Белое Критши - Мария Версон

- Да ты!.. - Продавцу не хватало воздуха, чтобы выразить все свое возмущение.

- И я могу доложить об этом лично королеве. - Ора положила в его кулак назначенную сумму, в то время как продавец пытался придумать повод чтобы накрутить цену, но понял, что его разоблачили.

- Вы с ней знакомы?

- Ох! - Она отпила из фляги. - Вы не представляете себе как близко. Спасибо. - Уходя, она хлопнула рассерженного торгаша по плечу и, ведомая тонким слухом, направилась к оазису.

- И ты туда лазил?

- Да. - Кивнул Амит, взяв у Оры протянутую флягу. - Незадолго до твоего возв... как лучше сказать, возвращения, или возрождения?

- Не знаю, но смысл я уловил. - Стижиан тоже отхлебнул сладковатой, чистой воды из фляги, оценив покупку. - Это та самая?

- Нет, это её не совсем точная копия. Та канула во тьму веков. - Монахиня спрятала флягу в сумку на спине и осмотрела раскинувшиеся перед ними "руины".

Жители городов пустынь, где вода была ценнее любых сокровищ, мечтают о находке, вроде этой. И в Кор-Неиле с нужным восхищением и любовью отнеслись к ней. Меньше чем за четыре года, едва разрытый и на ладан дышащий единственный источник воды превратился в своего рода храм.

Городские, не без помощи инженеров, расчистили вытянутую вглубь башню и теперь ступеньки стали ещё круче. Виднелась каменная арка, к которой вела выложенная достаточно новыми плитами тропа. Ввиду того, что спуск уходил очень глубоко, Амиту было страшно представить, как его мама спускалась бы вниз, но инженеры позаботились и о тех, кому страшно ходить по лестнице.

Помимо механического лифта, работающего на пружинах, так же виднелась узкая, диаметром не больше двадцати сантиметров, труба, уходящая куда-то вглубь развалин, и начинающаяся здесь, на поверхности. При помощи нехитро сконструированных насосов, эта труба поднимала воду на поверхность, где попадала в спрятанный под навесом источник.

- Ты смог пролезть во-о-он в то окошко? - Стижиан указал пальцем на едва заметное отверстие в башне.

- А что? У меня плечи не такие широкие как у тебя.

- Это да, но в то время ты был... толще.

Это слово заставило Амита измениться в лице и на короткий миг снова возжелать другу страшных мучений.

- Нет времени, мальчики. Нам нужно нагнать Руми.

- Не понимаю, что вам так загорелось увидеть эту вашу кошку. - Медиум снова приложился к фляге: у него постоянно пересыхали губы, а во рту появился очень неприятный привкус гнили. Болезнь прогрессировала куда быстрее, чем он мог предположить.

Ора догадалась, что Амит неспроста поднял этот вопрос. После выслушанного вчера, единственным, что могло заставить его сказать это, было ухудшение его самочувствия.

- Может, останешься? - Стижиан заговорил раньше, чем монахиня открыла рот. - Нам надо нагнать Руми не только потому, что он стащил у отца посох и сбежал, никого не предупредив, а потому что прошло почти четыреста лет с тех пор, как он был там. Если вообще был. Астируми хранит память поколений, а сам оказался заперт в подземелье Таэтэла!

- Если его родной город здесь, на северо-западе, то как он там очутился? - Подхватила Ора. - И он - из правящего рода, беловолосая кошка, неужели за столько лет его не пытались найти?

- Легенды... - Начал медиум, но понял: - это не то слово. История гласит, что кошки вымерли. Когда - неизвестно, но их больше нет. Астируми может быть последним. Но откуда нам знать, не обманывает ли его память? Пустыня Неиль... Нериль - гиблое место. Никто оттуда не возвращается.

- Но ты ведь чувствуешь Руми, да? - Ора чуть изменилась в лице и голосе. - Он ведь жив?

- Да. - Ей Амит не мог соврать. - И он идет по очень странной дороге.

- Поясни.

- Его больше не носит ветер, но он уже пересек обе пустыни и остановился. Должно быть, в своем городе.

- Уже?! - Воскликнул Стижиан.

- А причем здесь дорога? - Брови монахини приподнялись.

- А притом, что он двигался невероятно быстро, не применяя магии, и при этом не умер от жары. - Это было проговорено очень быстро, а под конец фразы Амит громко кашлянул. Когда он убрал руку от лица, она была вымазана мелкими пятнами крови, а по губам и подбородку сползали несколько капель покрупнее. Едва заметив это, он вытерся рукавом, так, чтобы Стижиан не заметил красного на его руках, а потом лицо его лицо озарилось некой идеей. - Я тут вспомнил. Да. Ха-ха! - Он звонко усмехнулся. - Мне уже давно пора принимать за факты легенды и сказки.

Ора вопросительно приподняла брови. Стижиан повернулся к говорящему.

- Есть легенда, - принялся пояснять медиум, - о сухой реке. Невесть где она начинается и тянется через обе пустыни. Её течение столь быстро, что она не нагревается, и если её найти, то можно пересечь пустыню. Если верить мифу, эта река впадает в Нерийских Близнецов!

Счастливый, он взмахнул рукой, радуясь припомненной сказке, но монахи не разделили его восхищения, так как поняли о чем он.

- Амит, - заговорил Стижиан, - не один десяток людей погибли, в попытках найти эту реку. А мы вот так просто сейчас...

- Именно, другой мой, именно! Эта река - единственное объяснение тому, как Астируми удалось так скоро пересечь пустыни. - Он щелкнул пальцем. - Мы пойдем по следам Руми, я их отчетливо чувствую, и найдем её. Беда только в том, что прежде нам придется пересечь добрую половину пустыни Кор.

- Я тут вспомнила ещё одну легенду...

Они уже вышли из города и неспешно двигались за Амитом, ставшим ещё сильнее прихрамывать.

- В этой пустыне нет ночи. Нечто, и я не уверенна, что это солнце, сияет там, в небе, вечно. Возможно именно поэтому пустыня столь знойная.

- Скоро мы всё это узнаем. - Хмыкнул Стижиан. - Меня, правда, смущает, что в этом нашем путешествии нет ни одного точного источника информации. Всё, что мы знаем наверняка - это что там жарко, очень жарко, и что никто оттуда не вернулся. Амит!

Тот аж подпрыгнул.

- С твоей скоростью ходьбы мы год будем туда идти.

Он подошел со спины к медиуму, чьи глаза полезли из орбит от удивления, подхватил его, он оказался невероятно легким, и посадил на спину.

- Как насчет слегка пробежаться? - Спросил Во-Сен у смеющейся Оры, удивленной тем, сколько непристойных слов может выдать аристократ, чью гордость так сильно задели.

Они устремились вперёд.

Через пару часов, ведомые указаниями Амита, монахи добрались до назначенного медиумом места. Перед их взором предстала картина удивительная.

Уходящий глубоко в землю и возвышающийся над ней на пару десятков метров, над ними находился гигантский поршень. Вылитый из белого метала, неизвестному никому из этих троих, он выглядел совсем новым, словно его запустили только вчера. Безустанно, поршень вздымался вверх-вниз, передавая энергию чему-то находящемуся под землей, но при этом не издавал никакого гула. Пустыня так и оставалась безмолвной, здесь не было даже ветра.