Если бы (СИ) - Фокс Оксана

– Парень, сгоняй дамам за выпивкой. У барной стойки разливают дармовой Дом Периньон. – Не дожидаясь ответа, он взял Лину за руку. – Мы скоро.

Увлекаемая вперёд непреодолимой силой, она успела заметить поднятые брови Марии и полыхнувшие огнём глаза Дианы.

– Соскучилась, лягушка? – не сбавляя скорости, Берри ловко маневрировал в толпе.

– Что?

– Насколько я помню в русских сказках холодных героинь зовут не иначе как Царевна-Лягушка, Баба-Яга или Василиса-Премудрая.

– Что?

– Что-что... – передразнил он, – Кем будешь?

– Я... Василина, – запыхавшись, пробормотала она, пытаясь не оступится, и поспевать за широким шагом.

– Не вижу разницы.

Лина сдавленно вскрикнула, разглядев однозначное схематическое изображение, упёрлась каблуками в пол, пытаясь вырвать ладонь из стальной хватки:

– С ума сошёл?! Нет! Нет!

– Да. – Не оборачиваясь, Берри толкнул дверь в мужской туалет.

От умывальников обернулись трое мужчин. Вытянутые лица и удивлённые взгляды бесконечно умножились в зеркальных стенах.

– Джентльмены! В женском туалете поломка. Леди срочно нужно воспользоваться уборной, иначе у неё лопнет пузырь. – Приобняв сутулые спины, он вытолкал вяло протестующих мужчин в коридор.

Припав спиной к кафельной столешнице, Лина искала онемевшими пальцами опору, пришибленно глядя как запирается дверь и проворачивается в замке ключ.

– Прошу тебя, Крис нет!

Она говорила и говорила, но Берри уже был рядом и не слушал. Руки тяжело легли на плечи, нетерпеливо притянули, тёплые шершавые пальцы обхватили шею.

– А я, соскучился, – хрипло выдохнул он. – И побрился.

Глава 15

За спиной хлопнула дверь, Лина шагнула вперёд и вскрикнула, отворачиваясь от яркой вспышки. Она ничего не успела сообразить: Кит оттолкнул назад. Вперёд выбросился кулак и полетел в квадратную челюсть. Снося руками горшки цветов, рыхлый толстяк отлетел, глухо застонав, ударился о стену. Бесформенная масса оползла на пол.

– Ублюдок!

Берри покрутил в руке фотоаппарат, в долю секунды извлёк карту памяти, затем размахнулся и раздавил объектив о каменный выступ над головой папарацци. Задетая кадка с пальмой опасно накренилась и повалилась, выдавливая цветные витражи. Протяжный скрежет и звон заглушил женский визг.

Похолодев от ужаса, Лина подняла голову. Узкий коридор наполнился людьми. В десяти шагах округлила глаза миссис Берри. Кончики пальцев, вцепились в рукав рослого мужчины. Следом за двумя охранниками из толпы выбралась разъярённая Диана и неуклюже замерла.

Лина подняла свинцовые руки, коснулась растрёпанной причёски и бессильно опустила; попятилась, готовая позорно метнуться в мужской туалет, но упёрлась в каменный торс. Горячие пальцы с налитыми костяшками обхватили плечо, удерживая на месте. Над ухом раздался бодрый голос:

– Диана, вы шпионите за мной?

Лина задохнулась, конвульсивно зажимая рот ладонью. Она не видела Берри, но чувствовала над головой, ту самую, уничижительную улыбку. Лицо Дианы посерело и будто скомкалось, губы беззвучно двигались, рука потянулась в поисках опоры. Салливан подставил локоть, успев принять вес хрупкого тела. Охрана убеждала гостей вернуться в зал, но любопытная толпа росла, вытягивала шеи, рассмотреть, что происходит возле туалетных комнат.

Среди каменных черепушек и комьев земли замычал фотограф. Запрокинув голову, он зажимал окровавленной ладонью разбитый нос. Берри сунул ему в руку чистый платок и, подхватив под мышки, рывком поставил на ноги:

– Пойдём, приятель, расскажешь, как будешь подавать на меня в суд, – тихо проговорил он, и потащил мужчину по коридору.

Зеваки вдавились в стены, расступаясь перед высокой фигурой. Прижимая к себе сопящего толстяка, словно несчастного выпивоху, Берри исчез за поворотом. Диана успела прийти в себя и рывком выбралась из объятий Салливана.

– Убери руки, сопляк! А вы чего столпились, икра закончилась? – Она отмахнулась от бледного администратора и, игнорируя рой ассистентов, быстро зашагала прочь. Пробурчав под нос проклятия, Мэтт припустил за ней.

Давка стала рассеиваться: смеясь и переговариваясь, гости возвращались в зал, где музыка ненадолго стихла, но уже загремела с новой силой. Рабочие демонтировали повреждённые двери; уборщицы собирали мусор и отмывали пол. Только теперь, Лина обратила внимание на высокого спутника миссис Берри. Они стояли недалеко от дверей и тихо говорили. Лина ахнула, прижимая ладонь к щеке:

– Ян!..

Мистер Олсен коснулся пальцами безупречного узла темно-синего галстука, едва заметно кивнул, глухо проговорив:

– Здравствуй, Василина.

Ей показалось, пол вздрогнул, качнулся как палуба яхты. Она стояла на месте, зная, если шевельнётся, просто рухнет без сил. Миссис Берри перевела ничего не выражающий взгляд с Лины на Олсена:

– Пожалуй... мне лучше разыскать сына. Боюсь, Кристоферу всё же понадобится адвокат. – Она коротко кивнула и, придерживая меховую накидку локтями, пошла вниз по коридору.

Лина смотрела, как скрывается статная фигура, остро ощущая – вечер закончился. Кит получил костюмы. Что теперь? Увидит она его снова?.. Даже себе она не признавалась, что знает ответ.

Обессиленная и подавленная Лина неохотно повернулась к Олсену. Широко расставив ноги, будто, как и она, стоит на корме парусника, Ян вглядывался в содержимое бокала и молчал. Серьёзно подумывая разуться и выбросить в ближайшую урну узкие ботильоны на невыносимо высоких каблуках, Лина устало привалилась к лестнице оставленной рабочими. Она не хотела быть грубой, но не могла поддерживать даже видимость светской беседы. Но, похоже, Ян этого и не ждал. Он не вовлекал её в разговор. Лина не знала, сколько времени они без интереса глазеют на снующих мимо гостей. Наконец, Олсен окинул её тяжёлым взглядом:

– Значит, это он.

Лина не смотрела на Яна. Она давно перестала что-либо ощущать, кроме безмерной усталости длинного дня. В низком баритоне не звучал вопрос. Но Лина ответила:

– Да.

Он кивнул и вновь замолчал, изучая дно бокала, но спохватился, неловко похлопал себя по бокам, просунул ладонь во внутренний карман пиджака:

– Извини, совсем забыл тебя поздравить. Я привёз подарок.

– Подарок? Вы знали, что встретите меня в Лос-Анджелесе?

– Знал. Именно потому, я здесь. Я искал тебя, – Олсен сухо улыбнулся, точно призывал не принимать слова всерьёз: – Давно искал.

– Правда? – Лина взяла протянутую бархатную коробочку.

– Да. Я был в колледже в Нью-Йорке, – он сжал челюсть, выдавая горечь. – Мне было приятно узнать о твоих блестящих успехах. Но, вежливый персонал смог поделиться со мной только адресом в Москве. Леди по указанному адресу, к сожалению, ничего не говорит твоё имя и фамилия, и... она не понимает английский. Совсем.

– Зачем вы искали меня? – удивилась Лина.

– Теперь не важно. Да и не место, – Олсен поставил стакан на лестничную перекладину.

Лина опустила глаза на синий бархат. Она ясно слышала перемены в интонации медлительного самоуверенного тона. Непривычно отрывистые фразы и менее формальное обращение заставили поднять голову и посмотреть в резкое лицо. Ян встретил её взгляд беспристрастно. Она нерешительно вертела коробочку:

– Что здесь?

– Открой и посмотри.

На чернильной подкладке блеснул миниатюрный ключ. Лина непонимающе подняла глаза.

– Ключ от банковской ячейки. Я хотел… – Ян заложил руки в карманы, – это всего лишь репродукция. Не очень ценная. Но, все же, страховка… – он кашлянул, – поэтому лучше держать её в надёжном месте.

– Чья репродукция? – Лина смотрела на ключ.

– Пейзаж Сезанна. В Москве ты показывала свою живопись. Твоя манера напомнила его кисть... – Олсен замолчал, рассеянно пошарил по карманам: – Мне пора. Вот мой номер телефона. Позвони завтра, хорошо? Пообедаем вместе.