Меч богов (ЛП) - Корделл Брюс Р.

Когда королева закончила давать указания своему подчинённому, то повернулась к ним и улыбнулась.

- Благодарю за то, что решили присоединиться ко мне. Мне проще разобраться с данной проблемой самолично, нежели вовлекать в это дело четырёх сенешалей. В особенности учитывая то, что я могу положиться на вашу помощь. Вы положили конец тому, что угрожало моей власти и безопасности всех жителей Эйрспура. Я в огромном долгу перед всеми вами.

Чант склонился в поклоне. Рилтана и Карменере последовали его примеру. Демаскус прочистил горло.

- Мы рады сделать для вас всё, что в наших силах, Ваше Величество.

Так мимолётно, что это вполне могло показаться игрой его воображения, Аратейн подмигнула ему. Демаскусу потребовалось несколько мгновений для того, чтобы прийти в себя. Действительно ли он видел то, что видел?..

- Как только мы здесь закончим, - продолжила королева, - я собираюсь пожертвовать немалую сумму на восстановление Материнского Дома. Я уже начала распространять слухи, что кабал Огненного Шторма стал целью атаки враждебной Аканулу силы, и лишь жертва тех, кто носит алое, защитила дженази Эйрспура от огромной угрозы.

- Что, с определённой точки зрения, является правдой, - отметил Чант.

Аратейн едва заметно кивнула.

- Чтобы править, королева должна уметь смотреть на ситуацию с разных сторон. Несмотря на все свои недостатки, кабал является тем оружием в моё арсенале, с которым мне не хотелось бы расставаться. Ситуация на границах остаётся сложной, над морем Упавших Звёзд всё чаще и чаще замечают город аболетов Ксифу. Из Чессенты и Тимантера поступают тревожащие новости. Но я не стану утомлять вас перечислением подробностей, по крайней мере, не сегодня.

- Но, Ваше Величество, подробности – это же так захватывающе! – воскликнул Чант.

- Не сомневаюсь. В любом случае, на данный момент эта конкретная опасность жителям Эйрспура уже не грозит. Полагаю, что я задолжала вам награду. И кто знает – возможно, когда-нибудь Аканулу и мне снова потребуется ваша помощь.

- Только прикажите, - произнёс Демаскус. Эти слова вырвались из его рта сами собой, без участия сознания, но он о них ничуть не пожалел.

- Тогда… мой первый вопрос: что нам делать с этим? – наконечником копья Аратейн указала на яму. – Мои миротворцы сказали мне, что жуки образуют нечто вроде коллективной сущности роя.

- Они правы, - произнесла Рилтана. – Повелевающий кошмарами демон говорил, что эти насекомые являются его «собратом». Он называл его Бичом. Этот личинколюб скармливал… - содрогнувшись, она на мгновение закрыла глаза, а затем продолжила. – Он думал, что жертвы помогут пробудить его. Не знаю, что он имел в виду. Уверена, ничего хорошего.

Карменере положила руку на плечо воровки.

- Итак, уничтожим их, прежде чем эта тварь обретёт разум? – спросила королева.

Демаскус кивнул.

- Нам следовало заняться этим раньше. Повезло, что его собрат ещё не успел пробудиться, - он не стал упоминать, что причиной задержки стала погоня за Калканом.

- Эй! – воскликнула Рилтана. – Я знаю, где раздобыть несколько бочонков с маслом для ламп. Вон там, - она указала на бойницы в стене, сквозь которые культисты наблюдали за пещерой.

Не тратя больше времени на пустые разговоры, они принялись таскать из комнаты охраны бочонки, пока их не набралось десять штук. Аратейн приняла в этом самое деятельное участие, словно перекатывать ёмкости с легковоспламеняемой жидкостью являлось для неё самым обыденным делом. Затем они расположились по периметру ямы – Демаскус, Чант, Карменере, Рилтана и несколько членов кабала и миротворцев, которых королева выбрала лично. Все держали дымящиеся факелы, с которых капала свежая смола.

- По моему сигналу! – вскричала Аратейн. – Огонь!

Десять бочонков одновременно упали вниз, и встревоженные насекомые взвились над ними гудящим облаком. За бочонками последовали факелы. Из ямы вырвался столб дыма и пламени, и все, кто стоял достаточно близко, были вынуждены отступить на несколько шагов, чтобы спастись от невыносимого жара и царапающей глотку кислотной вони.

И после этого им оставалось лишь наблюдать за плодами своих действий.

Демаскус уставился в огонь, словно эти языки пламени поднимались из жаровни предсказателя. От сгорающих панцирей насекомых исходили чёрные клубы дыма. Он бы уже давно заполнил пещеру, если бы не усилия двух воздушных миротворцев-дженази, которые с помощью своих способностей сформировали из него неровную колонну и направили к поверхности.

Нескольким серым молям удалось выбраться из огненного ада прежде, чем пламя успело разгореться в полную силу. Они принялись ползать по полу, содрогаясь в тщетных попытках взмыть в воздух. Демаскус мимолётно подумал о том, не стоит ли раздавить их, но было очевидно, что моли бьются в предсмертной агонии. Бич умирал. Насекомые в яме пожрали столько невинных жертв, а теперь огонь пожирал их самих.

Бич почти пожрал и меня, - подумал он. – Или… не мог же Калкан знать о том, что мне удастся справиться с Ропотом и спастись из ямы? Неужели всё это являлось частью его безумного плана? И перед кем, во имя всех владык света, он отчитывался? Зачем ему нужно, чтобы я принял свою тёмную сторону и превратился в ракшаса? Неужели моя память таит злодеяния, которые…

Демаскус стиснул зубы. Нет. Хватит гадать. Пусть Калкан и манипулировал им, словно марионеткой, этот опыт многому научил его. Отныне ему известно об этой угрозе. Прежний сценарий более не повторится. Он этого не допустит.

Я ведь едва не погиб, - подумал он. – И, что ещё хуже, едва не погибли те, кого я стал считать друзьями. Он посмотрел на освещённые отблесками оранжевого пламени лица своих спутников, а затем перевёл взгляд на Аратейн.

Если я умру, то снова всё забуду. Но вне зависимости от того, произойдёт это или нет, одно я знаю точно – Калкан вернётся. И он не забудет ничего. Охота возобновится.

Демаскус осознал, что сейчас настал тот миг, когда решается его судьба. Возможно, Калкан, как и он, возродится через четыре года, а, возможно, всего через четыре месяца. В любом случае, ему нужно быть к этому готовым.

Итак… не следует больше терзать себя напрасными раздумьями о том, кем он когда-то являлся – это уже не имеет никакого значения. Ему необходимо вновь обрести свою прежнюю силу и вернуть воспоминания. Необходимо отыскать потерянные реликвии, а в особенности – Спираль Иоун. Необходимо взять контроль над своей судьбой, пока не стало слишком поздно.

Сколько же времени у него есть до возвращения Калкана? В последний раз Демаскусу потребовалось на это четыре года. Предположим, столько же. Может быть, ракшас справится в четыре раза быстрее.

Значит, один год. Хорошо.

Этого времени ему хватит, чтобы подготовиться ко всему.

Мир представлял собой пёструю мозаику цветов, звуков, запахов и вкусов. Сквозь бесчисленные движущиеся окна, ведущие в реальность, проникали ощущения и эмоции, а также – порой - жаркий оргазмический вкус пищи. Время не имело никакого значения. Бесконечность являлась лишь мигом, воплощавшим в себе всю полноту множественного бытия.

Внезапно что-то изменилось. Это ощущение… интерес? Появилось нечто намного больше и питательней, чем всё, что было поглощено до этого. Нечто, брызжущее жарким ихором и жизненной энергией. Но никому не под силу совладать с сотнями тысяч маленьких тел, каждое из которых обладает ротовым аппаратом, хоботком, жалом или парой острых мандибул.

С каждой крошечной порцией поглощённой пищи сотни тысяч исполняющих функцию сердец органов, каждое из которых билось в его внутреннем ритме, постепенно синхронизировались.

Что же это? – подумал он. – Так хорошо. На вкус, как сама жизнь. Словно…

Внезапно разрозненные обрывки знаний сложились в единое целое. Его собственные воспоминания, равно как и те, которые он позаимствовал у того, кто звал себя Ропотом, заняли своё место.