Герои поневоле - Святослав Имприс

Мы в шоке следили за воссоединением семьи, не предпринимая никаких действий.

— Как долго я тебя искал, — протянул молодец.

— Сынок, — уже менее уверенно протянул Тёмный.

— Батя.

— А сколько тебе лет сынок? — поинтересовался Тёмный.

— Много, очень много, восемнадцать, исполнилось два года назад.

— Двадцать, значит, — вроде двадцать один год назад он девушками не интересовался. И не мудрено, ему тогда было всего двенадцать лет. Хозяин замка был невероятно, просто неприлично молод для гордого звания Тёмного Мага и очень этого стыдился, стараясь добавить к своей личине десяток другой лет. Возможно, именно поэтому он не пользовался любовью у противоположного пола. А может потому, что выращенные для дополнительного устрашения клыки безбожно уродовали его лицо и норовили проткнуть толстые, как у хомячка щёки, поражённые безжалостными лучами солнца и оспинками. Белые бесцветные глаза довершали картину, окрашиваясь, то в чёрный, то в красный цвет в зависимости от настроения хозяина.

— Батяня.

— Сынок, — освобождаясь из медвежьего захвата «сына» по привычке добавил он. Пожертвовав десятком украшений и левым рукавом мантии он вырвался из и направил на Елисея резной с навершием в виде смеющегося черепа посох.

— Батя, ты чего? — удивился богатырь.

— Не сын ты мне, — вздохнул Маг.

— Как мне это знакомо, — подхватил я. — Чуть что так я ему не сын. А как дракона завалить или опохмелиться после попойки принести, когда всех слуг намедни разогнал, то сразу сынок, любимый, единственный. Нас-лед-ник.

— Да нет. Не сын он вовсе.

— Так да, или нет? — поинтересовалась вконец запутавшаяся девушка.

— Не было у меня детей и не могло быть.

— Импотент, — сочувственно протянула Алексис.

— Нет, — взъярился Маг. — Просто девушек у меня не было.

Вернее девушки у Тёмного были, ровно три. Он их похищал из деревни. Первая при виде своего поклонника умерла от ужаса, вторая оказалась покрепче и покончила с собой, лишь бы ему не достаться. А третья, сбежала с командиром его зомби-стражей, написав на стене, что лучше будет жить с мертвяком, чем с таким уродом. Собрав в платочек осколки разбитого сердца, Маг больше девушек не воровал.

— Вообще, — ужаснулся я. — Может ты того? Мужчинами интересуешься? У нас есть Стиви…

— Нет. Не мужчинами, — схватившись за голову застонал он и со смущением добавил. — Я тогда ещё слишком маленький был, чтобы детей иметь.

— Из молодых значит, — выдохнул Властелин. — Только Академию закончил и туда же сферы влияния переделывать. Мелочь.

— Я Мелочь!?

— А кто же ещё, — пожал плечами Тёмный Властелин. — Моя семья фон Ривиз поколениями правила своими землями. По сравнению с ними ты однодневка.

— Фон Ривиз, — ужаснулся Маг.

— Значит он слабый, — потирая руки девушка двинулась вперёд, прячась за моей спиной, в результате идти к хозяину пришлось мне. — Теперь мы ему точно морду начистим.

— Кх-кх. Когда я говорил молодой, я не имел в виду слабый, — остановил на пол-пути принцессу, герой пятого ранга. — На самом деле в своём замке он практически неуязвим.

— А вы нет, — хохотнул хозяин. — Готовьтесь к смерти, несчастные.

— Это он вам, — вякнул, из самого тёмного угла зала Стиви и тут же, испугавшись, забился в него ещё глубже.

Я выхватил меч и предусмотрительно, держась подальше от середины комнаты с её проваливающимся полом, ринулся на Мага. Вернее, сделал вид, что ринулся. На самом деле я двигался достаточно медленно, чтобы предоставить сию сомнительную честь Елисею. И тот не подкачал. С девизом "За сапоги", он занёс увесистую булаву над Магом. Но опустить её не успел. Молния из посоха злодея коротко выстрелила и оружие с жалобным треском превратилось в кучу золы, которую, озорник ветер, подхватил и развеял по залу. Я остановился.

— Эффектно, но не очень эффективно, — покачал головой наш Властелин.

— А так? — перед Магом засветились продолговатые острые сосульки, по каждой на человека. — Я избавлюсь от вас всех одним махом.

По мановению руки смертельные снаряды отправились в цель. Так как за моей спиной пряталась Алексис, то пришлось отбиваться сразу от двух сосулек. Первую я отбил мечом. В результате я лишился меча и возможности двигать правой рукой. Это меня разозлило. Ещё меня очень разозлило то, что снаряд пущенный в Стиви благополучно миновал в последний момент, проявившего чудеса ловкости оруженосца. Злость позволила использовать заклинание и следующее ледяное копьё сбило оно. Со словами "Предупреждать надо!". худой коротышка с копьём под мышкой снова растаял густым туманом. Елисей буквально раскрошил на мелкие кусочки по дурости сунувшуюся к нему льдину. Лим же своего противника просто сгрыз. Клыки у него острейшие. Но то, что он ими так здорово орудовать умеет я не знал, иначе не чувствовал бы себя спокойно во время ночёвок под его присмотром. А вот от героя пятого ранга копьё просто отскочило и вернулось к хозяину (видимо действовало семейное проклятие), от него оно отразилось и полетело обратно, снова отскочило. Мы все, включая Мага, наблюдали за метаниями снаряда, который набирал всё большую и большую скорость. Наконец лёд просто не выдержал и тонкими струйками стёк на пол.

— Глупо, — стряхивая капли с мантии, вынес свой суровый вердикт Властелин.

— М-да, ошибочка вышла, — согласился с ним хозяин замка. И поднял посох. Пустые глазницы навершия засияли злым колдовским пламенем, рот раскрылся и оттуда повалил ярко красный дым. — А как вам понравится это?

Это нам совсем не понравилось. Есть у людей такая странная привычка дышать. А если перестать, то умираешь. И не только у людей, но и Властелинов, и вампиров. Получать в лёгкие порцию этой отравы я не собирался.

Глубоко вдохнув, я задержал дыхание и нырнул в пелену, твёрдо намереваясь, сделать это заклинание последним для Мага. В левой руке я держал кинжал и хоть орудовал я ей не столь хорошо, как правой, но выбирать не приходилось. Правая по прежнему не слушалась. Мимо меня пролетел десяток игл (надеюсь отравленных) — Алексис не сидела без дела. Сверху на гада обрушился, превратившийся в летучую мышь-переростка Лим, а где-то сбоку к нему подступали Елисей с Властелином. Последнего туман не трогал, боязливо расступаясь при его приближении. Сзади за ним крался Стиви, безошибочно определивший самое безопасное место в помещении.

Я с трудом передвигал ноги, окрашенный в красное воздух сопротивлялся продвижению как мог. К тому же, я стремительно терял силы. Хотелось всё бросить, остановиться и заснуть. Осознание того, что сон наверняка окажется вечным, ничего не меняло. Я просто безумно, нечеловечески устал. Сил жить и бороться не осталось вовсе, когда позади я услышал звук падающего тела и тихий, полный печали и отчаяния голос: