Колдун моей мечты - Валерия Чернованова

Что‑то прикинув в уме, ведьмак заявил, скорее обращаясь к самому себе, чем к своей захваченной врасплох жертве:

— Должны успеть до десерта.

— Тронешь — убью, — предупредила, вот только прозвучало это совсем не грозно. По крайней мере, Салвиати пугаться принципиально не собирался.

В отличие от меня.

Это я в присутствии других ведьмаков, например, того же Дарио, вся такая бесстрашная и безтормозная, потому что знаю, что при свидетелях мне ничего не будет. А когда тет — а-тет, пожалуй, лучше не нарываться.

Назад отступать мешала кровать, поэтому я стала бочком продвигаться к выходу, пытаясь увеличить между мной и этим хищником расстояние и прикидывая, как бы поскорее добраться до спасительной двери.

По — видимому, Габриэль решил, что много думать мне вредно, да и десерт вот — вот подадут, а значит, следует поторопиться: подскочив, бесцеремонно придавил меня к стене.

— Сейчас же отпусти! — упёрлась кулаками мерзавцу в грудь, наивно полагая, что мне удастся его оттолкнуть. Горячее дыхание обожгло кожу, а от опасной близости с ведьмаком кровь ударила в виски. Ненависть схлестнулась с желанием снова ощутить вкус его губ.

А он, как назло, и не думал меня отпускать. Наоборот, прижался ещё теснее, беззастенчиво продолжая лапать мои бёдра.

Да ты… — закончить нецензурную речь я так и не успела, негодяй завладел моим ртом.

— Значит, теперь мы будем играть в недотрогу? — вдоволь меня помучив (а именно это я себе и внушала, что меня мучают и вообще я страдаю), прошептал хрипло. Перестав терзать мои губы, начал покрывать поцелуями шею, лицо, при этом не оставляя попыток задрать подол моей бедной юбки. К счастью, облегающий наряд не оставлял садисту шансов осуществить задуманное. Разве что он окончательно психанёт и порвёт его к чёртовой бабушке.

— Габриэль, прекрати! — очередная попытка оттолкнуть ведьмака ничего не дала, он точно взбесился.

— Раньше ты особо не сопротивлялась.

— Раньше ты не был таким козлом! — прошипела, стараясь увернуться, пока мне не заткнули рот очередным наглым поцелуем. — А хотя нет, всё‑таки был… Иди, вон, лучше обхаживай свою Франческу!

— Сколько можно повторять: мы с ней не пара. Когда же ты уже наконец это поймёшь и перестанешь меня грызть. Я только тебя хочу…

Насчёт последнего сомнений не оставалось. Слишком уж тесным было соприкосновение наших тел, что позволяло мне в полной мере прочувствовать, насколько я желанна.

Поняв, что юбка так просто не сдастся, ведьмак приступил к плану «Б»: нетерпеливо зашарил по спине в поисках застёжки. И, словно бы издеваясь надо мной, наверное, желая наказать за сцену за ужином, жадно припал к изгибу на шее, явно намереваясь оставить на нежной коже засос.

— Совсем обалдел?! — Ещё не хватало светить перед всеми позорной меткой!

— Это я из‑за тебя потерял голову, — сходу нашёл виновницу своего припадка.

Наверное, я бы чем‑нибудь его всё‑таки огрела или он бы меня таки «покорил», если бы в тот момент не раздался стук в дверь, ознаменовавший моё спасение.

— Габриэль, тебя отец зовёт.

Ведьмак прижался лбом к стене, шумно выдохнул, пытаясь справиться со своими демонами. Не сопротивлялся, когда я его оттолкнула, и не стал удерживать, когда выскочила на балкон.

Пусть сам объясняет своей бабушке, что тут забыл, а мне необходимо остыть.

— Скажи, я сейчас подойду, — крикнул он воскресшей покойнице. Спустя несколько мучительно долгих мгновений наконец вышел из комнаты.

Я стояла, вглядываясь в объятый сумерками сад, наслаждаясь прикосновениями лёгкого ветерка, освежавшего кожу. По — хорошему, мне бы сейчас под холодный душ. Ещё лучше — в какой‑нибудь гигантский морозильник. Всё тело пылало, а к щекам, казалось, только прикоснись и обожжёшься.

— Не помешаю? — Аделаида приблизилась совсем бесшумно, а может, это я настолько ушла в себя, что не заметила её появления.

Оторвавшись от каменных перил, обернулась к хозяйке вечера.

— Простите, что вела себя так за ужином. Столько всего наговорила. — Сейчас мне действительно было стыдно за свои слова. Перед Аделаидой, перед родителями Дарио, которые наверняка чувствовали себя неловко, став невольными свидетелями наших с Салвиати разборок.

Женщина встала со мною рядом и задумчиво посмотрела на небо, на котором сквозь серую дымку проглядывали первые, ещё редкие звёзды.

— Габриэль тоже сегодня показал себя не с лучшей стороны.

На что я лишь горько усмехнулась, едва не добавив, что он частенько демонстрировал мне эту свою не лучшую сторону.

Немного помедлив, синьора Миранте всё‑таки переключилась на интересовавшую её тему:

— Лана, не хочу вмешиваться в ваши отношения, не моё это дело, но вы ведь, можно сказать, созданы друг для друга. Однако вместо влюблённых я вижу непримиримых врагов. Почему стараетесь побольнее ранить друг друга? — Ведьма пристально смотрела на меня, словно тоже пыталась прочесть мои мысли. — Он ведь действительно тебя любит. Уж я‑то знаю своего внука, Джулиано в его возрасте был таким же. И ты, мне хочется верить, тоже любишь его.

Обида, уже давно поселившаяся в сердце, снова напомнила о себе.

— Его сложно любить. Габриэль слишком много раз предавал моё доверие. Да и,

— я грустно улыбнулась, — какое у нас будущее? У меня ведь нет Силы. Я всего лишь обычный человек.

— И тем не менее он выбрал тебя, — мягко сказала ведьма. — А значит, для Габриэля ты особенная.

— А как же его невеста? Получается, я разрушила их отношения. — Не то чтобы меня волновали чувства Франчески (ну не нравилась она мне и всё тут!), но ситуация в целом складывалась неприятная.

Нельзя разрушить то, чего не было. — Протянув руку, синьора Миранте коснулась моего лба. — Ты вся горишь. Пойдём, Катарина испекла мой любимый торт. Надеюсь, он тебе тоже понравится. А я заварила вкуснейший травяной чай. Думаю, после него ты почувствуешь себя лучше.

Мне не хотелось отказывать этой милой женщине, но одна только мысль снова оказаться рядом с ведьмаком ввергала меня чуть ли не в панику.

Очевидно, угадав, чего я так опасаюсь, Аделаида понимающе улыбнулась, и к уголкам её карих, лучистых глаз сбежались мелкие морщинки.

— Габриэль уехал. У одного из клиентов возникла какая‑то проблема, и Джулиано попросил его разобраться.

Если бы ещё убралась Франческа, вообще было бы здорово. Но этим желанием я с ведьмой, разумеется, делиться не стала. Приказала себе собраться, не раскисать и, настраиваясь на благодушный лад, отправилась на дегустацию торта. Столько уже вытерпела, так что полчасика ещё как‑нибудь продержусь. Кондитерский шедевр Катарины мне будет в помощь.

Улучив момент, когда о нём, казалось, все забыли, Альфео выскользнул в холл. Было любопытно узнать, что же за заклинание наложили на старую подвеску бравые рыцари Дарио и Габриэль.

Оказавшись возле антикварной, из тёмного дерева консоли, ведьмак провёл над украшением рукой. Вокруг камня тут же завился лёгкий дымок, точно пар, поднимавшийся от углей, раскалённых в жаровне. Альфео отдёрнул руку и презрительно фыркнул:

— Дилетанты!

Нет, конечно, стоило отдать им должное, мальчики честно старались. Но едва ли могли тягаться в хитрости с опытным стрэгом, который в прошлом должен был стать Хранителем целого клана. В молодости Альфео такие заклинания как орешки щёлкал, и нейтрализовать магию ведьмаков для него было проще простого.

Колдун сжал чароит в кулаке, поморщился, почувствовав, как камень обжигает кожу. Невзирая на боль, прикрыл глаза и принялся заговаривать уже заговорённое украшение.

Успел! В последний момент ухитрился вернуть кулон на место и бесшумно прошмыгнул в гостиную, прежде чем в холл выскочили две обозлённые ведьмочки. Вернее, злилась одна, а вторая, казалась, получала удовольствие от всего происходящего.

— Значит, ты спала с Габриэлем?! — Франческа сдерживала себя весь вечер, ждала, когда останется с заклятой подругой наедине, чтобы высказать той всё, что о ней думает. — А сюда напросилась зачем?! Хотела позлорадствовать?! Что он и меня тоже бросил?!

— Извини, Фра, ничего личного, — источая яд, расплылась в улыбке травница. — Просто хотелось посмотреть, как мой яд действует на Габри и эту девку. Как по мне, так результат отличный. Оказывается, я очень талантлива.

— Решила отомстить ему через меня?! Стерва!

Лу в ответ лишь иронично фыркнула, машинально поправила тонкий ремешок сумочки на плече и справедливости ради заметила:

— Ты сама ко мне пришла и сама попросила о помощи. Я всего лишь выполнила заказ.

— Убирайся! — Франческа подлетела к входной двери, чтобы сию же минуту выставить липовую подружку из дома.

— Да пожалуйста, — гордо вздёрнув подбородок, травница продефилировала мимо раскрасневшейся ведьмы. — Габри всё равно уехал, здесь уже ловить нечего.