Чёрно-жёлтая весна - Александр Михайлович Кротов

друга. Даже смешанная область, где вместе жили и альнелоны, и грисы оказалась криминогенной зоной, где также не было равноправия и справедливости.

Безликие окончательно решили, что грисы и альнелоны неисправимы. Нельзя было терять времени, тем более Оливер и Оливия были совсем близко.

Глава 19

Бойцы Вихря почти взяли в окружение грисов Ящера. Последний плохо верил, что такое столкновение возможно, поэтому совершенно не был готов к подобному развитию событий. Тем более он не мог даже представить, что при этом может случиться применение антителепортационного цершера. Значит, предполагалась битва на уничтожение или на принудительное соглашение. Фатальный вариант всегда рассматривался в последнюю очередь, поэтому пришло время переговоров.

Ящер попросил подчинённых выбросить белый сигнальный цершер – он такие штуки никогда с собой не носил, не в его правилах было сдаваться, но большие потери заставили пойти на этот шаг.

Помощник Вихря первым увидел это знамение и сразу же доложил командиру о том, что тот вскоре увидел и сам:

– Белый сигнал! Они сдаются!

– Не сдаются, – сказал Вихрь. – Просят переговоров. Прекратить огонь!

Его команда была исполнена. Вихрь вышел на передовую, но не стал высовываться из завоёванного его подчинёнными редута.

– Говори! – крикнул Вихрь, давая право оппоненту озвучить своё прошение. – Я даю тебе право на затишье.

– Вихрь, привет! – Ящер не стал прятаться за баррикадами, а выпрямился в полный рост. – Прошу ещё раз обозначить ваши намерения и сравнить их с тем, насколько это противоречит правилам…

Вихрь, так и не высунувшись из укрытия, перебил оппонента:

– Мои требования уже были озвучены моими посланниками! Вы с этими требованиями не согласились. Но наши цели остались прежними: вы должны предоставить нам возможность зафиксировать события, что происходили здесь за последние сутки, как минимум…

– Вы творите беззаконие! – воскликнул Ящер. – О таких вещах не сообщают спонтанно!

– Пришло время пересмотреть правила, – ответил Вихрь. – Если мы будем каждый раз предупреждать о том, что будем проводить проверку на вашу «вшивость», то вы всегда успеете затереть следы…

– А как поживает ваша «вшивость»? – парировал Ящер. – У нас есть сведения, что сотрудник вашего департамента намеревался привести в Резервный мир людей…

– А у нас есть сведения, что это вы в сговоре с Дарином позволили тому привести сюда людей! Давай отбросим пустые разговоры и проверим, о каких секретах молчит прошедшее время и эта локация!

– Не согласен! – воскликнул Ящер. – Без разрешения своего управления я не могу этого допустить. Мне нужно сделать запрос! Снимите антителепартационный барьер!

– Он тянет время, – тихо сказал помощник командира альнелонов.

Вихрь ответил быстро и чётко:

– Думаю, нам не о чем больше общаться. Мои альнелоны будут сражаться до вашей полной капитуляции. К бою!

– Пошли вы! – со злостью крикнул Ящер и бросил свой ЦБ-4 как можно дальше, доставив серьёзный урон войску Вихря и тем самым возобновив перестрелку.

* * *

– Ты, как там тебя! – крикнул пьяный Дарин. – Кас! Выходи! И шкур этих с собой прихвати!

Он, вместе со своими, не ретировавшимися от происходящих событий, бойцами, почти полностью окружил самый старый дом в деревне, где засели Кас, Меренея и Катя. На подхвате был Гришатре, который уже готовился применить свой ЦБ-4, чтобы не оставить и следа от этого строения.

Где-то совсем рядом бахнуло аналогичное оружие, ненадолго оглушив и обдав всех жарким порывом ветра.

Кас ничего не ответил на выкрыки Дарина. Им повезло, что в доме был небольшой склад стрелкового оружия, за которым неплохо ухаживали. В момент, когда закончились все цершеры, это выглядело возможностью продолжить сопротивление. Но силы были не равны, и грис прекрасно понимал, что одной только команды Дарина хватит, чтобы этот бой оказался проигран в считанные секунды.

– Не слышу тебя! – Дарин продолжил разговор со старым домом с выбитыми после короткого боя окнами. – Мы сейчас тебя вышибем отсюда, и от вас не останется даже хрустящей корочки!

– Чёрт, что делать? – сильнее разнервничался Кас, боясь высунуться в разбитое окно, расположенное посередине дома.

Справа, около второго разбитого окна, притаилась Меренея, а у левого аналогичного проёма расположилась Катя. Они перезаряжали автоматы, и всё это выглядело слишком нереально, особенно наряды девушек.

Меренея дала свой ответ на вопрос Каса:

– Будь, что будет.

Это не устроило Каса. Он не хотел верить, что шансов на гибель было больше, чем на спасение.

– Дарин, – Гришатре обратился к хозяину деревни. – Реши, пожалуйста, быстрее. У меня на сердце тоска. Мой сын погиб из-за них. Возможно, и весь беспорядок возник от действий этих уродцев. Давай их уничтожим и свалим отсюда как можно дальше. Неспокойно здесь, сам видишь…

– Молчать! – велел Дарин. – Думаешь, я не думаю? А я думаю! Этот дом – дом моих предков. Первый дом в этой деревне. Это фактически музей! Не могу я его разрушить! Это моя память о величии тех, кто создал систему жизни в этих краях. Кто отвернулся от официальных сил и выжил! Я не могу просто так взять и стереть память о них. Люди поклоняются всяким статуям, а мы, здешние жители, кланяемся этому дому. И так его реставрировать придётся. Но эти чёрные брёвна будут стоять тут дольше, чем мы с тобой живём на этой земле. Так что молчи…

– Дарин, – помощник Ящера посмел прервать речь мужчины. – Я от лица официальных грисов и по личному поручению Ящера прошу тебя придти нам на подмогу. Нас притесняют, мы не выстоим. Без вас.

– Что думаешь? – спросил Дарин у Гришатре, подмигивая ему. – Я им нужен. А вот они мне нужны?

– Твоё право, – неуютно поёжился Гришатре.

* * *

Оливер и Оливия нашли ядовитый водоём, находящийся немного в стороне от деревни Дарина. Их не волновали боевые действия, происходящие в селении. Они уселись на небольшую скамейку на берегу, и стали смотреть в почти недвижимую воду, испить которую было смертельно опасно.

Оливия так и не притронулась к Оливеру, даже когда они оказались в полуметре друг от друга.

– О чём думаешь? – спросила Оливия, заглядывая в почти бесцветные глаза Оливера.

– О своей усталости…

– О, началось! – девчонка была недовольна. – Да брось! Ты столько времени дурака валял. Вдруг мне выпадет жребий дать этому миру второй шанс? Ты сможешь опять убежать, а я примусь за работу, хоть и я тоже устала!

– Безликие не любят этот мир, – сказал Оливер. – Не любят этот мир и его жители. К тем, кого не любят, прихожу я. А не ты. Ты даёшь второй шанс на существование самым достойным душам, исполняешь только самые сильные