и вовсе не начнется, подождет до завтра? Такой поворот событий был бы гораздо приятнее. Но мечты всегда норовят остаться мечтами.

Едва успел стихнуть хриплый голос старика, как у выставленного на свежий воздух трактирного стола, за которым коротал время Марк, остановились двое бродяг.

Надвинутая на лоб шляпа охотника за ведьмами ограничивала поле зрения: узкая щель позволяла разглядеть только сапоги пришлецов, чем Марк и занялся. Любопытная обувка оказалась: у одного стоптанная, а у второго почти новая, только явно не по ноге, потому что чрезмерно растянулась на костяшках. Наверняка с кого-то снял. А вот товарищ его, видимо, еще ждал своей очереди поживиться чужим добром. Марк невольно перевел взгляд на собственные сапоги, прикидывая, могут ли они приглянуться разбойникам, потом сдвинул шляпу на затылок и равнодушно посмотрел на парней, подошедших к его столу.