ссыльнопоселенец - 2 - Владимир Стрельников

Ну, именно этого я и добивался, так что четырьмя выстрелами из своего FNXX я дважды попал в бойницы, вырезанные в щитах. И судя по всему, я таки попал в самих стрелков. Кто-то завизжал от боли, правда, недолго. Хрип, и тишина.

— Мак-Грегори, ты уже сожалеешь, что сюда сунулся? — Крикнул я, и тут же снова сместился на несколько метров, укрывшись за очередным ложем, на котором покоились останки какого-то явно небедного нэка.

— Ничего, когда мы выпустим тебе кишки, ты сам об этом пожалеешь! Воды-то у вас нет, патронов и припасов тоже немного. А у меня внизу есть еще половина бойцов, да и здесь припасов хватает. Так что можешь скакать со своей бесшумкой сколько влезет, недолго тебе осталось. Максисмум пару суток!

Ну да, ну да. Будь мы обычными ссыльнопоселенцами, все так и было бы. И даже мой современный пистоль здорово бы не помог, без еды, а особенно, без воды — максимум трое суток. А потом бери голыми руками.

Но мы не обычные поселенцы, а агенты Корпуса Эдикта. И потому мне остается все меньше времени до подмоги, хотя я и переживаю, что боеприпасы для FNXX подходят к завершению, остался еще один полный магазин, и пять патронов в нынешнем. Но я уже почти полтора часа, на пару с Гердой, кручу тут, в зале некрополя, прорвавшуюся сюда группу из двадцати стрелков во главе с самим Мак-Грегори.

— " Сержант Игнатьев, это лейтенант Клинтон! Где вы? Доложите о состоянии и наличие противника!" — Ну, вот и кавалерия из-за холмов!

ЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖ

Ну вот, и дело сделано. Бойцов Мак-Грегори повязали десанты с базы Корпуса, и мы стоим на поляне, наблюдая, как их заталкивают пинками в боты. Все, кончилась вольготная жизнь и ранчера и компании, высадят их босыми и нищими на одном из островов около экватора. Может, пару мачете дадут, и зажигалку. И все, про них можно забыть. Мужики сами по себе не размножаются, им для этого дела женщины нужны, а с островов бандитов забирать никто не будет. Нет, с голову им там сдохнуть, или от обезвоживания не грозит, места, по словам пилота, замечательные. Но вот испытать на себе наказание для пиратов, которых высаживали на необитаемый остров, им светит по полной.

— Ну что, красавицы? Вы понимаете, какой за вами должок? — Я шлепнул по прикрытой шубкой заднице Веры, сожалея о том, что Шел немного отскочила. — Я из-за страха за вас поседел, наверное.

— Хм… — Подошедшая Шейла сняла с меня шапку, и оглядела взмокшие о пота волосы. — Да нет, тут не видно. А в остальных местах мы тебе у нас дома посмотрим, ладно? И каждый седой волосок отработаем, честно-честно. Правда, Вер?

— Правда. — Вера улыбнулась, и потянулась ко мне. А меня что-то с силой ударило в затылок… и тьма.

ЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖ

— Нет!!! Не правда, не может быть! — Вера, размазывая по лицу кровь Матвея, рыдала. Шейла держала ее за талию, оттаскивая от носилок с телом мужа, и тоже плакала.

Плакали Кэтлин и Грессия, тонко выла Герда, сидя около ног Матвея.

А на месте, где в затылок Игнатьева прилетала пуля от спрятавшегося в снежную пещеру бандита, издыхающего от раны в печени, на белом снегу, алело пятно крови.

Эпилог

— Вот, Вера, Шейла, смотрите на ваших детей. У вас, Вера, два сына и дочка, у вас, Шейла, наоборот, две дочки и сын. — Доктор отошел в сторону от экрана, и с улыбкой смотрел на недавно переселенных сюда, на орбитальную станцию женщин.

— Но доктор, тут же у всех у них пиписьки? Какие это девочки? А это что, у одного целых две письки?

— Это не письки, миссис Игнатьева. — Доктор с улыбкой поглядел на ошеломленную Шейлу. — Точнее, не все это письки. Это хвостики. Ваш покойный супруг, каким-то образом, подвергся генной модификации Прошлых. Так что вы, дамы, носите в себе нормальных, здоровых детишек. Но непростых мальчиков и девочек, а нэк. Такие вот дела.

Конец.