Королева теней (ЛП) - Сара Дж. Маас

Медленно, очень медленно Манона повернулась к своим Второй и Третьей.

Соррель была бледна, но ее глаза метали молнии.

Астерина же встретила взгляд Маноны - встретила его с такой яростью, направленной на нее, которую Манона никогда еще не видела.

- Ты позволила им сделать это.

Показались когти Маноны.

- Это мои приказы. Это - наша задача.

- Это - чудовищно! - крикнула Астерина.

Элида прекратила плакать. И отодвинулась для безопасности к камину.

Тогда появились слезы - слезы в глазах Астерины.

Манона зарычала.

- Твое сердце так смягчилось?! -возможно, ее голос зазвучал как у бабушки. - У тебя не хватает отваги для —

- Ты им позволяешь делать это! -  проревела Астерина.

Соррель возникла прямо перед лицом Астерины.

- Уйди.

Астерина оттолкнула ее в сторону так яростно, что Вторая Маноны врезалась в комод. Прежде чем Соррель пришла в себя, Астерина уже была в дюйме от Маноны.

- Ты отдала ему тех ведьм. Ты отдала ему ведьм!

Манона напала, схватив Астерину за горло. Но та в ответ, впилась в ее руку, так сильно вонзив железные когти, что пошла кровь.

На мгновение, кровь Маноны, капающая на пол, была единственным звуком.

Должно быть, Астерина поплатится жизнью за пролитие крови их наследницы.

Свет отразился от кинжала Соррель, когда та приблизилась, готовая вонзить его в позвоночник Астерины, если Манона прикажет. Манона могла поклясться, что рука Соррель немного дрожала.

Манона встретила испещренные золотом, черные глаза Астерины.

- Ты не сомневаешься. Ты не спрашиваешь. Ты больше не Третья. Веста заменит тебя. Ты —

Астерина издала странный звук, похожий на резкий, надломленный смех.

- Ты не собираешься делать с этим хоть что-нибудь, не так ли? Ты не собираешься освобождать их. Ты не собираешься бороться за них. За нас. Потому что так сказала Бабушка? Почему она не отвечает на твои письма, Манона? Сколько ты их уже послала?

Железные когти Астерины вонзились еще глубже, разрезая плоть. Манону пронзила резкая боль.

- Завтра утром, за завтраком, ты получишь свое наказание, - прошипела Манона и оттолкнула свою Третью прочь. Оправившись, Астерина шатаясь направилась к двери. Манона оставила окровавленную руку висеть сбоку. Ее необходимо в ближайшее время перевязать. Кровь — на ее ладони, на ее пальцах — ощущалась такой знакомой…

- Если ты попытаешься освободить их или если ты сделаешь еще какую-нибудь глупость, то, ты, Астерина Черноклювая, - Манона продолжила, - следующим наказанием,увидишь свою собственную казнь.

Астерина издала еще один безрадостный смешок.

- Ты бы не ослушалась, даже если бы там были Черноклювые, не так ли? Верность, покорность, жестокость – ты олицетворяешь все это.

- Уходи, пока еще можешь ходить, -  тихо прошипела Соррель.

Астерина повернулась в сторону Второй, и что-то, похожее на боль, промелькнуло в выражении ее лица.

Манон моргнула. Те чувства…

Асерина повернулась на каблуках и ушла, хлопнув дверью.

Элида успокоилась и вернула ясность мышления к тому времени, когда предложила обработать и перевязать руку Маноны.

То, что она увидела сегодня, и в этой комнате, и в той камере ниже …

«Ты позволяешь им сделать это». Она не обвиняла Астерину за эти слова, даже если это ее потрясло настолько, что ведьма полностью потеряла контроль. Она никогда не видела, чтобы любая из них реагировала на что-либо, кроме хладнокровного развлечения, безразличия или неистовой жажды крови.

Манона не произнесла ни слова с тех пор, так как приказала Соррель уйти, чтобы та последовала за Астериной и держала ее подальше от глупостей.

Будто спасение тех Желтоногих ведьм может быть глупостью. Будто такое милосердие было безумством.

Манона уставилась в никуда, когда Элида закончила наносить мазь и потянулась за бинтами. Колотые раны были глубокими, но не настолько, чтобы потребовались швы.

- Действительно ли ваше разрушенное королевство стоит этого? - посмела спросить Элида.

Глаза цвета жженого золота переместились в сторону потемневшего окна.

- Я не ожидаю, что человек поймет, каково это - быть бессмертным без родины. Быть проклятым, находясь в вечном изгнании.

Холодные, отстраненные слова.

Элида ответила:

- Мое королевство было завоевано Королем Адарлана и всех, кого я любила, казнили. Земли отца и титул были украдены у меня моим же дядей, а моя лучшая возможность дающая безопасность, теперь заключается в отплытии на другой конец света. Я понимаю, что это словно пожелание надежды.

- Это не надежда. Это - выживание.

Элида аккуратно обернула бинт вокруг предплечья ведьмы.

- Это - надежда на обретение вашей родины, которая ведет вас, которая заставляет вас повиноваться.

- А что насчет твоего будущего? Несмотря на все твои разговоры о надежде, ты, кажется, смирилась с бегством. Почему бы не вернуться в свое королевство – и начать борьбу?

Возможно, ужас, который она увидела сегодня, придал ей храбрости, чтобы ответить:

- Десять лет назад мои родители были убиты. Мой отец был казнен на плахе для забоя скота перед тысячами зевак. А моя мать… Моя мать умерла, защищая Аэлину Галатинию, наследницу трона Террасена. Она выиграла время, чтобы Аэлина сбежала. Они последовали по следам Аэлины до замерзшей реке, где они сказали, что она, должно быть, упала в воду и утонула.

- Но, как вы знаете, у Аэлины была магия огня. Она, возможно, пережила холод. И Аэлина…Аэлина никогда не обращала на меня, потому что я была очень застенчивой, но…, я никогда не верила им, когда они говорили, что она умерла. Каждый день с тех пор я говорила себе, что она сбежала, что она все еще там, выжидает подходящий момент. Подрастает, становится сильной, так, чтобы однажды она могла бы явиться и спасти Террасен. И вы - мой враг, потому что, когда она вернется, то будет бороться с вами.

- И в течение десяти лет, пока я не приехала сюда, я терпела Вернона ради нее. Из-за надежды, что она сумела сбежать, и жертва моей матери не была напрасной. Я надеялась, что однажды, Аэлина придет сюда, чтобы спасти меня - вспомнит о моем существовании и спасет из той башни.

Это было ее самой большой тайной, которую она никогда и никому не осмеливалась рассказывать, даже своей няне.

- Даже при том, что…даже при том, что она так и не пришла, даже при том, что теперь я здесь, я не могу отпустить эту веру. И я думаю, именно поэтому вы подчиняетесь. Поскольку, каждый день вашей несчастной, отвратительной жизни вы надеялись, что когда-нибудь вернетесь домой.

Элида закончила забинтовать и отступила назад. Теперь Манона уставилась на нее.

- Если бы эта Аэлина Галатиния действительно была жива, то ты бы последовала за ней? Боролась бы вместе с ней?

- Я сражалась бы зубами и когтями, чтобы добраться до нее. Но есть границы, которые я не пересеку. Поскольку я не думаю, что смогу противостоять ей, если…если я не могу смотреть самой себе в лицо за то, что сделала.

Манона ничего не ответила. Элида отошла, направившись в ванную комнату, чтобы вымыть руки.

Лидер Крыла спросила за ее спиной:

- Как ты думаешь, монстрами рождаются или становятся?

Из того, что она видела сегодня, она сказала бы, что некоторые существа точно были порождением зла. Но это было не то, что спрашивала Манона…

- Я не та, кто должна ответить на тот вопрос, - ответила Элида.

Глава 41

Баночка с маслом стояла на краю ванной, мерцая словно янтарь в дневном свете.

Обнажённая, Аэлина стояла перед ней, не в состоянии взять баночку в руки.

Это было то, чего хотел Аробинн - чтобы она думала о нём, когда будет втирать масло в каждый дюйм своей кожи. В её грудь, её бёдра, её шею, чтобы пахнуть миндалем - ароматом выбранным им.

Его запах, потому что он знал, что мужчина-Фэец приехал чтобы остаться с ней, и все знаки указывали на то, что они были достаточно близки, чтобы запах имел значение для Рована.

Она закрыла глаза собираясь с духом.

- Аэлина, - позвал Рован через дверь.

- Я в порядке, - сказала она.

Осталось всего пару часов. А затем все измениться.

Она открыла глаза и взяла масло в руки.

***

Рован показал подбородком, чтобы Эдион последовал за ним на крышу. Аэлина все ещё была в своей гардеробной, но Рован и не собирался далеко уходить. Он услышал бы любых врагов на улице задолго до того, как у них появиться шанс войти в квартиру.

Несмотря на Валгов, бродящих по городу, Рафтхол был одной из самых спокойных столиц с которыми он сталкивался - его люди главным образом избегали неприятностей. Возможно, из-за страха быть замеченными этим монстром, который живёт в ужасном стеклянном замке. Но Рован все равно будет начеку - здесь, в Терассене, и в любом месте, куда приведёт их судьба.