Грани матрицы - Евгений Гаркушев

Вечером наконец на базе нарисовался Брат. Был он возбужденно-жизнерадостным, Я бы сказал – притворно радостным. Впрочем, кто их, террористов, разберет? Что для нормального человека горе, для них – праздник. И как только Лизу занесло в такую компанию? Кто привел ее сюда? Когда и зачем? В террористические организации ведь не вступают по объявлению в газете…

Хотя, с другой стороны, хакеры сейчас открыто торгуют в Интернете секретной информацией и имеют наглость вывешивать свои объявления на самых посещаемых сайтах. Мне показывал такие объявления Макс, когда мы изучали материалы по ГигаТЭЦ. Именно по объявлению я познакомился с Буравчиком. А Макс рассказал мне, между прочим, как они купили всю схему обороны станции за несколько тысяч рублей. Достаточно было дать хакерам заказ – и они отлично его выполнили. Ясное дело, имея планы оборонительных сооружений, схему расположения и график смены постов, осуществить операцию проще.

Но мое участие в акции все равно представлялось сомнительным. Хотя, может быть, я и в самом деле монстр из прошлого, способный на небывалые подвиги? Наблюдая в течение нескольких дней Антонину и Макса, я подумал, что, наверное, так оно и есть. Не монстр, конечно, но способный. По-моему, нынешние молодые люди были еще хуже прежних. Впрочем, так говорил еще Платон больше двух тысяч лет назад…

– Завтра было бы неплохо выступить, – объявил Брат вечером за торжественным «семейным» ужином. Он грыз сухарь и почему-то сделал свое заявление с набитым ртом. Ни до того, как начал жевать, ни после. Словно бы очень спешил.

Что мне нравилось в поведении этих ребят, так это то, что они хоть ели вместе. Познакомившись ближе с Антониной, я почему-то полагал, что она предпочла бы грызть свои сухари и тушенку под одеялом, без света. Но устав организации не позволял.

– Почему завтра? – спросил я.

– Сроки поджимают, – причавкивая, объяснил Брат. – Через три недели – голосование директората консорциума по ТераТЭЦ. К этому голосованию мы должны иметь неоспоримые аргументы в споре. Да и лето на исходе.

– Середина июля, – машинально отметил я.

– На севере конец июля – конец лета. Потом быстро начнет холодать. И особенно холодно будет по ночам. А мы разработали для вас график, согласно которому на Печору придется пробираться пешком.

– Хотелось бы подробнее узнать о планах, – заметил я, допивая чай.

Сегодня ужин был почти нормальным: бутерброды с ветчиной, капустный салат, яичница и ванильные сухари с чаем. Никакой химической дряни, которой усердно потчевали меня в предыдущие дни. Заказывать натуральные продукты соратники почему-то не считали необходимым. Им больше подходили химические разносолы. Они их лучше усваивали – организмы привыкли. Ну а я, старый натурал, предпочитал не так легко усвояемую, но более реальную провизию.

Брат отложил в сторону недоеденный сухарь, ткнул пальцем в пульт управления, и на экране большого монитора появилась карта.

– Интересующая нас местность, – объявил он. – Мы десантируем вас в некую точку в нескольких десятках километров от объекта. Дальше вы, сориентировавшись по спутнику, включаете инерционную систему и идете к ГигаТЭЦ самостоятельно. На то, чтобы преодолеть сто пятьдесят километров, вам дается две недели. Перед штурмом вы можете послать шифрованное сообщение в импульсном режиме. Скорее всего, его не засекут. Мы постоянно будем сбрасывать вам сообщения – оставляйте свой телефон включенным на прием. Это безопасно.

– Ясно, – кивнул я. – А как вы меня десантируете? С парашютом прежде прыгать не приходилось. И вообще, вам не кажется, что самолет – не слишком малозаметная цель?

– Самолет? – переспросил Макс. Антонина прыснула в рукав.

– Мы отправим вас в какой-нибудь поселок южнее Печоры баллистическим транспортом, – объяснил Брат. – Туда же заблаговременно или немного позже отправится и ваше снаряжение. Мы покажем вам, как корректировать курс снаряда, чтобы попасть в нужную точку, а не прямо на посадочное поле. Высадка на посадочном поле в глухой местности тоже не страшна, но вызовет лишние вопросы. А дальше вы пойдете пешком.

– Отличный план, – кивнул я. – Если не считать того, что две недели мне придется топать по тайге. Ну да ладно – не зря ведь вы меня нанимаете? Какую точку вы выбрали для десантирования?

– Конецбор – слишком близко, – заметил Брат, тыкая электронной указкой в карту. – Березовка – тоже. Я бы предложил Кырту. Но тогда вам придется обходить поселки, стоящие на Печоре. Все они, кроме Конецбора, – на левом берегу. Стало быть, идите по правому, и проблем не будет. Мы снабдим вас надувным плотом, с помощью которого вы переправитесь через Щугор, небольшой приток Печоры.

– А почему бы мне не сплавиться по реке на плоту? – спросил я.

Соратники переглянулись.

– Наверное, река контролируется со спутников, – предположил Макс.

– Как и тайга, – заметила Антонина. Ребята помолчали.

– Да, плот на одного человека без двигателя могут и не засечь, – задумчиво проговорил Брат. – Видите, ваше мышление отличается от нашего. Мы с трудом придумали, что человек может идти две недели пешком. Не заходя в магазины, не связываясь с другими людьми, не разговаривая по телефону, не подключаясь к Интернету. Кстати, прочитав некоторые ваши книги. А вы за несколько минут предложили другой способ – тоже надежный, но более эффективный. Видите ли, мы привыкли летать на баллистических снарядах и ездить или на монорельсе, или в электромобиле. Любой транспорт сейчас снабжен активной меткой. Кроме маленького резинового плота, с которого такую метку легко удалить…

– Слишком просто – тоже нехорошо, – заметил я. – Может быть, Печору действительно регулярно проверяют? Или перегородили цепями?

– Зачем? – удивилась Антонина.

– Чтобы никто не мог по ней проплыть.

– А почему по ней не должны плавать? Действительно, почему? Достаточно лишь не подпускать к электростанции подозрительные суда.

– Спутники сканируют все цели, появляющиеся в тридцатикилометровой зоне станции. И засекают подозрительные объекты в радиусе шестидесяти километров. Но дальше – нет, – объявил Макс. – Не хватает сканирующих мощностей.

– Стало быть, в ста километрах от станции они ничего не заметят, – сказал я, рассматривая карту. – Можно было бы высадиться в Инте, на северо-востоке, или в Ухте, на юго-западе. Но и там, и там – железная дорога. Мне кажется, она оборудована дополнительными средствами контроля.

– Именно. За ней пристально наблюдают, – подтвердил Брат.

– Ижма далеко, и на пути – болота. А на востоке – Уральские горы. Поселков там нет. Может быть, мне лучше спуститься с гор?