Родственные души. Надежда Галактимора - Наталья Мальцева

Я посмотрела удивлённо на Наталью, зачем она это сделала? Она только шепнула, что потом всё скажет.

— Видимо, про процент леди Надежда была не в курсе? — улыбнулся мужчина, что сидел слева от мужчины во главе этой команды.

— Нет, я не знала об этом.

— Продолжим. Молодые люди, вы признаёте правонарушение? — посмотрел главный, будем его так называть, на нас.

— Нет. Давайте я поясню, а потом, если у Вас будут вопросы, Вы их озвучите!!! — предложила я.

— Не принц Вильгельм, а Вы? — удивился глава.

— Именно!!!

— Хорошо. Мы вас слушаем.

— Вот Вы утверждаете о нарушении прав с нашей стороны. Но у меня вопрос к Вам, а достойны ли Вы разбирать дела о правонарушениях граждан, если Вы сами не знаете законов, и может ли ректор Раковский занимать должность ректора магической академии, если он не знает законы этой академии?

— Да как ты смеешь? — закричал ректор и ещё несколько человек за столом.

— Очень даже смею. Вот прошу, это выписка из книги законов академии от 790 года после схождения светлого бога Варица. В том году академия впервые открыла врата для приёма студентов.

— Мы знаем историю, — сказал ректор.

— Тогда почему Вы не знаете, что тогда же была составлена книга законов, подписанная первым ректором и тремя королями? — Началось перешептывание. — Так вот, именно в той книге законов и прописаны права изобретателей на территории академии. Всё читать не буду, нам нужны несколько всего, если Вам будет интересно, изучайте сами. Так вот закон о правах на изобретения студентов. Закон десятый из книги законов, нам нужен под пунктом два. В этом пункте закона говорится, что, если изобретение создавалось на территории академии в оплачиваемом помещении и из личных деталей, академия не имеет прав на это изобретение, но изобретатель обязан в описание вставить пометку, что это изобретение было создано под надзором академии. Это что о правах Натальи Именович на "Хранителя". А наши права на "Монстрика", это пункт пять в десятом законе. Вот, совместные разработки галактиморца с перемещенцами на территории академии регистрируются в равноправных частях за всеми изобретателями, вне зависимости от вложения той или иной стороны, академия не имеет прав на это изобретение. Заметьте, тут нам даже не надо оформлять аренду помещения, так как в этом задействован перемещенец, а значит, правообладание в любом случае за нами.

— Да что ты выдумываешь, нет таких законов, мы бы знали, — возмутились они.

— А зачем мне это, если можно легко проверить мои слова, нужно просто взять книгу законов в библиотеке у хранителя.

— Придется перенести слушание на завтра, сегодня можем не успеть, — сказал глава.

— Почему, можно же книгу взять и в королевской библиотеке, я помню, хранитель говорил, что когда книги написали, их магически закрепили на не уничтожение и передали несколько в академию, и по три книги каждому правителю, — пожала я плечами.

Ну а что, хранитель очень интересный человек, я когда прибыла, много с ним общалась, да и сейчас стараюсь прибежать чай попить со стариком.

— Надюш, ты уверена? — спросил Уильям.

— Я верю хранителю, и, если он так сказал, значит, так и есть. Кстати, свитки мировых клятв дружбы, так же составили в том году и так же заверили магически и передали хранителям знаний, — пожала я плечами.

Вильгельм подскочил и вышел, через минуту вернулся.

— Я отправил за книгой, — пояснил он, — и если леди Надежда окажется права, то я поставлю вопрос о проверке всех прав, оформленных в академии за последние двести лет. И разбору при подаче жалоб родных изобретателя или самого изобретателя.

— Мы поняли, Ваше Высочество.

Через минут двадцать нам принесли книгу, Вильгельм прошел к столу с комиссией, и они стали изучать книгу.

— Леди Надежда оказалась права, что Вы на это скажете, ректор?

— Ничего не понимаю, почему я не знал об этой книге? Мы работаем по журналу прав из сверков, что лежит уже много столетий на ректорском столе. У меня даже в мыслях не было спросить свод законов в библиотеке, — растерялся ректор.

— Вот, вот, и мы, видно, так же застелили глаза покоем, ленимся изучать старые законы, придётся исправляться. Права на изобретения остаются у своих законных носителей. И, Ваше Высочество, по делам Именович, мы подняли дела и проводим проверку, после этого мы предоставим Вам полный отчёт.

— Хорошо, мы подождем, но не тяните, я, сами знаете, не из терпеливых, — сказал Вильгельм, — ну что, ребята, пойдёмте в гости, поедим, отдохнём?

— Вил прав, надо покушать и вернёмся в академию, — поддержал брата Уил.

Долго мы не пробыли во дворце, вернулись в академию.

И полетела учёба. Луша смогла договориться с ректором об аренде теплицы, но оплата будет не только деньгами, а и овощами. Антон смог придумать, как мне зарядить мой телефон, где я им показала мой мир, и мы почти потеряли друга, он загорелся идеей создать машину. Мы с ним прорисовали всё, что я помнила, не заметили, как сдали экзамены и уехали в деревню, там тоже не до отдыха. Я то с Антоном и ребятами работали над созданием Автошки, также помогала Луше и Альберту с посадками. Стали замечать, что за Наташей стал ухаживать Альберт. Олег с Филом снова были с нами. Луша хоть и признала чувства к Олегу, но мы уже поняли, кто в их паре будет руководить.

— Надюш, можно поговорить? — ко мне присел Фил.

— Конечно, — улыбнулась ему я. Я всё больше понимаю, что влюбляюсь и боюсь этих чувств.

— Надюша, я не знаю, как предлагают встречаться, как признаются в своих чувствах, я привык, что девушки сами всё делают для того, чтоб быть со мной. Но ты другая, и чем дольше мы общаемся, тем я больше понимаю, что ты мне не просто симпатична, а я полюбил тебя. Я постоянно думаю о тебе, я счастлив, когда ты рядом, но прошу, сделай меня ещё больше счастливым, будь моей девушкой?

— Ты серьёзно, Фил? Ты же понимаешь, что я простая девушка из деревни, а ты принц?

— И что? Я младший принц, это Филорону и Вильгельму с Уильямом надо сделать сильную политическую партию. Хотя нет, Уильяму тоже можно выбирать, а я свободный от этих обязательств. Мне главное не порочить семью, а ты не простая девушка, ты чудо и мечта. Надюш, я люблю тебя, очень люблю.

— Правда? — спросила я, глупый вопрос, я понимаю, но поделать ничего не могу с собой.

— Правда, я очень боялся признаться тебе. Ты будешь моей девушкой? — снова спросил он.

— Я согласна! Я тоже